Читать книгу По следу из входящих - Группа авторов - Страница 5

Просматривая страницу Эмили в соцсетях – ее короткие ролики с тренировок, где она демонстрирует высокоинтенсивные интервальные упражнения, – я даже ловлю себя на мысли, что не просто хочу встретиться с ней, но и попробовать эту тренировку на себе. Все выглядит настолько энергично и вдохновляюще, что мне почти хочется взять перерыв от поисков Брук хотя бы на час и отвлечь полыхающий мозг.

Но времени заехать домой переодеться у меня уже нет – реальная работа в редакции не терпит отлагательств. Поэтому, приехав в фитнес-центр, где работает Эмили, решаю действовать напрямую. Подхожу к администратору и спрашиваю, когда можно будет поговорить с ней о тренировках.

К счастью, особых проблем не возникает. Девушка за стойкой сообщает, что Эмили сейчас проводит занятие, но скоро освободится. Я благодарю ее и присаживаюсь на удобный диванчик в холле, чтобы подождать. Пока жду, начинаю осматриваться. Центр, конечно, не из самых шикарных, но выглядит вполне достойно: современный ремонт, аккуратные раздевалки, множество направлений на любой вкус. На стенде с расписанием замечаю интересную программу – комбинацию балета, пилатеса и йоги. Возможно, стоит попробовать что-то подобное когда-нибудь. А то из спорта в последнее время только прогулки по Трайбеке на каблуках.

Внезапно мое внимание привлекает группа женщин, выходящих из зала. Они явно только что закончили тренировку: лица покрасневшие, волосы взмокшие, пот стекает по спинам. Все они активно обсуждают что-то между собой, время от времени глотая воду из бутылок.

Кажется, они как раз идут с тренировки Эмили.

И, видимо, хорошо, что я туда сегодня не успела.

Чутье подсказывает, что я бы там не выжила. И мое тело, завернутое в коврик, пришлось бы вывозить.

Следом за женщинами из зала энергично выходит высокая подтянутая блондинка в облегающих тайтсах и спортивном топе. Это она – Эмили. Сразу узнаю ее по фотографиям, которые видела в соцсетях. Она снимает микрофон с головы, аккуратно кладет его на стойку и оглядывается. В этот момент администратор замечает меня и, указав на меня взглядом, что-то коротко говорит ей. Эмили поворачивается в мою сторону, и наши взгляды на мгновение встречаются. Она тут же улыбается и направляется ко мне.

– Привет, – вставая с дивана, отзываюсь я с улыбкой, стараясь казаться максимально непринужденной. – Меня зовут Лючия. Можно поговорить с тобой в каком-нибудь спокойном месте?

Эмили окидывает меня быстрым взглядом и тепло улыбается в ответ:

– Привет. Приятно познакомиться. Я Эмили. Конечно, пойдем. У нас есть бар, там можно поговорить. Только не рассчитывай на алкоголь – только здоровая пища и напитки, – смеется она.

Я киваю, внутренне радуясь ее открытости. По крайней мере, она не кажется настороженной или холодной. Пока мы идем через холл к бару, я замечаю, как уверенно она двигается: каждый ее шаг выглядит выверенным, будто она даже в повседневной жизни следует какому-то невидимому ритму тренировок.

Когда мы подходим к барной стойке, она жестом предлагает мне сесть и интересуется:

– Что предпочитаешь? У нас есть свежевыжатые соки, смузи, травяные чаи…

– Смузи звучит отлично, – отвечаю я, решив, что это безопасный выбор. Сама же наблюдаю за ее реакцией, пытаясь понять, насколько комфортно ей будет говорить о прошлом.

Пока она делает заказ, я осматриваюсь. Зона бара оформлена в минималистичном стиле: светлые тона, живые растения и мягкая музыка создают атмосферу уюта. Здесь действительно спокойно и уединенно – идеально для разговора.

– Итак, Лючия, – произносит она, когда мы обе получаем наши напитки, – о чем ты хотела поговорить? Какие тренировки тебя интересуют?

Я делаю глоток смузи, пытаясь собраться с мыслями. Самое сложное только начинается.

– Тренировки мне, конечно, не помешают, – произношу я с легкой улыбкой, бросив взгляд на ее подтянутую фигуру. – И, скорее всего, я действительно вернусь к тебе на занятие. Но сегодня я здесь по другой причине. Я журналистка, и мне хотелось бы поговорить о твоей работе в «JTModels».

Эмили слегка приподнимает брови, явно удивленная моим заявлением. Она отставляет стакан с чаем и внимательно смотрит на меня, но не спешит говорить.

– Можешь поделиться опытом?

– Могу, – отвечает она после короткой паузы, но ее тон остается сдержанным, почти холодным. – Только, честно говоря, там особо нечего рассказывать. Я проработала в «JTModels» всего несколько месяцев. Работа была… так себе. Ничего особенного: пара мелких показов, каталоги для интернет-магазинов, ничего глобального.

Она делает глоток своего напитка, словно пытаясь собраться с мыслями или решить, стоит ли продолжать. Я терпеливо жду, стараясь не выдать своего волнения. Это первый человек, который может дать мне хоть какую-то информацию о том, что происходит внутри этого агентства.

– А потом мой агент радостно сообщил мне о «прекрасном контракте» в Европе, – продолжает она, слегка скривившись, будто вспоминает что-то неприятное. – Говорил, что это шанс один на миллион, что я просто обязана ехать. Ну, знаешь, эта стандартная песня про карьерный взлет и мировую славу.

Я киваю. Часто же у них в агентстве выпадает этот шанс.

– И ты поехала?

– Нет. Мой жених тогда был на последнем курсе юридического. Я все ему рассказала, и он посчитал это сомнительным. Чем только подтвердил мои собственные догадки. Как у агентства, которое не может дать нормальную работу в Нью-Йорке, может появиться какой-то шанс на продвижение в Европе? Наверняка какая-то ерунда.

Черт, Брук. Почему ты не думала о том же?

– Я сказала агенту, что никуда не поеду, – продолжает Эмили. – Он, конечно, попытался давить: мол, я упускаю уникальную возможность, все мои коллеги мечтают о таком, и вообще, это конец моей карьеры. Но я стояла на своем. А через пару недель мне просто перестали предлагать хоть какие-то проекты.

Ее тон становится чуть более резким, и я замечаю тень раздражения, промелькнувшую на ее лице.

– А что насчет других моделей из агентства? Ты знаешь, кто-то из них все-таки поехал?

Эмили задумывается, отпивая еще глоток.

– Да, несколько человек, – произносит она наконец. – Одна девушка, кажется, даже уехала в Милан. Мы тогда еще общались, но потом связь как-то сама собой оборвалась. Знаешь, как бывает: все заняты, расстояния, разные часовые пояса…

История повторяется.

– А ты пробовала узнать, что с ней случилось? – интересуюсь я.

– Нет, – произносит она. – Общение просто само сошло на нет. Но мы и не были особо близки, так что меня это не расстроило. – Она делает паузу, а затем добавляет с легким намеком на подозрение: – А почему ты спрашиваешь? Думаешь, там что-то нечистое?

Я колеблюсь, решая, стоит ли говорить ей правду. Но Эмили уже насторожилась, и ее вопрос звучит не просто так. Возможно, она тоже замечала что-то странное, но предпочла не копать глубже.

– Возможно, – отвечаю я осторожно. – Просто… когда люди исчезают из поля зрения, особенно в таких условиях, это вызывает вопросы. Особенно если они уехали за границу.

Она внимательно смотрит на меня, будто пытаясь понять, насколько серьезны мои опасения.

– Ну… – протягивает Эмили после паузы, – я говорю: мы не были близки. Для меня не было ничего странного в том, что наше общение сошло на нет.

Я киваю, понимая позицию Эмили и наличие схемы агентства.

– Ты помнишь имя той модели, которая уехала в Милан?

– Да. Крис. Кристина Дарен. Но прошло уже несколько лет с ее отъезда…

– Кристина Дарен, – повторяю я, доставая блокнот и быстро записывая имя. – А ты помнишь что-то еще? Может быть, какое-то агентство, с которым она работала? Или бренды, о которых упоминала?

Эмили задумывается, откидываясь на спинку стула. Ее пальцы машинально касаются края стакана, словно она пытается воскресить в памяти давно забытые детали.

– Помню, что она говорила о каких-то показах… Но это было так давно, что я уже не уверена. Возможно, что-то связанное с каталогами для интернет-магазинов. Вроде бы она даже упоминала одну компанию, но название… – Она качает головой. – Нет, извини. Не могу вспомнить.

Я киваю, стараясь скрыть разочарование. Конечно, это лишь частичная информация, но даже такие крохи могут оказаться важными. Возможно, имя Кристины Дарен станет ключом к следующему шагу.

– Спасибо, – произношу я, искренне благодарная за ее откровенность.

Но Эмили, кажется, меня даже не слышит. Она задумчиво смотрит на свой почти пустой стакан, и вдруг ее губы растягиваются в горькой усмешке, словно она вспомнила что-то неприятное или давно забытое, но вслух ничего не говорит. Может, теперь тоже думает, что случилось что-то плохое, раз кто-то об этом расспрашивает?

Мы еще несколько минут обсуждаем возможные направления поиска: местные форумы, соцсети, общие знакомые. Но Эмили больше не добавляет ничего конкретного. Видимо, она уже рассказала все, что знала. Когда наш разговор заканчивается, я благодарю ее за помощь и покидаю фитнес-центр, чувствуя, как в голове начинают формироваться новые планы.

Теперь у меня есть имя: Кристина Дарен. Осталось только найти способ выяснить, что же случилось с этой девушкой после ее отъезда в Милан. И, возможно, именно ее история поможет мне понять, куда исчезла Брук.

***

Я возвращаюсь в квартиру, с облегчением скидываю босоножки и иду к рабочему столу. По пути домой я пыталась найти хоть какие-то следы Кристины в соцсетях, но все заканчивается безрезультатно: такие же пустые посты из Европы, как у Брук. Словно она просто испарилась из цифрового пространства. Никаких постов, фотографий, упоминаний – ничего. Это все больше тревожит меня.

Я достаю телефон и набираю Дерека. После второго гудка он отвечает своим обычным суховатым тоном:

– Да?

– Привет, Дерек. Я хочу рассказать тебе о том, что узнала сегодня. И попросить помощи.

Слышу его усталый вздох. Знаю – он не воодушевлен, но и понимаю, что это его манера сказать «валяй, слушаю». Открывая ноутбук, начинаю ему пересказывать все, что узнала от Марка и Эмили.

– Это ведь действительно какая-то схема, – подвожу я итог. – Теперь можно идти в полицию.

– Это действительно похоже на схему, – подтверждает Дерек. – Но у этой схемы нет доказательств. Это предположения. Слухи. Сплетни. Домыслы.

Я слышу именно то, что ожидала: без неоспоримых доказательств запустить официальное расследование невозможно.

– Я сегодня пыталась найти способ связаться с этой Кристиной, но безрезультатно. На всех ее страницах в соцсетях нет обновлений уже больше года. Посты очень похожи на те, что публиковала Брук: красивые фото, но крайне мало личной информации. Ты можешь проверить ее через свои каналы?

Спрашиваю, а сама уже начинаю составлять письмо для Дерека, вбивая всю необходимую информацию: имя, примерное время отъезда, последние известные детали. Взгляд снова падает на фотографию Кристины – красивая темноволосая девушка лет двадцати, стройная, загорелая, с открытой располагающей улыбкой. И я даже не хочу подключать логику и фантазию, чтобы пытаться понять, что могло с ними случиться.

– Хорошо, – соглашается Дерек.

Я отправляю ему письмо и вдруг вижу непрочитанное от «Bridging».

– Тогда звони мне в любое время, – прошу я. – Даже ночью.

– На связи, – хмыкает Дерек и завершает вызов.

Я откладываю телефон и с легким волнением открываю письмо.

Уважаемая Лючия Коуэлл,

Мы рады сообщить вам, что ваша кандидатура успешно прошла все этапы отбора, и вы были одобрены для участия в программе «Bridging» преподавания английского языка в Европе. Мы высоко ценим ваш опыт работы журналистом и ваши навыки коммуникации, которые будут бесценны для наших студентов.

Для дальнейшего оформления вашего участия в программе, пожалуйста, выполните следующие шаги:

Подтверждение участия: Ответьте на это письмо до указанной даты (25 июля), чтобы подтвердить ваше согласие на участие. При этом, если вы еще не определились с выбором страны для преподавания, укажите ваши предпочтения или запросите консультацию для уточнения деталей. Без подтверждения до указанного срока ваше место может быть передано другому кандидату. В случае необходимости обсудить детали программы или страны назначения, свяжитесь с нами для получения дополнительной информации.

Прохождение онлайн-ориентации: После подтверждения участия вы получите ссылку на онлайн-курс ориентации, который поможет вам лучше понять требования программы, особенности работы в школах и основные правила поведения в принимающей стране.

Покупка билетов и бронирование проживания: Наша организация берет на себя организацию вашего перелета и первичного проживания.

Страхование: Мы настоятельно рекомендуем оформить медицинскую страховку, покрывающую все возможные риски во время вашего пребывания за границей. Список рекомендованных страховых компаний прилагается.

Контакт с координатором программы: После завершения всех формальностей вам будет назначен местный координатор, который поможет вам адаптироваться на месте и ответит на любые вопросы.

Финальная подготовка: За две недели до отъезда вы получите подробное расписание первого месяца работы, а также контактные данные вашей школы и коллег.

Я не могу сдержать улыбку, открывая вложение с перечнем документов. Прошла! Волнение и радость на мгновение затмевают все остальное. Но тут же в голову врывается мысль о Брук и начатом расследовании. Неужели я просто брошу все это здесь и улечу в Европу? Это казалось таким логичным шагом еще несколько дней назад, но теперь…

Мой взгляд падает на экран ноутбука, где до сих пор открыты старые сообщения Брук. Там, между строк, прячутся вопросы, на которые у меня пока нет ответов. Я не могу просто взять и уехать, оставив ее судьбу на произвол случая. А что, если она действительно попала в беду? Что, если мои поиски – это единственное, что отделяет ее от полного исчезновения? Кажется, в Нью-Йорке у нее больше нет близких. И стоит об этом подумать, как сердце сжимается от тоски. Действительно. В погоне за мечтой у Брук не было времени на отношения любого плана.

Но, с другой стороны, разве этот контракт преподавателя английского не может стать шансом? Если программа отправляет меня в Восточную Европу, возможно, я смогу использовать это как прикрытие. И даже если Греция находится в Южной Европе, это не значит, что я не смогу найти способ добраться туда или хотя бы собрать больше информации. Возможно, через работу в Европе я смогу приблизиться к истине.

Задумчиво кручу ручку, обдумывая варианты. Конечно, это рискованно: совмещать журналистское расследование и новую работу. Но разве у меня есть выбор? Брук нуждается в помощи, а у меня есть навыки, чтобы действовать аккуратно и целенаправленно. К тому же, я могу попробовать найти страну рядом с Грецией. Может быть, маршрут окажется удобным для того, чтобы заглянуть в Коницу. В любом случае, добираться туда из другой европейской страны будет быстрее и практичнее, чем из Нью-Йорка.

Закрываю письмо и достаю блокнот. Нужно составить план.

Первое – подтвердить участие в программе.

Второе – узнать точное место назначения.

Третье – связаться с Дереком и узнать, смог ли он продвинуться в поисках Кристины Дарен.

Четвертое – подготовиться к возможным сложностям.

Убираю блокнот и снова открываю вложение. Да, это шанс. И я не собираюсь его упускать. Только теперь это не просто работа или новое приключение. Это возможность спасти подругу, которой глупо сейчас не воспользоваться.

Но, поразмыслив, я решаю отложить окончательное подтверждение участия наутро. Все-таки нужно как следует обдумать каждый шаг на свежую голову. К тому же, последние события не оставляют мне права на импульсивные решения.

И, кажется, это решение оказывается правильным. Я засыпаю практически мгновенно, едва касаясь подушки, и проваливаюсь в глубокий сон, из которого меня вырывает резкий звук. Не будильник – что-то другое. Мелодия настойчиво режет тишину комнаты.

Повернувшись к тумбочке, я хватаю телефон и сразу же вижу имя звонящего. Дерек. Часы на экране показывают начало шестого утра.

Ладно. Сама сказала «звони в любое время».

– Алло? – произношу я, стараясь, чтобы голос звучал бодро, но все равно зеваю.

– Лючия, – раздается характерный сухой тон Дерека. – Я узнал кое-что интересное. Мой человек смог отследить второе письмо от Брук. Оно пришло из Албании. Тирана.

Я мгновенно просыпаюсь, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Албания? Но как это возможно?

– Подожди… – протягиваю я, пытаясь осмыслить услышанное. – А что насчет первого письма? Мы же думали, что оно было отправлено из Греции. Коница, кафе там… Как так вышло?

– Да, первоначально мы предположили именно это, – спокойно объясняет Дерек. – IP-адрес вайфая действительно указывал на маленькое кафе в Конице. Но мой человек решил проверить все более тщательно, потому что заметил одну странность: метаданные письма не совпадали с логикой работы точки доступа. Если бы Брук действительно писала из этого кафе, то технические параметры сигнала должны были быть другими. Это вызвало подозрение.

– То есть… – начинаю я, но Дерек меня опережает, видимо, решив объяснить сам, а не слушать мою версию понимания.

– То есть кто-то мог использовать прокси или другой способ маскировки, чтобы создать видимость, будто письмо отправлено из Греции. Мы углубились в проверку и обнаружили, что сигнал был переадресован через несколько серверов. И в конечном итоге он берет начало в Тиране.

Я молча перевариваю информацию, чувствуя, как внутри растет тревога.

– Думаешь, это сделано специально? – спрашиваю я. – Чтобы запутать следы?

– Именно, – подтверждает Дерек. – Кто-то явно хотел направить нас по ложному пути.

– А это точно? Не может повториться ситуация с Грецией?

– Нет, – уверенно отвечает Дерек. – На этот раз информация проверена гораздо глубже. Мой человек не просто отследил IP-адрес, который мог быть замаскирован через прокси или сторонний сервер. Он провел детальный анализ метаданных письма.

Я слышу, как он делает короткую паузу, видимо, подбирая слова, чтобы объяснить технические детали так, чтобы я поняла.

– Вот что важно: каждое электронное письмо содержит больше информации, чем просто текст и адрес отправителя. В метаданных остаются следы маршрута, по которому сигнал проходил до того, как достиг конечной точки. Это называется «цепочка пересылки». Если кто-то пытается скрыть свое местоположение, они обычно используют несколько серверов для переадресации сигнала. Однако всегда есть начальная точка – место, где был создан первичный запрос.

– И у вас есть доступ к этой начальной точке? – уточняю я, чувствуя, как напряжение медленно начинает уступать место любопытству.

– Именно, – подтверждает Дерек. – Мы смогли выделить исходный IP-адрес, который не был полностью замаскирован. Этот адрес принадлежит интернет-провайдеру из Тираны. Конечно, нельзя исключать, что кто-то мог использовать там локальный сервер для маскировки, но вероятность такого сценария крайне мала. Особенно если учесть, что второй раз они бы не стали рисковать столь очевидной ошибкой с метаданными. В первый раз нас запутали с Грецией, но тогда мы полагались только на внешние данные – IP кафе. Теперь же мы углубились в техническую сторону. Анализировалось все: время отправки письма, задержки сигнала, протоколы безопасности, даже шифрование данных. И все указывает именно на Тирану.

– Значит, можно быть уверенной, что она сейчас в Албании? – спрашиваю я, все еще сомневаясь.

– Не совсем, – поправляет Дерек. – Можно быть уверенной, что последнее письмо было отправлено через сервер в Тиране. Это не обязательно значит, что Брук физически находится именно там. Но учитывая, что система безопасности агентства, возможно, специально создавала ложные следы, вероятность того, что Брук действительно в Албании, очень высока.

– Понятно… – произношу я медленно, продолжая укладывать все в голове.

Только непонятно зачем модельному агентству такие сложности с сокрытием писем.

– А что такого может быть в Албании? – спрашиваю я. – Зачем свозить туда девушек, пытающихся стать моделями?

Я догадываюсь, каким будет ответ, но все равно хочу услышать Дерека. Он тяжело вздыхает, и я уже каждой клеточкой чувствую, что мне не понравится ответ.

– Албания – страна с низким уровнем контроля и высокой коррупцией. Она удобна для нелегальных действий разного масштаба, – отвечает Дерек. – Мое мнение: в лучшем случае, Брук просто находиться в дерьмовом контракте с дерьмовой работой модели и в долгах, которые не может покрыть.

Даже думать не хочу о худшем развитии событий, поэтому, поблагодарив Дерека, завершаю разговор. Все услышанное требует времени, чтобы переварить.

Пока кофемашина шумно варит кофе, я устраиваюсь на кухне с ноутбуком и снова открываю программу. Греция отпадает – теперь мне нужно что-то ближе к юго-восточной Европе. И тут мой взгляд цепляется за возможность поездки прямиком в Албанию. Это выглядит настолько нереальным, что на миг мне кажется – я сплю. Но нет, Албания тоже участвует в программе. Я перехожу на сайт и кликаю, чтобы узнать подробнее.

Албания – это страна, которая активно развивает международные образовательные и культурные инициативы. В последние годы она стала популярной локацией для преподавателей английского языка, особенно в городах, где спрос на знание языка растет благодаря развитию туризма и бизнеса. Программа предлагает возможность работать как в столице Тиране, так и в других городах, таких как Дуррес или Влера.

Я задумчиво перечитываю текст, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Это может быть шанс. Беру кофе и решаю поискать отзывы об Албании. Нахожу несколько комментариев от прошлых участников. Большинство из них положительные:

Аманда, 28 лет, участница программы:

Албания – это потрясающе! Организация на высшем уровне: координаторы всегда на связи, помогают с любыми вопросами. Местные жители очень дружелюбны и открыты. Я чувствовала себя как дома!

Джейсон, 34 года, преподаватель английского:

Программа действительно хорошая, особенно если вы хотите познакомиться с новой культурой и получить ценный опыт. Но будьте готовы к некоторым бюрократическим сложностям. Иногда приходится подождать решения по мелким вопросам.

Сара, 31 год, участница программы:

На бумаге все выглядит идеально, но на практике не обошлось без проблем. Были свои косяки. Кто-то опаздывал с ответами, а по мелочам приходилось самим разбираться. Но в целом все понравилось, опыт классный.

Кайл, 29 лет, участник программы:

Я был приятно удивлен уровнем поддержки, который оказывают координаторы. Все прошло гладко: от проживания до рабочих материалов. Албанцы очень гостеприимны.

Звучит не так плохо.

Возвращаюсь к письму и вложениям. Среди них есть форма, где требуется указать предпочтения по городу назначения. Я выбираю Тирану, понимая, что это ключевой пункт в моем плане. Если последнее письмо от Брук действительно было отправлено из этой столицы, то именно там мне нужно начать поиски.

Закончив с формальностями, я отправляю письмо с подтверждением своего участия. Почти сразу приходит автоматический ответ: «Спасибо за ваше решение присоединиться к программе! В течение 48 часов с вами свяжется ваш координатор для дальнейших инструкций».

Закрываю крышку ноутбука и делаю глоток уже остывшего кофе, переваривая все произошедшее.

Наверное, не зря все происходит именно так.