Читать книгу Теория Дарвина (Исторический детектив) - Группа авторов - Страница 8

После промозглой сырости морга величественная тишина библиотеки подействовала на Лестрейда умиротворяюще. Библиотекарь встретил инспектора у входа.

– Рад вас видеть, мистер Лестрейд. Прошу, проходите.

– Вас не затруднит, мистер Пенроуз, подготовить журнал регистрации посетителей?

– Уже, сэр. Я был уверен, что он вам непременно понадобится.

Пенроуз подвёл Лестрейда к столу, где лежала толстая конторская книга. Инспектор нашёл страницу за субботу двадцать третье февраля, медленно повёл пальцем по строчкам с указанием имён и скучных должностей: аспиранты, старший библиотекарь, профессор статистики. Запись, сделанная резким и угловатым почерком, нарушала респектабельное однообразие. «Dr. Carl von Holtz – Wien. 21:05».

– Кто таков этот фон Гольц? – спросил Лестрейд, не поднимая глаз.

– Один из Хранителей наследия сэра Чарльза Дарвина. Он приехал из Вены. Один из самых авторитетных, включён в первый список самим Дарвином.

– Кто встречал герра фон Гольца?

– Никто, он прибыл, как всегда, без предупреждения. Предъявил письмо из Королевского общества, его проводили в архив и… Всё.

Лестрейд резко захлопнул журнал. Глухой звук отскочил от стеллажей.

– Пенроуз, у вас есть реестр документов профессора Вэнбрука из ящика «16В»?

– Да, сэр, как и другие каталоги вверенных нам фондов.

– Сделайте мне его копию.

Младший библиотекарь растерялся. – Сэр, это… немыслимо. Совет попечителей…

Лестрейд подошёл к нему вплотную.

– Выполняйте, Пенроуз. Делайте, что вам велено, – тихо и властно произнёс инспектор. – И принесите мне вечером в гостиницу. А что до разрешений… Всё будет.

Историческое отступление: Архив Бэнкса и его «Собрание неестественных форм»

В последнее десятилетие восемнадцатого века, когда на географические карты уже, казалось, было нанесено всё, что было возможно, а наука готовилась разложить по полочкам последние тайны бытия, сэр Джозеф Бэнкс – блестящий натуралист, ботаник, участник первого кругосветного плавания капитана Кука и многолетний президент Лондонского Королевского общества – обнаружил, что существуют находки, не вписывающиеся в стройную научную картину мира, но и грозят опрокинуть её, подобно тому как кости гигантских ящеров опровергли библейскую хронологию.

Движимый научной дотошностью, Бэнкс начал собирать так называемый «Каталог противных естеству форм». Это был не просто архив, а скорее набор редкостей, укрытый в глубоких и пыльных подвалах Королевского общества. Он содержал документы, зарисовки, подробные заметки и физические образцы, бросавшие вызов самим основам биологии и антропологии. В числе прочих в коллекцию входили:

Анатомический эскиз скелета, обнаруженного рабочими в шотландском торфянике. Скелет, без сомнения, принадлежал гуманоиду, но на его руках и ногах было по четыре пальца, а строение тазовых костей делало прямохождение затруднительным.

Гипсовая маска долихоцефала – неестественно удлинённого черепа, привезённого из Перу, объём и структура коего предполагали совершенно иное строение мозга.

Найденный на Мальте каменный диск из чёрного базальта, покрытый символами, с пугающей точностью отображающие карту звёздного неба, каким оно было пятнадцать тысяч лет назад – задолго до любой известной цивилизации.

После смерти Бэнкса его преемники в Королевском обществе спешно разделили коллекцию. Самые одиозные экспонаты под грифом «NON EXAMINATUM» («Не исследовать») были убраны куда подальше, а оставшаяся часть архива была неожиданно утеряна.

В кулуарах ходили слухи, что в конце семидесятых годов XIX века Чарльз Дарвин, уже будучи пожилым и больным человеком, ознакомился с некоторыми материалами архива Бэнкса. Поговаривали, что именно после этого Дарвин впал в глубокую меланхолию и написал ряд писем, где выразил сомнения в универсальности своей теории.