Читать книгу Шантаж в цифрах - - Страница 1

Окрестности Флорентийской провинции. Загородный особняк. 21:45.

Чёрный автомобиль бесшумно подкатил к кованым воротам. Лишь едва слышный вздох тормозов нарушил ночную тишину. Из распахнувшейся дверцы показался кончик лакированной туфли цвета воронова крыла, за ним – изящная щиколотка в полупрозрачном нейлоне, и наконец – стройная нога. Девушка выпрямилась, грациозно опираясь на прохладный металл крыши.

На ней было безупречное платье-футляр глубокого синего, обрисовывавшее точёную фигуру. Лёгкий ветерок трепал тёмные волосы, рассыпая их по плечам. Вторая рука сжимала миниатюрную сумочку на тонкой серебряной цепочке. Лицо – высокие скулы, прямой нос, пухлые губы, тронутые коралловой помадой. Глаза, бездонные и тёмные, окинули взглядом старинный особняк, мрачно возвышавшийся в ночи. Женщина едва заметно скривила губы в холодной усмешке. Его обветшалый фасад хранил свидетельство ускользающего времени, а пустые глазницы окон взирали на незваную гостью с немым укором. Вокруг простирался запущенный сад, поглощённый буйной растительностью. Ветви старых каштанов сплетались в густой, непроницаемый полог, отбрасывая причудливые тени. Тяжёлая, гнетущая атмосфера давила на плечи.

От погружения в тревожные мысли её отвлёк тихий трезвон. С едва заметным вздохом она достала телефон и, не глядя на экран, резко ответила.

– Я же ясно сказала, что меня не будет несколько дней. Мне всё равно, что происходит на работе. Ты на что помощник? Что бы ни случилось – это твоя головная боль.

Она не дала собеседнику вымолвить и слова, тут же оборвав связь.

Сумерки сгущались. В полумраке сад превратился в зловещее царство. Ей казалось, что в тени вековых каштанов притаилась невидимая опасность. Лишь два старых фонаря вдоль главной аллеи отчаянно боролись с ночью. Их тусклый свет пробивался сквозь листву, словно маня к себе.

Встряхнув головой, незнакомка закрыла дверцу. Сигнализация отозвалась тихим писком. Стук высоких каблуков эхом разнёсся в оглушающей тишине, когда она, гордо вскинув голову, направилась к особняку.

Он возвышался в сумерках, словно мрачный страж. Памятник итальянской архитектуры. Некогда великолепный, а теперь хранящий печать времени и равнодушия.

На крыльце, окутанном призрачным светом фонарей, её ждали. Девять фигур, словно вырезанные из самой тьмы, застыли в ожидании. Пять мужчин и четыре женщины. Лица скрыты в полумраке, но она чувствовала на себе их изучающие взгляды.

Поставив ногу на первую, потемневшую от времени ступень, женщина устало обвела взглядом незнакомцев.

– Что, и вам тоже прислали?

Её флегматичный голос заставил кого-то поморщиться, кого-то улыбнуться, а кого-то фыркнуть. Пока она ждала ответа, её тёмно-зелёные глаза пристально изучали каждого.

– Узнаю, кто это рассылает – убью, – раздался раздражённый голос.

– Тебе-то что жаловаться, Антонио? Ты ведь далеко не ангел.

К новоприбывшей с лучезарной улыбкой подошла миниатюрная шатенка. Она легко спустилась по крыльцу, проворно перепрыгивая через обветшалые ступени.

– Здравствуй, я Габриэлла. Наверное, ты меня знаешь. Меня часто можно увидеть по телевизору.

Женщина усмехнулась. Эту милашку она узнала сразу. Габриэлла Росси, популярная телеведущая. Её округлое личико с большими светло-карими глазами мелькало на экранах с завидной регулярностью. О ней ходили лестные слухи – что невольно наводило на мысль, какие скелеты прячет в шкафу эта девушка.

– Здравствуй, я Франческа, – произнесла другая женщина, на лице которой застыла усталая улыбка. Добираться сюда из Неаполя было долго, и четыре часа за рулём утомили её до предела.

– Постойте… Это ведь вы владеете журналом о светской жизни? Как же его… Stile…

– STILE & SFARZO. Да, – подтвердила Франческа.

Габриэлла едва заметно усмехнулась.

– Так значит, ты репортёр? – окликнула Франческу женщина, окинув её презрительным взглядом.

Она казалась высеченной из мрамора. Её изящная фигура была подчёркнута безупречным костюмом от Chanel. Высокий рост и прямая осанка придавали ей величественность. Пепельный блонд, ниспадающий до талии, казался сотканным из лунного света. Серые глаза, обрамлённые тонкими дугами бровей, излучали холод и надменность. Истинная сила этой женщины заключалась не в брендах, а в том презрении, с которым её взгляд встречал каждого.

– Нет, я лишь директор. Сама журналистика меня мало интересует. Но не буду лукавить, вы представляете для моих статей весьма занятную личность, госпожа Сальви. Всегда интересно читать то, что накопали о вас мои журналисты.

На тонких губах Франчески появилась ехидная улыбка. Оливия недовольно шикнула и отвернулась.

– Значит, представляться дальше нет смысла. Ты и так знаешь всех, не так ли? – поинтересовался мужчина, стоявший ближе всех к огромным дубовым дверям. Непонятного цвета глаза скрывались под полями чёрной шляпы.

– Совершенно, верно. Все вы хоть раз были на страницах моего журнала. Антонио Руссо – известная личность в политике. Диана Каполла – учредительница Миланского университета. Оливия Сальви – владелица многих музеев, включая Сан-Марко. Габриэлла Росси – известная телеведущая. Риккардо Лучано, по слухам, – крёстный отец итальянской мафии. Маттео Конте – владелец компании крупнооптовых продаж. Леонардо Фарини – учредитель холдинга «Эни». Рената Нерри – знаменитый кулинар. И Альберто Монца, иначе говоря, просто жуткая заноза в заднице местных властей.

Франческа жестом руки указывала на каждого, кого называла.

– Вообще-то, я потомок королевских кровей, – тихо поправил её мужчина. Сквозь пряди рваной чёлки на неё смотрели серо-зеленые глаза.

– Ты просто избалованный эгоист, выезжающий в обществе за счёт своего происхождения, – парировала Франческа.

Названные по именам люди лишь усмехались. Всё верно, они были известны, и их имена мелькали в светской хронике.

Антонио Руссо был высоким, широкоплечим мужчиной с тёмными волосами и проницательным взглядом, видевшим человека насквозь. Властность сквозила в его осанке, в манере говорить, в едва заметной усмешке. Небольшие шрамы от ожога на лице его только украшали.

Диана Каполла – стройная блондинка с шоколадными глазами и шикарной фигурой. Для многих оставалось загадкой, как двадцатишестилетняя девушка смогла стать учредительницей известного университета.

– И как давно вам приходят эти сообщения? – тихо спросила Диана, невесомо обхватив себя за плечи.

– Пару месяцев, – вздохнул Маттео, опускаясь на скамью. – Отвлекает от работы, мешает переговорам.

Маттео Конте – его внешность, словно сошедшая со страниц романа, всегда приковывала внимание. Длинные волосы цвета воронова крыла, собранные в низкий хвост, подчёркивали резкие скулы. И глаза: один цвета тёмного шоколада, другой – пронзительно-голубой. Гетерохромия делала его взгляд завораживающим.

Чёрная кожаная куртка, грубые ботинки – всё это создавало образ бунтаря. Но за брутальной маской скрывалась душа, способная на тонкие переживания.

– Кто-нибудь знает, как долго мы здесь пробудем? – голос Ренаты Нерри, признанного гения итальянской кухни, прозвучал в повисшей тишине.

В её простоте заключалось особое очарование. Она не стремилась к вычурным нарядам, предпочитая одежду, дарующую свободу движения. Длинные светлые волосы обрамляли её лицо мягкими волнами.

Внезапный трезвон входящих сообщений на десяти телефонах разорвал тишину. Все устремили взгляд в мерцающие экраны.

– Очевидно, мы здесь надолго. Кто-нибудь понимает, что это значит? – Леонардо устало скривился.

Безупречная стрижка подчёркивала аристократическую бледность его кожи. Тёмные, бездонные глаза выделялись на фоне светлых черт лица. На первый взгляд он производил впечатление мягкого и добродушного человека. Однако в уголках его глаз таилось напряжение, а во взгляде проскальзывал опасный блеск хищника. Его светлые костюмы из тончайшей шерсти говорили о безупречном вкусе. О Леонардо Фарини было известно немного – он был окутан тайной.

На экране телефона мерцало сообщение:

«Останетесь здесь, пока не вспомните, что вас связывает друг с другом».

– Ну, именно это нам и предстоит выяснить, – Риккардо, засунув руки в карманы, внимательным взглядом окинул присутствующих.

О крестном отце итальянской мафии шептались за каждым углом. Он всячески избегал внимания, представляясь обычным служащим. В это было трудно поверить. Неизменная шляпа скрывала часть лица. Карие глаза, глубокие и проницательные, казалось, видели сквозь ложь. Он двигался с грацией хищника, осознающего свою силу. Загадочная улыбка была его визитной карточкой.

– Ну что же, нам явно не дадут отсюда уйти, – Альберто Монца, наследник итальянских королей, ослепительно улыбнулся. Он был среднего роста, со светлыми вьющимися волосами пшеничного оттенка. В каждом его жесте чувствовалась уверенность в себе, граничащая с высокомерием. Его дорогая, но сдержанная одежда говорила о принадлежности к высшему обществу. Такие баловни судьбы раздражали Франческу больше всего.

– У нас нет выбора, не так ли?

Дубовые двери со скрипом отворились под напором Лучано, пропуская девять человек внутрь.

Внутри царила атмосфера утончённой готики. Высокие потолки, украшенные лепниной, отражали мерцающий свет канделябров, создавая причудливую игру теней. Мебель, словно сошедшая со страниц старинных романов, стояла в безупречном порядке. Казалось, дом ждал их. Едва они переступили порог, вдалеке раздался раскат грома, предвещая скорый ливень.

– Мрачненько как-то, – Оливия, взмахнув волосами, недоверчиво оглядела особняк.

Присутствующие молча согласились, не решаясь сойти с порога. На лицах читались напряжение и тревога.

В центре холла возвышалась массивная дубовая лестница. Её перила были украшены резными изображениями мифических существ, чьи глаза, казалось, следили за каждым движением прибывших. Двери в многочисленные комнаты были распахнуты. Напряжение нарастало с каждой секундой.

– Мне нужно выпить. Надеюсь, здесь есть бар, – Антонио, не выдержав, сорвал с шеи галстук и угрюмо направился вглубь дома.

– Я никуда не пойду, обоснуюсь в библиотеке, – Франческа, отбивая каблуками чечётку по паркету, направилась к кладезю знаний, прихватив по дороге бутылку виски, которую Руссо успел принести из столовой.

Мужчина проводил её напряжённым взглядом и, вздохнув, направился за новой порцией алкоголя.

– Что ж, думаю, будет уместно собраться всем вместе через несколько минут, – Леонардо, усмехнувшись, первым исчез из поля зрения.

Остальные, кивнув, разбрелись по особняку.

Обладательница популярного журнала отворила скрипучую дверь в просторное помещение. Высокие, упирающиеся в потолок книжные шкафы, удобные диваны, обитые выцветшим бархатом, и вековая пыль, покрывающая пол. Воздух был пропитан ароматом старой бумаги, кожи и воска. Пробежавшись взглядом по корешкам, девушка выбрала историю XVII века, но от чтения её отвлек звук пришедшего сообщения:

«Игра для королей! Переспи с Альберто Монца, иначе вся Италия узнает твои тайны».

– Ну уж нет! Чёрт возьми! – прошипела она сквозь зубы, запустив ладонь в волосы.

Её укладка мгновенно растрепалась. Глубоко вздохнув, она снова прочла сообщение. И снова номер скрыт. Который месяц одно и то же. Не помогала даже смена номера. Напряжение снова сковало тело.

– Удивительно, что с такой профессией ты запираешься в библиотеке.

Женщина обернулась. Перед ней стоял Альберто с широкой улыбкой и холодными серо-зелёными глазами, не скрытыми теперь прядями волос. Она так погрузилась в себя, что не услышала, как он вошёл.

– Всегда полезно почитать что-нибудь интересное, а не только глянцевые журналы с твоим лицом с очередной вечеринки, – усмехнулась Франческа.

Мужское тело с едва заметной ухмылкой опустилось рядом.

– Я тебе не нравлюсь, ведь так?

– А с чего ради ты должен мне нравиться? – Франческа, сжимая в ладонях книгу, присела на диван, отчего платье нескромно приподнялось, являя взгляду чёрные подвязки.

Альберто попытался отвести глаза.

– Ты избалованный эгоист, каждый вечер, оставляющий целое состояние в ночных клубах. Я терпеть не могу таких, как ты.

– А я люблю таких, как ты. Четвёртый, да?

– Что?

– Грудь. Четвёртый размер.

– Третий, между прочим. И если тема исчерпана, надеюсь, ты оставишь меня в покое.

– Что ж, если тебе так любопытно, можем обсудить и мои достоинства, – блондин осклабился.

Несмотря на презрительное фырканье, он продолжал сверлить её взглядом.

– Ни малейшего желания. Всё, что связано с тобой, вызывает у меня стойкое отвращение.

Франческа вновь погрузилась в чтение.

– И что же, по мнению этой твари, может нас связывать? – Руссо, словно ленивый барс, растянулся на соседнем диване, покачивая бокалом.

Постепенно библиотека наполнялась и другими гостями.

– О, это проще простого. Тебя я оскорбил в каком-то захолустном клубе, а с ней переспал и вышвырнул, – Монца с лучезарной улыбкой указал на Франческу.

В ответ политик лишь едва скривил губы.

– Я не посещаю клубы.

– А я бы никогда не позволила тебе прикоснуться ко мне, самовлюбленный эгоист.

– Ладно, может, попробуем разобраться? У меня нет времени торчать здесь вечно, – Маттео задумчиво накрутил на палец прядь иссиня-чёрных волос.

Его экзотическая красота отражалась и в грациозных манерах. Даже этот невинный жест заставил Франческу невольно задержать на нём взгляд.

– Может, нас связывает один город?

– Сомневаюсь. Мы из разных миров. Хотя, по мнению неведомого гения, это не так, – Франческа тихо размышляла.

– Здесь меня объединяет разве что Антонио, со всеми остальными я едва знакома, – Оливия бросила недовольный взгляд на упомянутого мужчину, вызвав в ответ тихий рык.

Франческа отметила про себя эту пару.

– Мы с Дианой учились вместе в университете, но подругами нас назвать сложно, – Габриэлла робко улыбнулась блондинке, получив в ответ сдержанную улыбку.

Телеведущая съежилась на спинке дивана, устремив взгляд в окно, где бушевала гроза.

– Моя семья сотрудничала с семьёй Конте, когда они только начинали, – Фарини лениво зевнул.

– Когда-то давно мы с Ренатой были помолвлены, но расстались по обоюдному согласию, – Риккардо коротко улыбнулся женщине, стоявшей у окна.

– Получается, Франческа и Альберто – единственные, кто не имеет друг к другу никакого отношения.

– Я жила во Франции до позапрошлого года, так что вряд ли могла быть знакома со всеми вами.

Рассуждения прервал звук входящего сообщения.

«Копайте глубже, твари. Иначе не миновать огласки».

– Что за чёрт? Эта сука видит и слышит всё, что мы тут делаем. Мы словно подопытные крысы. Кто-нибудь обращался в полицию?

– Мои агенты связывались с правоохранительными органами, но там сказали, что это просто чья-то глупая шутка. Кто-то хорошо постарался, чтобы нам никто не поверил, – Габриэлла нервно заправила за ухо выбившуюся прядь.

– Мне совсем не нужны эти игры. На следующей неделе открывается выставка, – Оливия в ярости тряхнула телефоном. – Нужно найти этого шутника и закопать в этом же саду.

– Да? А ты знаешь, кто это? – Франческа ехидно оглядела Сальви. – Нам ясно дали понять, что мы у кого-то на мушке. Думаю, не на меня одну собрали компромат. Верно?

– Да, совершенно, верно. Я хочу, чтобы мои тайны похоронили вместе со мной, – Риккардо с усмешкой перевёл взгляд на телефон.

– Единственное, что мы знаем наверняка – мы зависимы от наших телефонов, – тихо проговорила Диана, выбирая книгу на полке.

С начала этого собрания она была тише воды. Франческа заметила глубокую задумчивость в её глазах, а иногда – поджатые губы и слёзы.

– С меня хватит. Утром я уезжаю, а сейчас – спать, – Рената с шипением направилась к двери.

Все замерли, услышав скрип. За порогом стояла небольшая закрытая коробка. В ней не было ничего особенного, кроме нарисованного глаза в верхнем левом углу.

– Что это ещё такое?

Все взгляды обратились к коробке. Никто не хотел рисковать. Когда ожидание затянулось, раздался тихий недовольный рык.

– С меня хватит. Отдайте, – произнёс Антонио, поднимаясь на ноги.

Он поставил пустой бокал на стол, схватил коробку, водрузил её на стол и сорвал крышку.

За окном разбушевалась гроза. Молнии пронзали небо. Атмосфера в комнате мгновенно сгустилась.

– Какого чёрта?! – воскликнула Оливия, заглядывая через плечо Антонио.

В коробке лежали вещи, словно вырванные из памяти каждого.

– Это проклятая фигурка не должна здесь быть. Кто-то издевается.

В её руках оказалась миниатюрная фигурка Немейского льва. Остальные, словно завороженные, заглянули в коробку, касаясь вещиц, каждая из которых хранила свою тайну.

– Я точно помню, где должна находиться эта вещица, – проговорила Франческа, её пальцы судорожно сжали глянцевый журнал.

Леонардо, заглянув в коробку, задумчиво покрутил в руках увядшую розу.

– Это рекомендательное письмо я писала лишь однажды, и два года назад она забрала его с собой в последний путь, – прошептала Габриэлла.

Франческа вгляделась в лицо девушки. В её медовых глазах почудилось что-то знакомое, но мысль ускользнула.

– Этим кулоном в виде короны я оплакивал утрату дорогой мне девушки, опуская его в могилу, – произнёс Монца, завороженно глядя на камень, вспыхивавший фиолетовыми искрами.

Напряжение росло. Гроза достигла апогея. Каштаны хлестали ветвями по стёклам. Раскаты грома заставляли содрогаться стены, а вспышки молний раскрашивали библиотеку призрачными бликами.

Каждый молча разглядывал содержимое коробки, погружённый в воспоминания. Телефоны молчали. Франческа, словно хищница, изучала каждого, пытаясь разгадать тайну, написанную на их лицах.

Диана уставилась в стену, сжимая в пальцах лоскут ткани с эмблемой своего университета.

– Мы учились с ней вместе. В день похорон я положила этот флаг, как символ нашей связи, – её голос дрожал, срываясь на шёпот.

Не нужно было быть провидцем, чтобы понять – Диану этот сюрприз поверг в ужас.

– Кто-нибудь из вас помнит день похорон?

– 18 июля. Тогда дождь лил не переставая, – мрачно пробормотал Росси, надевая найденный в коробке золотой перстень.

Остальные молча кивнули. Франческа, зажав в дрожащих ладонях хрустальный бокал, не решалась задать вопрос, который рвался наружу.

– А как звали девушку?

– Летиция Ришар, – голос Альберто потонул в звоне разбивающегося стекла.

Хрустальные осколки осыпали пол возле её ног.

– Значит, вы все знали мою сестру? Вы все были на кладбище два года назад, на её похоронах?

Девять пар глаз уставились на охрипший голос Франчески, не находя в себе сил произнести ни слова.

– Сестру? – Маттео, отвлекшись от серебряной пули в своих руках, устремил на девушку взгляд своих разноцветных глаз.

– Летиция Ришар была моей старшей сестрой. После её смерти я унаследовала редакцию журнала и пост директора. Она была старше меня всего на пару лет, но обладала невероятной хваткой. Я считала её излишне жадной в погоне за деньгами и славой.

– Твоя сестра была стервой и шантажисткой, – с презрением фыркнула Рената, комкая в руках конверт.

Стоявший рядом Лучано лишь усмехнулся.

– Не скажу, что был в восторге от знакомства с ней. Летиция лезла не в свои дела, – в его ладонях, отражая свет ламп, переливался браслет. – Я несколько раз предупреждал её о последствиях.

– Это я и так знаю. Выходит, всех нас связывает моя сестра.

Рассуждения Франчески прервал звук пришедшего сообщения.

«Игра началась!»

– Видимо, мы наконец-то можем уехать отсюда. Как только закончится гроза, я сматываюсь.

Негласно согласившись, все разошлись по спальням.