Читать книгу Ведьмин Дом - Группа авторов - Страница 3

То, что мать не очень-то его любит, Морган понял довольно рано. Поначалу, как и любого нормального ребёнка, это его расстроило. Но он быстро свыкся. В конце концов, у Моргана оставался любящий отец и младшая сестра, которую он обожал.

Мать он всё равно почти не видел: та постоянно была в разъездах или запиралась у себя в кабинете. Он отдавал себе отчёт и в том, что ему повезло больше, чем Ровене. С ним мать хотя бы говорила по-доброму, пусть и в своей манере. А иногда даже брала с собой на долгие конные прогулки. При условии, что Морган будет молчать большую часть времени – на этих прогулках мать Думала.

Когда Ровену отправили в школу, он скучал. Но они каждый месяц обменивались длиннющими письмами, и как только очередное письмо отправляли, следующие тридцать дней превращались для Моргана в увлекательную игру. Он собирал все маленькие происшествия, все свои впечатления и детские открытия, чтобы рассказать сестре в будущем письме.

Потом родились Каролина и Джорджина и следующие два года, до смерти отца, стали самыми счастливыми в жизни Моргана. Мать повеселела и подобрела. Всё своё время она уделяла Каролине, почти перестала куда-то уезжать. Она стала ласковее с Морганом и даже смирилась с существованием Ровены. Больше мать не делала вид, что её не существует, и вела себя с ней спокойнее. Больше не выглядела испуганной, глядя на Ровену, и не смотрела с отвращением.

Смерть отца не стала для Моргана ударом, хотя и опечалила его. Мать заранее всех предупредила, рассказав о том, что увидела в зеркале во время гадания. Медленно Морган свыкался с мыслью, что отца не будет рядом, и старался напоследок провести с ним побольше времени.

Случай, навсегда изменивший его отношения с матерью, до этого довольно неплохие, произошёл, когда Моргану исполнилось шестнадцать.

Она попросила его принести что-то из кабинета, он уже и не помнил что. Морган взял нужную вещь, но его взгляд невольно задержался на гримуаре. Мать давно объяснила, что он не может претендовать на него и на её магическое наследие в целом. Когда маленький Морган набрался смелости и спросил почему, Арабелла покачала головой.

– Он не откроется. Ты стал бы неплохим ведьмаком, я в это верю. И научу тебя кое-чему. Но в мужчинах слишком мало магических сил. Увы, так определила природа. В конце концов, мужчины физически сильнее, не истекают кровью каждый месяц, и их роль в рождении детей весьма скромная. Пусть создание новой жизни и считается чудом, которое приближает ведьму к божественному, но всё-таки она в это время слишком уязвима. – Мать покачала головой. – Если бы не наша сильная магия, страшно представить, какое бы место отводилось нам в жизни и обществе.

Морган запомнил этот разговор. И был уверен, что мать права – гримуар просто не признает его, не откроется. Единственное, чего ему хотелось, это как следует разглядеть гримуар, к которому мать не позволяла никому приближаться, а в этот раз оставила на самом видном месте.

Должно быть, она и сама об этом вспомнила. Пальцы Моргана зависли в миллиметрах от потёртой кожаной обложки, когда он услышал прямо за спиной вскрик матери. Он поспешно отдёрнул руку и обернулся, чтобы извиниться.

И тут мать, стоявшая ближе, чем он ожидал, отвесила ему пощёчину. Била она со всей силы. Морган вскрикнул больше от неожиданности, чем от боли. Но мать на этом не остановилась. Она заносила руку снова и снова, сопровождая каждое слово звонким и болезненным шлепком.

– Разве. Я. Не. Говорила. Тебе. Никогда. Не. Трогать. Гримуар?

Это был вопрос, но ответа она не ждала. Мать остановилась только тогда, когда напуганный и плачущий уже от боли и страха, Морган умудрился перехватить её руку.

И тут же, испугавшись своей дерзости, отпустил.

– Прости…

У него горели щёки, в голове звенело, из глаз текли слёзы. Мать поступила с ним неожиданно жестоко, ему даже не дали возможности объясниться. И всё-таки попросить у неё прощения казалось правильным.

– Иди в свою комнату, – выдохнула побледневшая от ярости Арабелла, – и не выходи до ужина.

Морган кивнул и поспешил проскользнуть мимо неё. Он чувствовал, что если задержится хотя бы немного, она снова его ударит.

С тех пор и до самого дня её смерти Морган не заходил в кабинет матери, и гримуара больше не видел. Когда Каролине исполнилось шестнадцать, мать вручила ей ключ от кабинета и провозгласила своей наследницей. Она должна была открыть гримуар после её смерти.