Читать книгу Медвежий капкан - - Страница 3

Шарлотта

– Матушка Бернарда! Принимай новеньких. Альфа сегодня вечером хочет лично с каждой познакомиться… Подготовь девушек.

– Хорошо! Можешь идти. И смотри мне не задерживайся в женском поселении. Давай ступай отсюда и побыстрее. А то…

– Тише, матушка. Я уже ухожу. А новенькие ничего так. Ты ведь их сегодня выставишь?

– Если Альфа пожелает, то девки будут участвовать… Ты ещё здесь? Может, тоже хочешь стать лотом? В мужском поселении хватает…

Напуганный словами старухи парень молниеносно скрылся за высокими воротами женского поселения, только пятки сверкали.

Я и ещё две девушки стояли в окружении толпы недружелюбно настроенных женщин. Напряжение висело в воздухе, густое и ощутимое, как летний зной перед грозой. Каждая из нас чувствовала его кожей – этот концентрированный сгусток неприязни, исходящий от собравшихся вокруг женщин. Их взгляды были остры, как лезвия, прожигали нас насквозь, словно пытаясь выявить малейшую слабость, уязвимость, чтобы тут же воспользоваться ею.

Я украдкой взглянула на своих спутниц, с кем провела многочасовой полёт в самолёте. Бонита, обычно такая смелая и уверенная в себе, сейчас нервно теребила край своего платья, а Эстелла, всегда жизнерадостная и полная энергии, казалась бледной и сжатой. Я понимала их страх. В этой враждебной атмосфере, под пристальными, осуждающими взглядами, даже самая сильная духом могла дрогнуть.

Никто из нас не знал, что послужило причиной такой агрессии. Мы просто оказались не в то время и не в том месте? Или же причина крылась в чём-то другом – в невысказанных обидах, в затаённой зависти? Вопросов было много, а ответов не было ни одного.

В этот момент я почувствовала, что должна взять ситуацию под контроль. Нельзя позволить страху парализовать нас. Нужно действовать, нужно что-то сказать, чтобы разрядить обстановку, прежде чем она окончательно выйдет из-под контроля. Глубоко вздохнув, я сделала шаг вперёд и попыталась улыбнуться, хотя уголки губ невольно дрожали.

– Добрый день, – произнесла я как можно более спокойно и уверенно. – Мы не понимаем, что происходит, но надеемся, что мы можем всё обсудить и найти общий язык.

Тишина, нависшая в ответ, казалась ещё более зловещей, чем предшествующая ей неприязнь. Женщины сделали несколько шагов в стороны, пропуская к нашей троице старуху.

– Ты кто такая будешь, что осмелилась открыть рот без моего позволения! Запомните, заключённые. Без моего позволения вы даже дышать не можете. Я решаю – жить вам или умереть. Думаю, вам всё ясно?

Мы безмолвно кивнули головами и с полными страха глазами слушали старуху.

– С момента появления в Клане Гризли вы должны забыть, кем были и как вас звали за его пределами. Здесь вы такие же заключённые, как и все присутствующие, со своим именным номером. Клариса! Приведи девушек в надлежащий вид, и я жду их у себя. Я должна их осмотреть перед знакомством с Альфой.

Кто такая эта матушка Бернарда? Почему она имеет такой вес на заключённых и даже на охранников? И о каком ещё аукционе шла речь?

– Ай! Ты что творишь, тварь…

– Заткнись, заключённая под номером шестьсот шестьдесят шесть. Присцилла! Не жалей её. Тщательнее удаляй волосы. Альфа не любит сучек с шерстью. Ускорься! Через три часа аукцион, а они ещё не готовы с ним встретиться.

Я чувствовала, как горячие слёзы катятся по щекам, смешиваясь с едкой пеной, которой меня обмазывали. "Шестьсот шестьдесят шесть"… Какое ироничное число. Дьявольское. Как будто я сама накликала это на себя. Ещё вчера я была обычной студенткой, с мечтами и надеждами. А сегодня? Сегодня я – товар. Вещь, выставленная на продажу.

Руки Присциллы не дрожали, но я видела в её глазах отблеск сочувствия. Она, как и я, была здесь не по своей воле. Просто очередная жертва системы, пожирающей всё на своём пути. Она пыталась сделать свою работу как можно быстрее, понимая, что каждое лишнее мгновение мучительно для меня.

– Тише, тише, – шептала она, стараясь не смотреть мне в глаза. – Скоро всё закончится. Постарайся держаться.

Но что она могла знать? Закончится ли это когда-нибудь? Или я навсегда останусь пленницей этого кошмара?

Скоро начнётся аукцион, где толпа похотливых взглядов будет оценивать моё тело, как кусок мяса. И среди этой толпы будет он, самый главный покупатель – Альфа. Тот, кто решит мою судьбу. Тот, кто определит, буду ли я жить в роскоши или влачить жалкое существование. Страх сковывал меня, парализуя волю. Я была готова ко всему, лишь бы этот кошмар поскорее закончился.

Часы тикали, приближая меня к пропасти. Клариса отвела меня и двух новеньких, в чём мать родила, к старухе. Нас усадили на странные кресла, раздвинули широко ноги, зафиксировав ремнями. Старуха тщательно рассматривала наши промежности и после долгого осмотра приказала следовать за ней.

– Альфа! Я привела новеньких перед аукционом. Среди них есть та, что окрасит ваши белоснежные простыни. Эстелла – «Мисс планеты». Восемнадцать лет. Осуждённая за убийство своего продюсера, что намеривался лишить её невинности. Она девственна и нигде не тронута.

Посреди покоев Альфы, опустив головы, стояли мы, будущие лоты аукциона. Он оценивающе разглядывал наши обнажённые тела. А после указал жестом руки Эстелле лечь на кровать.

Я невольно сжала кулаки, ощущая, как по спине пробегает холодок. В животе поселилось ледяное предчувствие, хотя внешне я старалась сохранять невозмутимость. Эстелла, бледная как полотно, послушно опустилась на кровать, и мягкая обивка утонула под её весом. Альфа прошёлся вокруг неё, словно оценивая товар на рынке. Его взгляд, тяжёлый и цепкий, обжигал кожу.

Он что-то пробормотал себе под нос, а затем устремил свой взгляд к видеокамере, установленной напротив кровати, и обратился к потенциальным покупателям с презрительной усмешкой:

– Как видите, товар высшего качества. Молодая, невинная, готовая к любым вашим прихотям. Кто предложит больше?

В комнате повисла гнетущая тишина. Я чувствовала, как дрожат мои колени, но не позволяла себе опустить взгляд. Внутри меня бушевал ураган, смешивая гнев, страх и унижение. Мы – не товар! Мы – живые существа! Но в этом месте наши голоса ничего не значили.

Аукцион начался. Голоса участников слились в один жадный гул, доносящийся из динамиков. Цифры росли, словно сорвавшиеся с цепи. Я смотрела на Эстеллу, лежащую на кровати, её глаза были полны слёз. Хотелось подбежать к ней, обнять, сказать, что всё будет хорошо. Но я знала, что ничего хорошего нас здесь не ждёт. И вскоре очередь дойдёт и до меня.

Я закрыла глаза, пытаясь отгородиться от всего, что происходило вокруг. В голове крутилась только одна мысль: "Выжить. Любой ценой".