Читать книгу Теория Дарвина (Исторический детектив) - Группа авторов - Страница 5

– Я вызвал доктора Харрингтона, преподавателя медицины нашего колледжа. Он живёт неподалёку, – отрапортовал вернувшийся Пенроуз. – Мне остаться, сэр?

– Да… Если вам больше нечем заняться, – обронил Лестрейд.

Пенроуз густо покраснел и вышел из зала.

Минут через пять дубовая дверь натужно заскрипела, и вошёл мужчина лет сорока пяти в твидовом пальто, с видавшим виды медицинским саквояжем в правой руке. Доктор был невысок, свеж и настолько кругл, что напомнил Лестрейду воздушный шарик, накрепко привязанный к ручке своего саквояжа, наверное, чтобы не улетел.

– Морис Харрингтон, – представился он бодро, почти весело. – Младший профессор анатомии. Вы, полагаю, инспектор Лестрейд из Скотленд-Ярда?

– Совершенно верно, доктор.

Медик подошёл к телу, поставил саквояж на пол, отщёлкнул замок, но ничего оттуда не достал. Профессиональными, быстрыми движениями приподнял веко покойного, обхватил холодное запястье и приложил палец к сонной артерии.

– Следы борьбы отсутствуют. Поза совершенно естественная. Пальцы расслаблены. В помещении прохладно, и трупное окоченение продлилось достаточно долго. Предварительный вердикт – сердечный приступ.

Доктор сделал паузу и продолжил. – На фоне физического и умственного перенапряжения. Не исключено, в сочетании с бессонницей, злоупотреблением никотином и иными возбуждающими средствами.

Лестрейд подумал, что в Лондоне подобный осмотр занял бы у полицейского врача намного больше времени. Здесь всё решилось на удивление быстро.

– Насильственная смерть исключена? – уточнил Лестрейд.

– Формально – да. Но, как известно, лучшие диагносты – патологоанатомы. Одно плохо: точный диагноз узнаёт не больной, а родственники умершего, – доктор неожиданно громко рассмеялся. – Не удивляйтесь, мистер Лестрейд: я отношусь к категории врачей, которые видят в смерти не трагедию, а ключ к разгадке тайн человеческого бытия. Как говорили древние: «Mors certa, hora incerta». «Смерть верна, но час её неизвестен».

Жизнерадостность врача здесь выглядела почти кощунственной, но слова доктора подкупали прямотой.

– Оптимизм в вашем ремесле —незаменимая черта, – заметил инспектор. – Не могли бы вы, профессор, провести вскрытие мистера Вэнбрука?

– Исключительно ради вас, мистер Лестрейд, и торжества науки. – Харрингтон театрально поклонился, закрыл саквояж и, кивнув, направился к выходу.

Когда он вышел, Лестрейд подошёл к столу. Оглянувшись на закрытую дверь, взял листок с подписью «Charles Darwin», аккуратно сложил его вчетверо и убрал во внутренний карман своего пальто.