Читать книгу Коллекционер - - Страница 8

Поцелуй закончился, но Алекс не отстранился. Он прижался своим лбом к ее, не разрывая хрупкую связь этого момента. Катя стояла, не шевелясь, растерянная, счастливая и немного напуганная своей же смелостью. Ее дыхание было сбивчивым.

– Прости, – прошептал он, и его голос был полон искренности. – Я не должен был этого делать… но я просто не смог сдержаться.

Эта фраза была идеальной. Она снимала с него ответственность, превращая продуманный ход в непреодолимый порыв, а ее – в причину этого порыва. Она была не жертвой, а музой.

– Может… поднимешься? – тихо спросила она, глядя куда-то ему в грудь. – У меня есть хороший чай.

Предлог был таким скромным, таким домашним, таким правильным. Таким в ее стиле. Алекс на мгновение изобразил сомнение, словно боролся с собой, взвешивая все «за» и «против». Он не хотел показаться слишком настойчивым.

– Я не хочу, чтобы ты подумала… – начал он.

– Я ничего не подумаю, – перебила она. – Просто поднимись. Пожалуйста.

– Хорошо, – сдался он с видом человека, идущего на поводу у сердца, а не разума.

Ее квартира в старом профессорском доме была полной противоположностью его выверенному логову. Здесь не было модных постеров или дизайнерской мебели. Только книги. Они были везде: на полках до самого потолка, на столе, на подоконнике, на полу. В воздухе стоял уютный запах старой бумаги и сушеных яблок. Это было настоящее, живое пространство, а не декорация.

Они пили чай на маленькой кухне. Разговор тек сам собой, тихий и личный. Алекс больше не говорил о звездах. Он говорил о себе.

Он рассказывал ей о своем одиночестве. О том, как сложно жить в мире, где все измеряется деньгами и статусом, когда тебе важны лишь книги и настоящие чувства. О том, как он часто чувствует себя чужим на празднике жизни, потому что никто не видит за его улыбкой того, что у него внутри. Он говорил, глядя в свою чашку, словно ему было тяжело и стыдно так открываться.

Он заставил ее почувствовать себя особенной. Единственной, кто смог пробиться сквозь его защитную броню и разглядеть его «настоящего». Катя слушала, и ее сердце таяло. Вот он, тот человек, о которых она читала в романах – непонятый, глубокий, ранимый.

Когда он замолчал, она осторожно накрыла его руку своей.

– Мне кажется, я тебя понимаю, – тихо сказала она.

Алекс поднял на нее глаза, полные благодарности. В тишине старой квартиры, наполненной запахом книг и абсолютным доверием, слова стали больше не нужны.

Он не ответил словами. Его ответом был медленный, почти церемонный подъем и протянутая рука. Катя, все еще находясь под гипнозом его откровений, без колебаний вложила свою ладонь в его. Он повел ее из кухни, и она послушно следовала за ним в полумрак ее же спальни, освещенной только тусклым светом уличного фонаря из окна.

Он остановил ее посреди комнаты и повернул к себе. Его пальцы с невероятной нежностью коснулись ее щеки, отодвинув прядь волос. Он смотрел на нее в темноте с таким обожанием, что у нее перехватило дыхание.

– Ты так красива, – прошептал он, и его голос звучал хрипло и искренне. – Не только внешне… но и внутри. Я вижу это.

Его губы коснулись ее губ с почти благоговейной осторожностью. Этот поцелуй был полной противоположностью их первого у подъезда. Он был медленным, глубоким, исследующим. Он не торопился, словно боялся спугнуть хрупкость момента. Его руки скользили по ее спине, нежно разминая напряженные мышцы, пока она не расслабилась полностью, отдавшись течению.

Одной рукой он дотянулся до молнии на ее платье. Металлический звук прозвучал оглушительно громко в тишине комнаты. Ткань мягко шурша, соскользнула на пол, обнажая ее плечи, грудь, талию. Она стояла перед ним в одних лишь белых хлопковых трусиках, стесненно скрестив руки на груди, чувствуя себя абсолютно голой и уязвимой под его пристальным взглядом.

– Не прячься, – тихо попросил он, его пальцы мягко разомкнули ее замок. – Позволь мне смотреть.

Он опустился на колени перед ней, как рыцарь перед своей дамой. Его губы коснулись ее живота, и она вздрогнула от прикосновения. Он оставлял медленные, влажные поцелуи, спускаясь все ниже, к краю белья. Его руки крепко держали ее за бедра, не давая ей потерять равновесие.

– Алекс… – ее голос был слабым и полным неуверенности.

– Доверься мне, – прозвучал его ответ снизу, и в нем была такая железная уверенность, что ей оставалось лишь кивнуть, запрокинув голову.

Он снял с нее последнюю преграду. Его руки провели по внутренней стороне ее бедер, мягко заставляя их разомкнуться. И тогда он приник к ней ртом.

Ощущение было настолько новым, острым и шокирующим, что она вскрикнула. Его язык был настойчивым и безжалостным опытным проводником, находившим самые чувствительные точки с первой же секунды. Она вцепилась пальцами в его волосы, не в силах ни оттолкнуть его, ни прекратить это. Ее колени подкашивались, все тело содрогалось в такт движениям его языка. Мир сузился до этого темного пятна наслаждения, растекающегося по всему ее естеству.

Он чувствовал, как ее ноги дрожат, как ее дыхание срывается на высокие, задыхающиеся всхлипы. Он ускорил темп, заставляя ее выть тихим, постыдным воем, который она сама от себя не ожидала. И когда волна оргазма накрыла ее с головой, заставив все ее тело выгнуться и затрепетать в его руках, он не отпустил ее, а продолжил, продлевая спазмы до грани боли и блаженства.

Пока она приходила в себя, тяжело дыша и не в силах пошевелиться, он поднялся, снял свою одежду и уложил ее на кровать. Она лежала, раскинувшись, полностью опустошенная, глядя в потолок. Он лег рядом, его рука легла на ее еще влажный от пота и ее соков живот.

– Нормально? – тихо спросил он, и в его голосе снова зазвучали те нотки заботы, что пленили ее изначально.

Она лишь кивнула, не в силах вымолвить слово.

Он перевернул ее на бок, спиной к себе, и прижался к ней всем телом. Его возбуждение, твердое и горячее, уперлось в ее ягодицы. Одна его рука обвила ее за талию, а другая опустилась между ее ног, пальцы снова нашли ее клитор, все еще гиперчувствительный после недавнего потрясения.

– Подожди… – попыталась она протестовать, но ее тело уже отвечало на его прикосновения, снова зажигаясь.

– Тихо, – он прошептал ей в ухо, и его голос снова стал властным. – Я еще не закончил.

Его пальцы продолжали свою работу, а сам он, направляя себя, медленно вошел в нее сзади. Она вскрикнула – это было глубже, по-другому, почти болезненно после недавнего. Но он не останавливался. Его рука на ее талии прижимала ее к себе, его бедра задавали неумолимый, глубокий ритм. Она была его марионеткой, полностью отданной на его милость.

Его дыхание стало тяжелым и прерывистым у нее за ухом. Он кусал ее мочку уха, шею, плечо, оставляя метки.

– Кончай со мной, – приказал он, и его голос был чужим, звериным. – Сейчас.

И ее тело, измученное и покорное, снова откликнулось на его приказ, затрепетав в новом, менее ярком, но более глубоком оргазме. С рычащим стоном он последовал за ней, вгоняя себя в нее до упора и заполняя ее теплой пульсацией.

Утро разбудило Катю не будильником, а полоской солнечного света, пробившейся сквозь шторы. Она улыбнулась, не открывая глаз. Впервые за долгое время она чувствовала себя абсолютно счастливой. Она повернулась, чтобы обнять Алекса.

Но место рядом было пусто.

Сердце на мгновение екнуло, но она тут же успокоила себя. Он, наверное, просто встал пораньше. Может, он на кухне, рассматривает ее книги. Она накинула халат и, предвкушая продолжение их ночного разговора, тихо пошла на кухню.

Он действительно был там. Но он не рассматривал книги. Он стоял спиной к ней, уже полностью одетый, и смотрел в телефон. Атмосфера уюта и доверия, царившая здесь ночью, испарилась без следа.

– Доброе утро, – тихо сказала она, стараясь, чтобы ее голос не дрогнул от необъяснимой тревоги. – Я как раз хотела сварить кофе. Ты какой предпочитаешь?

– Не нужно, я уже ухожу, – сказал он. Его тон был ровным и деловым.

– Что-то случилось? – она сделала шаг к нему. – Вчерашний вечер… он был таким…

Она не смогла подобрать слово. «Особенным»? «Важным»? Любое из них прозвучало бы сейчас глупо и неуместно.

– Был отличный вечер, – легко согласился он, убирая телефон в карман. Он сказал это так, будто они сходили в кино на неплохой фильм. Не больше.

Его равнодушие било сильнее пощечины.

– Алекс, я не понимаю… – начала она, чувствуя, как внутри все холодеет.

Он подошел к двери и начал обуваться. Она смотрела на его спину, и в голове билась только одна мысль: «Не дай ему уйти вот так».

– Мы… мы еще увидимся? – вопрос сорвался с ее губ, тихий и жалкий.

Он закончил со шнурками и выпрямился.

– Созвонимся как-нибудь.

Алекс вышел на улицу, достал телефон. Он прошел несколько метров, отдаляясь от ее дома, и только тогда его лицо, освещенное экраном, исказила довольная улыбка. Он открыл приложение с заметками, нашел файл «Коллекция» и добавил новую запись.