Читать книгу Последний в роду выбирает попаданку - - Страница 10

Вопрос сделал коридор полем боя. Я буквально онемела под холодным взглядом голубых глаз. Язык отказывался слушаться, но и отмалчиваться в такой ситуации было невозможно. Смертельно опасно.

Делая вид, что я освобождаю себе место для приветствия, прикрыла бледную Жюли своим телом. Несмотря на страх, выдала лучший из своих реверансов. Больше не как служанка, а как человек, признающий его власть.

– Анна Ру́ссо, ваша светлость. Компаньонка баронессы Жюли Ленорт. Прошу прощения за самодеятельность. Управляющий был в затруднительном положении, а ситуация требовала немедленного решения. Я действовала, исходя из соображений общей пользы.

Стараясь говорить отстранённо, я смотрела исключительно на паркет. Но когда слова закончились, не удержалась и подняла взгляд на Дорна, и сразу же пожалела об этом.

Вблизи дракон был ещё более поразительным. И ещё более холодным. В его яростном холодном контроле сквозил тот самый дух обречённости, что я разглядела на портрете. И это странным образом придало мне сил.

Вблизи ледяная голубизна его глаз была пугающе чистой, как горное озеро над пропастью. Ни злобы, ни любопытства. Только ожидание новых вводных. Изменившейся расстановки сил.

Он не моргнул и не ответил. Молчание было хуже любого вопроса. Я знала, что надо просто молчать и ждать его решения. Но меня так трясло от близости дракона, что я не выдержала и продолжила говорить.

– Ваш управляющий отсутствовал, а распорядитель, – я кивнула в сторону барона, который замер, как кролик перед удавом, – был в затруднительном положении в окружении большого количества прибывших гостей. Мы тоже только прибыли и хотели, всего лишь, получить доступ в милостиво предоставленные вами покои. – Про королевский указ я умышленно промолчала. – В коридоре образовалась давка, грозившая травмами и порчей имущества. Мои действия были направлены только на воцарение мира в вашем гостеприимном замке.

Я почти физически ощутила, как сильнее сжался Бомонт, и старалась слиться со стеной Жюли. Но отступать было некуда.

– Анна Руссо, – Руи Дорн рассматривал меня так внимательно, словно встретил новый вид цветов в своём саду. – Маркизу Руссо вы приходитесь родственницей? Как я понимаю, дальней?

В его голосе не было и капли заинтересованности. Чётко, как на допросе.

– Нет, ваша Светлость. К моему великому сожалению, я не нахожусь в родстве с этим уважаемым господином.

– Даже дальнем? Вы ему даже не племянница троюродного брата?

Его взгляд стал наиграно удивлённым. Дорн даже голову наклонил вбок и брови приподнял, заложив руки за спину.

– К моему глубочайшему сожалению, ваша Светлость, даже отдалённого родства с этими уважаемыми господами не имею.

– Даже непризнанного родства? Даже по матери?

Дорн шагнул ко мне ближе, но я не отступила. Да и куда? Я и так уже упиралась поясницей в край стола.

– К сожалению, ваша Светлость. Даже девятиюродного родства с этими господами я не имею.

Вместо того чтобы огорчиться, Дорн развеселился. На его лице расплылась лукавая улыбка.

– Великолепно! – заявил он.

– Что вас восхитило? Что я не маркиза по крови? – удивлённо уточнила я.

– Великолепно не это, а то, Анна Руссо, что в королевстве никогда не было и нет никакого дворянина с такой фамилией. Но любой простолюдин, желающий возвыситься, не преминул бы на мой вопрос сообщить, что он родственник маркизу, барону или даже графу с такой же фамилией. А вы удержались от соблазна. Это достоинство. – Граф кивнул, словно подтверждая свои слова. – Но что вы скажете по поводу несанкционированного применения бытовой магии против других участников отбора?

Последнее Дорн сказал так тихо, чтобы подслушивающие за дверями покоев не могли догадаться о сути вопроса. Но Бомонт и Жюли шумно втянули воздух. И у меня руки похолодели. За это можно было бы и выхватить.

– Бытовая магия, – я повторила его слова, и в моём голосе впервые зазвучала не просьба, а лёгкая, почти невесомая горечь, – это всего лишь название. Специальное слово для комплекса мер, прерывающих хаос.

– Значит, не магичка?

– Нет. Можете сами убедиться. Я экономка. Я не колдую. Я считаю и организую. Как умею.

Я развела руками, словно извиняясь, что не получила никакого магического дара при рождении. Да и откуда он мог взяться на Земле? Но Дорн словно и не собирался меня в этом упрекать.

Стало так тихо, что слышно было, как за окном кричит чайка. Граф смотрел на меня, почти не мигая. И вдруг – я не могла ошибиться – в глубине его ледяных глаз мелькнула искра. Не гнева. Не интереса. Скорее, узнавания.

То самое, что я почувствовала, разглядывая потрет дракона. Он увидел что-то выходящее за рамки привычного. Я не была дерзкой служанкой. А вот активно меняющей правила в предложенных обстоятельствах, была.

Той, что пытается выжить в клетке, используя то, что есть под рукой.

– И что ты организуешь? – уточнил Дорн.

– Порядок. Я совершенно безопасна.

Мне хотелось объяснить Дорну, что я не магичила. Но признаваться в том, что «цыц» просто способ остановить хаос, а не бытовая магия, было жаль. Хотелось иметь хоть какой-то рычаг давления на этих напыщенных куриц.

И я увидела проблеск понимания в глазах Дорна. Он снова улыбнулся и потребовал:

– Покажи руки!

Не понимая, зачем графу понадобилось срочно рассматривать мои ладони, я подчинилась. Дракон сделал несколько пассов. Потом наклонился ближе. Втянул носом воздух, словно желая обнаружить конкретный аромат.

Потом поднял на меня взгляд, и я увидела, как человеческий зрачок окружил ободок серебристых искр, и он начал вертикально вытягиваться. Мои губы раскрылись в беззвучном возгласе.

Дорн медленно моргнул и громко произнёс:

– Считаю вашу бытовую магию допустимым инструментом поддержания порядка. Разрешаю к применению – в рамках правил моего поместья. Продолжайте размещение. Не опаздывайте на ужин.

После этого он кивнул Бомонту и Жюли и, развернувшись на каблуке, скрылся за поворотом коридора. Его уже не было видно, но ещё долго моё сердце билось в такт его шагу.

Я стояла, сжимая в потных ладонях подол платья, и осознавала главное: проверка пройдена. Но игра в кошки-мышки только началась. Дорн только что официально зачислил меня в свой личный зверинец диковинок. И будет внимательно наблюдать за моим поведением.