Читать книгу Шантаж в цифрах - - Страница 6

Три дня спустя. Монументальное кладбище Милана, 11:47

Сдавленно шикнув, словно отгоняя навязчивую мысль, Франческа вышла из машины. Миланское кладбище встретило её безмолвным великолепием надгробий. Каменные кресты тянулись к небу, обелиски устремлялись ввысь, а причудливые изваяния застыли в вечном молчании. Высокие кипарисы, подобно скорбным стражам, окружали это место покоя. Мощёная дорожка, словно лента, уводила вглубь, туда, где осеннее солнце рисовало на земле длинные, дрожащие тени. Ришар, закутанная в элегантное чёрное пальто-плащ с медными пуговицами, в коричневых кожаных перчатках и высоких сапогах, спешила к месту встречи.

Приглашение на прощание с Дианой, полученное от Фарини, сперва застало её врасплох, но мысль о том, что это может приблизить к разгадке личности шантажиста, заставила согласиться. Леонардо заверил, что церемония будет тихой, без лишней огласки – лишь те, кто был рядом, когда нашли Каполла, и её близкие.

Владелец нефтегазовой компании встретил её, едва она приблизилась. Чёрный костюм, жилет, дерзко контрастирующая алая рубашка и строгий галстук – Фарини стоял в отдалении от гроба, словно тень. Тёмные очки скрывали усталые глаза, а безупречно уложенные волосы, казалось, бросали вызов скорби. Ришар не могла даже представить, каких нервов стоило ему вновь пережить похороны.

Она приблизилась и коротко кивнула. Зелёные глаза скользнули по месту прощания. Деревья и кустарники, словно безмолвные стражи, обрамляли пёструю россыпь надгробий. Но взгляд неизменно возвращался к сияющему мраморному кресту и фигуре ангела, искусно выточенного и словно живого, – памятнику Диане Каполла. Золотые буквы эпитафии гласили: «Fino alla morte non ci separi!» – «Пока не разлучит нас смерть!» Франческа закусила губу. Почему именно этот крест? Почему Милан? Но сейчас не время бередить раны. Молчание – лучшее, что она могла предложить в этот горький час.

Её взгляд скользнул к белоснежному гробу, усыпанному каскадом белых цветов и изумрудной зелени. Он покоился на металлических подставках над зияющей чернотой могилы. У изголовья, словно безмолвные статуи скорби, застыли юные девушки, утирающие слёзы, и седовласый мужчина – верные коллеги из миланского института, которому Диана отдавала себя без остатка. Тишина кладбища, казалось, хранила только их боль. Ришар была в этом уверена, пока не почувствовала лёгкое прикосновение ладони к спине.

Обернувшись, директор журнала с нескрываемым удивлением встретилась взглядом с Габриэллой Росси. На ней было клетчатое пальто, а в руке – коричневая сумка, где, без сомнения, покоился верный спутник журналиста: диктофон или фотоаппарат. На её лице расцвёл робкий румянец, а светло-каштановые волосы, разметавшись по плечам, выдавали спешку.

– Слава Богу, успела, думала, не смогу попрощаться, – тихий голос телеведущей рассек тишину.

Едва кивнув Фарини, она поспешила к гробу. Леонардо тяжело вздохнул, запрокинув голову к серому небу. В голове роились отнюдь не лестные слова в адрес вездесущей теледивы.

– Я ей не сообщал. Понятия не имею, как она вечно всё вынюхивает, – пробурчал он.

Франческа лишь пожала плечами. Журналисты все такие. Эта профдеформация, словно вторая натура, не отпускает. Желание выискивать, узнавать, систематизировать – этот зуд остаётся навсегда. Ещё при первой встрече она поняла, что Габриэлла из тех, кто всегда ищет свою выгоду. Очевидно, после прощания их ждёт долгий допрос. Смерть однокурсницы для телеведущей – лишь повод для нового репортажа.

Пока Франческа размышляла, глядя в спину шатенке, справа от неё возник ещё один гость. Едва повернув голову, брюнетка едва сдержала стон досады. Рядом, меньше чем в метре, стоял Монца. Длинное чёрное пальто поверх белой рубашки и чёрных брюк. Светлые волосы собраны в хвост. В элегантном образе он казался готическим принцем в тишине кладбища. Крепко пожав руку Фарини, он убрал руки в карманы. Молчание не тяготило, скорее, дарило утешение.

Когда тело Дианы Каполла опускалось в землю, до Франчески не сразу донёсся тихий мужской голос:

– Ты звонила мне, помнишь? – Альберто не сводил глаз с процессии.

– Всего лишь ошиблась номером, – её голос прозвучал равнодушно.

Тот вечер она хотела бы вычеркнуть из памяти. Сутки без сна, алкоголь – всё это погрузило её в забытье. А утром, увидев пропущенный уже от него звонок, она не стала перезванивать. Минутная слабость закончилась.

Ироничный смешок сорвался с его губ. Он, конечно, не верил ни единому слову. Как поверить, когда экран его телефона трижды высвечивал её номер?

– Трижды? – На этот ядовитый вопрос француженка лишь закатила глаза. Она не обязана отчитываться. Вместо этого она устало фыркнула и, отвернувшись, пробормотала:

– На третьем я поняла, что ошиблась. Тебя волнует количество? Я заняла линию твоих дам?

– А если так, то что? Вернёшь мне потерянный вечер с процентами? – Альберто, словно хозяин положения, вынул руку из кармана и обвил её талию, заставляя Франческу сделать шаг навстречу.

– Одним поступком ты перечеркнул всё хорошее впечатление о себе, – она мгновенно сбросила его руку и отступила. – Я просто хотела поговорить о сестре, но, кажется, это бесполезно.

– Абсолютно, верно. О женщинах я предпочитаю говорить в горизонтальном положении, а ты пока не горишь желанием присоединиться. Но если передумаешь, мой номер у тебя есть, – Монца не стал задерживаться, резко развернулся и направился к выходу.

Идя к машине, он и сам не мог понять, что так выводило его из себя. Сообщение, пришедшее ночью из того злополучного дома, или эта неприкрытая ненависть француженки? Они ведь не встречались раньше. Или встречались? Почему он был так уверен, что нет?

Он застыл у дверцы своего авто. Для такой ненависти должна быть причина. И дело было явно не в мимолётной интрижке с её сестрой. Похоже, придётся попытаться договориться с Ришар… без привычной прелюдии. Глубоко вздохнув, блондин спрятал ключи и, развернувшись, вновь побрёл туда, откуда только что пришёл.

Ришар, прищурившись, застыла на месте, взглядом выискивая знакомые лица. Внимание её, словно магнитом, притянуло к юношеской фигуре, одиноко застывшей в отдалении. Он стоял, словно тень, отбрасываемая надгробиями, и с тоской смотрел на могилу. В своём зелёном костюме, контрастирующим с траурной чёрной футболкой, он невольно притягивал взгляды. Франческа узнала его мгновенно. Марко Ди Маджио. Тот самый шестнадцатилетний студент. Но она была не единственной, кто заметил его. Леонардо Фарини, отошедший от могилы, хмуро буравил взглядом молодого человека. У него не было права вышвырнуть его. И ему оставалось лишь безмолвно сжимать кулаки.

Франческа, казалось, улавливала каждый импульс в его сознании. Лёгкой тенью она скользнула к студенту. Едва слышный стук каблуков возвестил о её приближении, и парень, словно очнувшись от транса, настороженно встретился с ней взглядом.

– Ты ведь Марко, верно?

– Вы журналист? – Грубый вопрос вызвал на её лице снисходительную улыбку.

– Я нет, а вон та дама – да, – почти незаметный кивок в сторону Росси. – Поэтому давай прогуляемся, пока она не обратила на нас внимание.

В тёмных глазах Ди Маджио Ришар прочитала бурю, но, возможно, траур или её понимающая улыбка сыграли свою роль. Марко кивнул и покорно последовал за ней.

В тишине они дошли до её автомобиля. И лишь когда её рука потянулась к дверце, он резко, почти грубо, остановил её. Хватка его пальцев была болезненно сильной.

– Вы ведь знаете обо мне и Диане? – дрожь в голосе предательски выдавала его смятение.

Франческа глубоко вздохнула.

– Знаю. И сейчас я делаю всё, чтобы это не стало достоянием общественности.

– А есть ли смысл? Её уже не вернуть, – прошептал он.

– Ты думаешь, она хотела бы, чтобы и твоя жизнь оборвалась следом? – Ришар изо всех сил старалась донести до парня смысл своих слов. Каполла так трепетно хранила тайну, что предпочла умереть. А он готов вывернуть её жизнь наизнанку. – Я подвезу тебя, садись.

Едва она завела двигатель, Ди Маджио едва слышно шепнул:

– Это всё из-за меня.

– Зачастую люди винят себя в том, в чём не виноваты вовсе. Диана умерла не из-за тебя, – произнесла Франческа, выезжая с кладбища. – Не думаю, что ты знал об её аллергии.

– Если бы я её послушал… – Марко шумно вздохнул. Откинувшись на спинку сиденья, он достал телефон и пролистал галерею. На каждой фотографии – лицо Дианы. – Мои родители погибли в аварии. Мне было шесть. К счастью, были живы бабушка с дедушкой. Став старше, я задумался, как двум пенсионерам под силу содержать ребёнка? Позже я узнал, что на моё имя ежемесячно поступают деньги.

– Как ты узнал, от кого?

– Мне исполнилось четырнадцать, когда пришло письмо. Там была статья об аварии и данные о счетах, – Франческа знала продолжение. – Я просто хотел убедиться, правда ли это. И пришёл к ней в институт. Она узнала меня сразу… и потеряла сознание.

– А что потом?

– Она рыдала. Исповедовалась. Как, объятая паникой, скрылась с места трагедии, а после годы переводила деньги. Прощения просила… Я дал ей слово, – парень криво усмехнулся. – А потом, когда наступил подростковый бунт, я просто сыграл на её чувстве вины.

Резкий удар по тормозам бросил Франческу вперёд. Она повернула голову, ожидая увидеть испуг, но на лице студента было лишь спокойное, изучающее выражение.

– Это не она тебя соблазнила… – выдохнула Франческа, и нога плавно надавила на газ.

Самодовольное фырканье Ди Маджио резануло слух.

– Зачем подростку искать девушку, когда рядом есть та, что готова на всё, лишь бы её простили? – Впервые за вечер Франческа ощутила желание ударить его. – Мне тогда только исполнилось шестнадцать. После первого раза она умоляла забыть. Игнорировала. Запирала кабинет. А потом был второй, третий… Но пару месяцев назад в ней что-то сломалось. Я думал, она сдалась. Мы даже начали вместе выбираться.

Тихий смешок сорвался с губ Франчески. Нет, Диана не сдалась. Диану начали шантажировать. Первые слова о невиновности Марко теперь жгли язык. Он был виновен. Виновен в том, что утопил её в пучине вины. Виновен в том, что ослеп от похоти.

– Тебя нисколько не смущало, что у неё был мужчина? – Она пыталась вытянуть из него хоть искру смущения, но в ответ получала лишь невозмутимую улыбку.

– Она сказала, что это не проблема. Один раз, и никто не узнает. А потом… я не спрашивал, – он пожал плечами.

Ришар поклялась себе, что сейчас вышвырнет его из машины. Казалось, только Монца был способен вызвать в ней такой шторм ярости, но нет, вот он, достойный соперник.

– Я видел их вместе пару раз. Она приходила с ним в институт. А после тащила меня в свой кабинет.

Марко продолжал извергать слова, а Франческа чувствовала, как внутри нарастает ярость. При первом взгляде он казался несчастным подростком. Теперь же перед ней сидел расчётливый юнец, из которого вырастет безжалостный манипулятор.

Марко продолжал извергать слова, словно змея яд, а Франческа чувствовала, как внутри нарастает ярость. Ей отчаянно хотелось вдавить педаль тормоза, чтобы самодовольное лицо мальчишки ощутило всю твердость приборной панели и замолчало навеки. При первом взгляде он казался несчастным подростком, насильно втянутым в нежеланные отношения, пленником похоти Дианы. Теперь же перед ее зелеными глазами сидел расчетливый юнец, из которого вырастет безжалостный манипулятор, шагающий по чужим судьбам к своей цели. Франческа едва сдержала порыв написать Альберто, что у того появился достойный преемник. Краткая, улыбка застыла на ее губах, отказываясь исчезнуть, как бы она ни пыталась вернуть лицу невозмутимое выражение.

Краем глаза она замечает, как студент, вновь погрузившись в мерцающий экран телефона, наконец умолкает. Видимо, исчерпал свой запас откровений. Франческа ощущает неодолимое желание выведать у него хоть что-то еще о Диане, но предчувствие подсказывает, что это ей не понравится. К счастью, до места назначения осталось совсем немного, и она надеется навсегда вычеркнуть этого парня из своей жизни. Останавливая машину у дома, адрес которого Марко пробормотал при посадке, она терпеливо ждет, когда студент выберется наружу. Но тот не спешит. Его взгляд, словно прикосновение, скользит по Ришар, оценивая ее с головы до ног. Диана была милой, наивной, доверчивой – эта женщина же, напротив, дышит изысканной красотой и… силой. В ее уверенности, спокойствии, равнодушии ко всему чувствуется некая недоступность. Франческа читает в его глазах все, что он думает, и не может удержаться от едкого замечания, мгновенно сбивающего спесь с юнца.

– Чего расселся? Давай, выходи. Мальчики твоего возраста меня не привлекают, – сказала она едко.

Парень лишь закатывает глаза в ответ, словно ее слова не имеют для него ни малейшего значения.

«Диана тоже начинала с надменности, а потом стонала подо мной трижды в неделю, почти два года подряд…»

Ди Маджио сдержался, чтобы не выплюнуть эти слова в лицо Франческе. Каполла он сломил компроматом, женщину и без того простодушную, а на эту стерву ничего не было. Тяжело вздохнув, он отстегнул ремень безопасности. Рука уже легла на дверную ручку, когда до ушей Франчески донесся тихий, но отчетливый голос:

– Ну и зря. Я мог бы удивить.

– Я видела, как ты удивлял Диану, – в её голове всплыли кадры злополучного видео. – И надеюсь, у тебя хватит ума не хвастаться этим. Не хотелось бы, чтобы её имя полоскали в таком контексте.

– Я молод, но не идиот, мадам, – он презрительно фыркнул и выскользнул из машины.

Франческа усмехнулась, глядя на его удаляющуюся спину. Идиот, что бы он там ни говорил. Возможно, время само расставит всё по местам.

Но не успела она погрузиться в раздумья, как резкий звук входящего сообщения вырвал её из оцепенения.

«Забавляешься, подслушивая чужие истории, Франческа? А не хочешь ли поделиться своей?»

Женщина резко тормознула. Лоб с глухим стуком встретился с рулём. Тяжёлый вздох вырвался из груди. Эти сообщения… они уже не просто осколки раздражения, а острые кинжалы паники. Кажется, ей снова уготовано бегство. Или… найти того, кто дёргает за ниточки?

Решение сорваться в офис журнала пришло внезапно. Оставаться в тишине собственной квартиры стало невыносимо. Ришар резко развернула автомобиль на перекрестке и унеслась в редакцию «STILE & SFARZO».

Пригород встретил её очарованием узких мощеных улочек. Офис занимал последний этаж бизнес-центра. Современное двухуровневое пространство. Внизу – оживлённое поле рабочих столов. На верхнем уровне – конференц-зал и бывший личный кабинет Летиции. Панорамные окна открывали захватывающий вид.

Едва Франческа переступила порог, её помощник уже вился рядом, шепча последние новости: материал готов, а в кабинете её ожидает гость. Лёгкое удивление скользнуло по её лицу. Кивнув и доверив пальто помощнику, она направилась в кабинет.

Там, в её рабочем кресле, небрежно расположилась Габриэлла Росси. Франческа вопросительно изогнула бровь.

– Ты задержалась, – проворковала теледива.

– Я и не планировала быть здесь. Что ты здесь делаешь? – тихо прикрыв двери, спросила Франческа.

– Уверяю, я здесь только ради встречи. Хотела предложить твоему журналу материал для нового выпуска. Я передала его твоему помощнику.

Франческа одним стремительным шагом оказалась у коммутатора.

– Материал, что принесла госпожа Росси. Принесите его мне немедленно.

Уже через минута она, нахмурившись, изучала распечатанную статью. Затем недовольно цыкнула и скомкала бумагу.

– Это мы печатать не будем.

– Почему? Вполне подходящая статья, – делала вид, что не понимает, Габриэлла.

Брюнетка презрительно фыркнула, отправляя скомканный лист в мусорную корзину. На белом клочке ещё можно было различить заголовок: «Смерть и жизнь Дианы Каполла».

– Во-первых, копаться в жизни человека, которого только похоронили – верх нетактичности. Во-вторых, я не стану этого делать из уважения к Диане. В-третьих, мой журнал никогда не опустится до публикации статей, основанных на слухах.

– О, не будь такой занудой! Ты же, как журналист, должна трепетать перед сенсацией, – Габриэлла снисходительно фыркнула, прохаживаясь по кабинету.

– В том-то и дело, Габриэлла, я – не журналист.

– Никогда не поздно начать.

– Если я начну, какую сенсацию я раскопаю о тебе, Габриэлла? – расслабленно брошенный вопрос повис в воздухе, заставив шатенку замереть. Она нервно закусила губу.

Звезда эфиров замерла, подбирая слова. Встряхнув волосами, она вновь повернулась к Франческе, ослепляя улыбкой.

– Ну, нет так нет. Просто выпущу эфир о её жизни, чтобы почтить память. Давай поговорим об этом позже. Кстати… Оливия открывает выставку античного искусства и прислала мне приглашения. Одно для тебя.

Перед глазами Франчески возник алый конверт. Приглашение на выставку в королевском дворце Турина. Дата – через две недели. Она кивнула. Росси широко улыбнулась, схватила пальто и исчезла.

Убедившись, что телеведущая скрылась, Франческа нажала на коммутатор.

– Предупреди службу безопасности. Никто не должен переступать порог редакции без предварительной договоренности. Будь он хоть трижды звездой эфиров, королевским принцем или самим президентом. Статью уничтожить без следа.

Убирая палец с кнопки, она устало окинула взглядом алый конверт. Она мечтала лишь об одном: чтобы жизнь вернулась в прежнее русло. Без этого кошмара. Неужели это непомерная плата за спокойствие?