Читать книгу Атташе - - Страница 8

Боль была единственной реальностью.

Вера не помнила, как её бросили на каменный пол темницы. Не помнила, как закрылась дверь, как засов лязгнул с финальностью смертного приговора. Помнила только боль – пульсирующую, всепоглощающую, превращающую мир в красную пелену.

Спина горела. Каждое дыхание отдавалось огнём в рваной плоти. Она лежала на животе, щекой прижавшись к холодному камню, и не могла пошевелиться. Не хотела. Движение означало новую волну агонии.

Время снова утратило смысл. Секунды растягивались в часы. Или это были минуты? Дни? Лампочка горела всё тем же тусклым светом. Единственной константой была боль.

И жажда. Губы растрескались, язык распух. Кувшин с водой стоял у противоположной стены – недостижимый, как Луна.

Вера попыталась подползти. Пальцы впились в камень, она подтянула тело на сантиметр. Спина взорвалась болью. Крик застрял в пересохшем горле.

Ещё сантиметр. Ещё один.

Она добиралась до кувшина вечность. Когда пальцы наконец коснулись холодной глины, она разрыдалась от облегчения. Опрокинула кувшин себе в рот – вода пролилась на лицо, в рот, на пол. Не важно. Глотала жадно, захлёбываясь.

Жизнь. Вода означала жизнь.

Обессиленная, она снова рухнула на пол. Липкая лужа под телом – кровь, вода, пот. Она лежала в собственной грязи, как животное, и не могла заставить себя заботиться об этом.

Это было дном.

Ниже темницы, ниже гарема, ниже похищения.

Вот где заканчивалась Вера Соколова – атташе, юрист, гордая независимая женщина.

На грязном полу средневековой темницы, разорванная кнутом, умирающая от жажды и боли.

Смех вырвался из груди – истеричный, надломленный. Или это был плач? Грань стёрлась.

Звук шагов в коридоре пробился сквозь туман боли. Вера напряглась – насколько могла. Фатима? Охранники? Пришли добить?

Дверь скрипнула. Кто-то вошёл – тихо, крадучись.

– Боже… Вера…

Голос Амиры.

Вера попыталась поднять голову, но сил не было.

– Не двигайся. Тише. – Амира опустилась на колени рядом. – Если Фатима узнает, что я здесь…

– Как… ты…

– Подкупила охранника. – Амира осторожно коснулась плеча Веры – единственного чистого места. – У меня есть десять минут. Не больше.

Она достала из складок платья небольшой узелок. Развернула – бутылка воды, кусок хлеба, баночка мази, чистая ткань.

– Сейчас будет больно, – предупредила Амира и начала осторожно промывать раны на спине.

Вера стиснула зубы, вцепившись в камень. Боль была невыносимой, но руки Амиры были нежными, опытными.

– Кровь уже свернулась. Хорошо. Но раны глубокие. Будут шрамы. – Амира нанесла мазь – прохладную, успокаивающую. – Фатима перестаралась. Обычно она ограничивается десятью ударами.

– Повезло… мне, – прохрипела Вера.

– Ты не сдалась. Это довело её до бешенства. – Амира накрыла спину чистой тканью, импровизированной повязкой. – Ты должна была сдаться, Вера. Крикнуть, что подчинишься. Просто слова. Потом можно было нарушить.

– Не могла…

– Знаю. – Амира помогла ей приподняться, дала воды. – Я тоже не могла. В первый раз.

Вера пила медленно, маленькими глотками. Живительная влага растекалась по телу.