Читать книгу Очень странный Новый год - Группа авторов - Страница 11

24 декабря. 20:15. Бывший цех розлива завода «Кристалл»

Заброшенный заводской цех выглядел как декорация к фильму про постапокалипсис: выбитые стекла, ржавые балки под потолком, гулкое эхо и холод, пробирающий до костей. Лена, Марк, Вика и Георгий Иванович стояли на импровизированной трибуне – старой погрузочной рампе, освещенные лишь светом автомобильных фар (Марк загнал «Волгу» прямо внутрь).

Лена куталась в пальто и дрожала.

– Никто не придет, – прошептала она. – Это бред. Люди сидят дома, режут оливье и смотрят «Иронию судьбы». Кому нужны наши сказки?

– Жди, – коротко бросил Марк, глядя на тяжелые железные ворота цеха.

И тут ворота скрипнули.

Сначала вошла маленькая, сухонькая старушка с тележкой на колесиках. За ней – два здоровенных мужика в спецовках «Мосэнерго», с лицами, испачканными сажей. Потом – стайка бледных подростков с рюкзаками, увешанными значками. Поток людей не прекращался.

Они шли молча, настороженно оглядываясь. Здесь были курьеры с желтыми и зелеными коробами. Таксисты в кожаных куртках. Группа диггеров в налобных фонарях. Какая-то женщина в шубе, сжимающая в руках переноску для кошки. Суровый дядька с монтировкой за поясом.

К половине девятого цех был заполнен. Человек сто, может больше. Пестрая, странная толпа, которую в обычной жизни ничего бы не объединило. Но сейчас их объединял одинаковый взгляд – взгляд людей, которые заглянули за край реальности и увидели там зубы.

Гул голосов затих, когда Марк вышел вперед.

– Добрый вечер, – его голос, усиленный мегафоном (добыча Вики), разлетелся под сводами цеха. – Или не добрый. Если вы здесь, значит, вы видели.

Толпа молчала.

– Видели тени, которые не отбрасывают предметы, – продолжил Марк. – Слышали звуки в проводах. Чувствовали, как холод берет вас за горло в теплых комнатах.

– Я видел! – выкрикнул парень в спецовке. – На подстанции! Оно сожрало кабель толщиной в руку! Начальник сказал, я был пьян и меня уволили!

– А у меня в квартире на первом этаже из раковины лезло! – подхватила женщина в шубе. – Черная жижа! Я вызывала сантехников, они ржали надо мной!

Гул начал нарастать. Люди выплескивали то, что держали в себе, боясь прослыть сумасшедшими. Это был сеанс коллективной терапии, перерастающий в бунт.

Лена шагнула к мегафону, перенимая эстафету у Марка. Ей вдруг стало легко. Она видела перед собой не толпу фриков, а своих сотрудников. Только задача была не закрыть квартал, а выжить.

– Нам никто не поверит, – сказала она громко и четко. – Полиция, МЧС, власти – они слепы. Или в доле. Через семь дней, в новогоднюю ночь, эти твари вылезут наружу. Они питаются электричеством, а Москва сейчас – одна большая батарейка. Если мы ничего не сделаем, этот город станет кладбищем.

– И че делать-то, командирша? – хрипло спросил кто-то из темноты. – У нас нет танков.

– У нас есть кое-что получше, – улыбнулась Лена, кивая Георгию Ивановичу.

Старик вышел вперед, с гордостью выкатывая ту самую монструозную конструкцию из кварцевых ламп, которую они собрали днем. В полумраке цеха она напоминала орудие пыток из киберпанка.

– Свет, – проскрипел он. – Жесткий ультрафиолет. Для них это как кислота.

Марк сунул руку во внутренний карман пальто и достал тяжелый свинцовый футляр – тот самый, в котором хранил образец, добытый в первый день из щитка.

– Я ношу эту дрянь с собой неделю, – громко сказал он, поднимая футляр так, чтобы видели все. – И поверьте, она очень хочет выбраться.

Он поставил контейнер на ржавую бочку в центре пятна света от автомобильных фар. Надел защитные очки и жестом велел передним рядам отойти. С осторожностью сапера Марк отщелкнул крышку.

Толпа испуганно выдохнула.

Внутри пластиковой коробочки бесновалась черная маслянистая клякса. Почувствовав свободу и близость сотен людей – их тепло, электрические поля их телефонов – субстанция мгновенно вздыбилась. Она выстрелила тонким хищным усиком вверх, пытаясь вырваться за бортик, пульсируя в ритме чуждого сердцебиения.

– Георгий, огонь! – скомандовал Марк, отдергивая руку.

Старик ударил по рубильнику.

Установка вспыхнула ядовито-фиолетовым, режущим глаза светом. Концентрированный луч ударил прямо в открытый контейнер.

Раздался звук, похожий на шкворчание масла на раскаленной сковороде, смешанный с тонким, почти ультразвуковым визгом, от которого у многих заложило уши. Черная слизь забилась в конвульсиях. Она начала пузыриться, теряя форму, источая густой вонючий дым.

Три секунды агонии – и все кончилось.

Марк дал знак выключить лампу. На дне контейнера не осталось ни монстра, ни слизи. Только горстка серого пепла, который он демонстративно сдул с ладони.

Толпа ахнула. Страх в глазах людей сменился надеждой.

– Нам нужно оружие, – сказала Лена, видя, что момент настал. – Все, что светит ультрафиолетом. Медицинские лампы, солярии, детекторы валют, лампы для маникюра.

– У меня в салоне три лампы для шеллака! – пискнула Вика. – Я принесу!

– Я работаю в больнице, списанное оборудование на складе есть! – крикнул кто-то.

– Я электрик, я могу собрать портативные прожекторы, если будут детали!

Цех превратился в растревоженный муравейник. Лена чувствовала, как дрожат руки от азарта.

Марк подошел к ней, когда толпа начала разбиваться на группы по интересам: электрики обсуждали схемы подключения, курьеры чертили карты проходных дворов к центру.

– Неплохо для менеджера среднего звена, – сказал он, глядя на нее с нескрываемым уважением. – Ты только что создала незаконное вооруженное формирование.

– Это кризис-менеджмент, детка, – усмехнулась она, поправляя волосы. – Если проект горит, нужно привлекать аутсорс.

Внезапно к ним подошел мужчина неопределенного возраста, в очках с толстыми линзами и с рюкзаком, полным радиодеталей.

– Простите, – он говорил тихо, заикаясь. – Я… я физик. Преподаю в МГУ. Я слышал ваши слова про резонанс и электричество.

– И что? – насторожился Марк. – Скажете, что это антинаучно?

– Нет, что вы! – физик поправил очки. – Наоборот. Я давно заметил аномалии в энергосистеме. Но… вы собираетесь просто светить на них лампами? Это как бить слона тапком. Эффективно, но долго.

– У вас есть идея получше?

Физик застенчиво улыбнулся, и в этой улыбке промелькнуло что-то пугающе-маньячное.

– Если они живут в сети… и если они соберутся в одном месте, в «Гнезде», как вы говорите… то зачем бегать за ними с лампами? Можно ведь устроить короткое замыкание. Глобальное.

– Вырубить свет во всей Москве в новогоднюю ночь? – Лена округлила глаза.

– Не просто вырубить, – вмешался Марк, мгновенно уловив мысль. – Создать обратный импульс. Перегрузку. Превратить всю сеть города в гигантский электрический стул. Поджарить их изнутри, в их же проводах.

Физик кивнул.

– Но для этого нам нужно добраться до центрального распределительного узла. И нам нужно что-то, что создаст импульс такой мощности.

Марк и Георгий Иванович переглянулись.

– Катушки Теслы, – хором сказали они. – Те самые, которые «Эгида» завезла в лабораторию.

– Мы украдем их оружие, – закончил Марк, и на его лице расплылась хищная улыбка. – И направим против них.

Лена посмотрела на свою странную, нелепую, но такую живую армию.

– Значит, план меняется. Мы не просто обороняемся. Мы идем в атаку. Операция «Темная ночь» начинается.

В этот момент к рампе подошла бабушка с тележкой.

– Сынок, – обратилась она к Марку. – У меня дома две банки святой воды и электрошокер, который мне внук подарил. Куда это сдавать? В общий котел или при себе держать?

Марк посмотрел на Лену. Лена прыснула. Через секунду они оба хохотали – нервно, истерично, до слез, обнявшись посреди холодного цеха.

– При себе, бабуля, – вытирая слезы, сказал Марк. – При себе. Электрошокер и святая вода – это лучший билд на этого босса.

24 декабря. 23:32

Когда все разошлись, получив инструкции и контакты для связи в Телеграме (Вика создала закрытый канал «Охотники за привидениями МСК»), они вчетвером остались в цеху.

Марк сидел на капоте «Волги», глядя в темноту. Лена подошла к нему, протягивая стаканчик с остывшим кофе.

– Ты как?

– Страшно, – честно признался он. – Я технарь, Лен. Мой максимум риска – это пролить колу на клавиатуру. А мы собираемся устроить блэкаут в столице ядерной державы. Нас посадят. Если не съедят.

– Зато будет что вспомнить, – она встала рядом, касаясь его плеча своим.

Марк повернул голову. Их лица оказались в опасной близости.

– Знаешь, чего я боюсь больше, чем монстров?

– Чего?

– Что когда все это закончится… ты вернешься к своим отчетам, а я к своим серверам. И мы снова станем чужими.

Лена молчала. Сердце стучало так громко, что, казалось, перекрывало гул далекого города.

– Я ненавижу отчеты, – прошептала она. – И я, кажется, начинаю любить сервера.

Марк медленно, словно давая ей последний шанс сбежать, положил руку ей на талию. Лена не сбежала. Она подалась вперед, и их губы наконец встретились – в поцелуе со вкусом дешевого кофе, пыли и отчаянной надежды.

Где-то в глубине цеха Георгий Иванович деликатно кашлянул и отвернулся, делая вид, что очень заинтересован ржавой арматурой. А Вика тихонько навела камеру телефона, но на этот раз не стала постить.

– Сохранить в черновики, – прошептала она с улыбкой. – Для свадебного видео.