Читать книгу Проект «Забвение» - Группа авторов - Страница 4

«Самое лучшее – прямо и просто сказанное слово».

У. Шекспир

Первое, что отметила для себя Эмилия, войдя в купе своего соседа, – там было прохладно. Эта неожиданная перемена очень удивила её. Сначала это сбило с толку, но потом она поняла, что здесь явно «подправили» климат с помощью искусного заклинания «Летний вечер». Оно было весьма сложным в исполнении, а соответственно недешёвым и использовалось в основном в больничных палатах. Пациентам было комфортно при такой температуре и считалось, что микроклимат, создаваемый этим заклинанием, способствует скорейшему восстановлению. По радио постоянно крутили рекламу этого средства. В комнате у Эмилии стояло радио из карболита с круглым динамиком посередине. Этот динамик пересекало несколько декоративных лучей, от этого его форма очень напоминала шипастую сферу, в которую заключали заклинание «Летнего вечера». Это была приятная ассоциация.

Купе было зеркальным отражением её собственного и было столь же шикарным по обстановке, однако при этом казалось более тёмным. И это было неудивительно, потому что обычно по приходе с яркого солнце всё вокруг казалось более тёмным. Может оттого Эмилия не сразу разглядела на диване человека.

– Смелее проходите, – подбодрил её сзади голос Лиама Нортона.

Эмилия крепче сжала два картонных стакана с лимонадом и шагнула к столику у окна.

– Я подумал, что лимонад будет как раз кстати, – продолжал он, обращаясь уже к своему приятелю. – И мадмуазель Эмилия помогла мне его принести.

– Благодарю вас, – кратко произнёс он и, приподнявшись потянулся за своим стаканом. В этот момент Эмилия заметила, что её визави в другой руке держит солнцезащитные очки, а, спустя ещё полмгновения смогла рассмотреть его полностью. Сначала элегантный белый костюм, затем золотистые волосы, а потом и лицо.

Это был молодой человек приблизительно её возраста, ослепительно красивый, красивый настолько, что при первом взгляде на него сердце Эмилии забилось быстрее. Он был изящным, как фарфоровая статуэтка, но в его позе чувствовалась стальная выправка и скрытое напряжение. Девушка как заворожённая глядела перед собой и чувствовала, как краснеют её щёки. В этом смущённом состоянии она даже не поняла, как села на стул. Без приглашения этого делать не стоило, но думать об этикете уже было поздно. Новый знакомец захватил всё её внимание.

– Позвольте представиться, – произнёс он. – Лукас Кэйсил. Может быть моё имя вам не скажет ничего, я мало известен в вашем круге общения. И скорее всего вы могли слышать обо мне от вашей подруги, свадьбу которой вознамерились сорвать.

Эмилия действительно слышала эту фамилию, но не от Мэдди, а от своей мачехи – Габриэль. И речь была не о Лукасе Кэйсиле, а о Шоне Кэйсиле. Одним злополучным утром Габриэль прочитала в газете некролог, который следовал через неделю после смерти отца Мадлен. Её мачеха знала Шона Кэйсила лично, потому дала волю эмоциям и скорбела о нём долгое время. Но что самое примечательное: Шон Кэйсил и отец Мадлен были бизнес-партнёрами. Отец Эмилии тогда сказал, что это всё странно и весьма опасно, потому что такие большие деньги повлекут за собой ещё больше трагедий. И он был прав. Эта встреча была чем-то вроде провидения. Она каким-то странным образом наткнулась на людей, близких к этому водовороту событий.

– Моя мачеха знала вашего отца, – произнесла Эмилия и опустила глаза на свой стакан лимонада. – В юности они были хорошо знакомы. Потому примите мои соболезнования в связи с вашей утратой.

– Принимаю, – ответил собеседник. В этот момент раздался протяжной гул, за ним толчок, и поезд тронулся.

– Мне наверно стоит вам всё объяснить…

– Думаю, только потеряем время, – ответил Лукас. – Я достаточно знаю от Лиама. И про то, что вы дочь ректора магической академии, где он учился, и про ваш рыцарский порыв со спасением подруги, и про побег от родителей ради этой миссии.

Эмилия боялась поднять глаза. Этот красивый мальчик так упростил всю её миссию, что ей это показалось насмешкой. Надежда на какую-то помощь меркла. Если даже семья её не поддержала, что можно было сказать о случайном попутчике? Эмилия слишком часто сталкивалась с отвержением и насмешками. Именно такие богатые и красивые мальчики, едва узнав, что её происхождение и статус сомнительны, а за душой ничего нет, теряли к ней интерес и с охотой демонстрировали презрение и всячески пытались унизить. Эмилия пожалела, что сняла заклинание «забвение лика» и позволила Лукасу Кэйсилу рассмотреть своё лицо.

– Моя подруга в настоящей беде, и времени спасти её всё меньше. Потому я отчаялась и бежала из дома. Я считаю, когда важный вам человек в беде, его нужно спасать, а не смотреть, как он гибнет, – произнесла она и решилась поднять глаза. Её взгляд встретился со взглядом Лукаса, и внезапно она увидела в нём не презрение или снобизм: в них промелькнул искренний живой интерес.

– Такая преданность в наше время редкость, – ответил он. – Хорошо, когда понимаешь, кто перед тобой.

В его тоне не было насмешки, в нём звучало… уважение. Это сбивало с толку. Уголок его губ дрогнул. Не улыбка. Скорее тень одобрения, смешанная с усталостью. Он прищурился и подался немного вперёд. В этот момент Эмилия поняла, что Лукас плохо видит. Ему явно было тяжело держать на ней взгляд. Эмилия сопоставила этот факт, тёмные очки и эту почти больничная обстановку в купе. Лукас Кэйсил явно чувствовал себя нехорошо. Вот почему его опекал Лиам, и возможно этим можно было объяснить его настороженность и усталость. Вывод напрашивался сам: с этим юношей не так давно произошло что-то плохое.

– Видите ли, – продолжил Лукас. – Со мной недавно произошёл ряд несчастий, в том числе покушений на мою жизнь, потому я теперь тщательно выбираю круг общения.

Он выдержал некоторую паузу, элегантным движением поднёс свой стакан к губам, отпил немного лимонада и поставил обратно на столик. Эмилия внимательно посмотрела на его руки: длинные пальцы твёрдо держали стакан, не дрожали. Да и в целом он выглядел уверенно – спину держал прямо и, несмотря на общую худобу, не производил впечатление больного.

– Я попал в непростую ситуацию, мадмуазель Арден, – продолжил Лукас. – И эта ситуация каким-то невероятным образом оказалась связанна с вами.

Он перевёл взгляд на Лиама, Эмилия обернулась и тоже посмотрела на него. Выражение лица молодого человека было ироничным и немного смущённым. Лукас прищурился, понимающе кивнул и продолжил уже в более бодром тоне:

– Вы наверняка знаете, что смерти моего отца и отца вашей подруги Мадлен произошли при странных обстоятельствах, но следствие не довели до конца и просто свернули?

Эмилия решила многозначительно промолчать, ей показалось, что так дело пойдёт быстрее. Если она скажет, что ничего не знает, то будет выглядеть в плохом свете, а если скажет, что знает, он прицепится к ней и станет выспрашивать, что именно она знает и откуда. Эмилия просто хотела дослушать и понять, к чему она здесь, и чего ждать от этой встречи.

Лукаса её молчание устроило, видимо он принял его за внимание к деталям рассказа. Он выдержал небольшую паузу и продолжил:

– Так вот, спустя некоторое время после смерти моего отца под удар попал и я. Меня отравили самым ужасным образом, и выжить мне удалось только благодаря чуду. Всё то время, которое я пробыл в столичном госпитале меня пытались так или иначе убить: наёмные убийцы подстерегали везде. Как вы догадываетесь, всё это было злым умыслом того, кому выгодна моя смерть. А она выгодна единственному человеку – моей мачехе Ингрид.

Лукас отпил лимонада и заговорил уже с более твёрдой интонацией:

– Дело в том, что отец оставил завещание, согласно которому я становлюсь наследником всего семейного состояния по достижении совершеннолетия. И если его не наступит, то всё по закону получит моя драгоценная мачеха. Потому сейчас она делает всё возможное, чтобы я не дожил до двадцати одного года.

– Это чудовищно, – проговорила Эмилия, представив всё страдание Лукаса, которое он пережил от смерти отца и до нынешнего момента. Не зря он был таким недоверчивым: вернуться из больничной палаты во враждебный мир, где продолжит бороться за право жить, – то ещё испытание.

– Но чем же я могу помочь? – спросила она.

– У нас есть, что вам предложить, мадмуазель Арден, – произнёс Лиам. – Мы изучили юридическую сторону вопроса, и нашли весьма авантюрный способ обойти закон и дать возможность господину Кэйсилу дожить до его совершеннолетия.

– Я могу жениться, – продолжил Лукас. – Тогда в случае моей смерти всё получит моя вдова. Убивать меня моей мачехе станет бессмысленно. И именно эту возможность мы с мистером Нортоном обсуждали только сегодня с утра. Представьте его удивление и радость, когда он увидел вас в соседнем купе. Лиам рассказал мне о вас и о вашем отце, и рекомендовал как подающего надежды боевого мага… Это подоплёка для выгодного нам обоим брака…

На этом моменте Эмилия опешила. Она замерла, чувствуя, как леденеют её пальцы. Брак? С незнакомцем? Ей делали предложение «руки и сердца» самым что ни на есть странным образом. Хотя, что она вообще ожидала от этой поездки? Сбежав от семьи в чужой город, практически без вещей и денег, она настроила всё своё предприятие на авантюрный лад. Стоило ли теперь удивляться всему происходящему?

– Я предлагаю вам выгодную сделку, – сказал Лукас. – Ваша подруга Мадлен Хэйз, которую вы едете спасать от «рокового» брака, попала в руки могущественного противника, с которым вам в одиночку не справиться. Думаю, вы сами об этом знаете. Я предлагаю вам не только брак, но и финансовую, юридическую и практическую помощь. Вы получите статус и место, при котором сможете жить в Ниде и неспешно делать то, за чем приехали. Мы с Лиамом этому поспособствуем, и поможем подготовиться…

– Я уже еду к своей подруге, и на моё имя она забронировала отель… – хотела было сказать Эмилия.

– Вы едете в неизвестность, в настоящую ловушку, – Лиам вмешался в разговор, и голос его был уже не такой, как раньше, он стал более жёстким. – Ваша подруга возможно даже не причастна к этой поездке. Я более чем уверен, что Дарий устроил это, чтобы красиво вывести вас из игры. Вы сами сказали, что Мадлен изменилась и стала вести себя странно, причём в угоду всё тому же Дарию. И кажется только вы уцепились в это обстоятельство и стали ему поперёк горла со своими подозрениями. И теперь вам не кажется сомнительным, что подруга решила просто так вас пригласить и поселить не у себя в доме, а в каком-то отеле?

Эмилия молчала. Она и сама уже понимала, что отправилась в это путешествие ужасно неподготовленной, но мысли о ловушке у неё не возникало. И теперь внезапно поняла, что пора признать свою ошибку. Назад ей пути уже не было, а эти двое предлагали серьёзный продуманный план.

– Это будет не просто сделка, – продолжил Лукас. – В обмен на то, что вы станете моим щитом я предоставлю всё, о чём вы попросите, помогу в любом деле и обеспечу вас на всю жизнь.

Он сделал паузу, и его голос, прежде ровный, дрогнул:

– У вас передо мной не будет никаких обязательств, кроме одного – помочь мне дожить до совершеннолетия.

Сердце Эмилии сжалось. Слова Лукаса были настолько искренними, что не оставалось сомнений: он не циничный манипулятор, а человек загнанный в угол и, предлагающий сделку из последних сил.

– Похоже, нас с вами свела судьба, мистер Кэйсил, – сказала она тихо, глядя прямо ему в глаза. – Если ваш план сработает, мы оба получим шанс. Я согласна.

Она увидела, как он замер. Как его плечи, бывшие напряженными, чуть опустились, будто с них сняли невыносимую тяжесть. На мгновение он потянулся к ней – не физически, а всем своим существом, словно к единственному источнику тепла в ледяной пустыне. Но тут же, словно испугавшись этого порыва, откинулся на спинку дивана, его лицо вновь стало холодной маской.

– Хорошо, – сдавленно произнес он. – Тогда мы договорились.