Читать книгу Невеста по контракту для волка - - Страница 2

Алиса

Церемония проходит словно сквозь дым. Цветы, клятвы, подписи – и всё это будто на паузе. Я вижу себя со стороны, в замедленной съёмке, как будто это не я, а кто-то другой.

Кольцо – платина, холодное и тяжёлое – скользит на палец, как кандалы, и я ощущаю эту новую привязь каждой клеткой.

– Горько! – чей-то голос громко и неестественно разрезает воздух.

Илья уже рядом. Ладонь на моей талии – твёрдая, уверенная, властная. Ни игр, ни намёков на мягкость. Он берёт то, что теперь официально его.

Поцелуй не лёгкий, не церемониальный. Он собственнический, метка на территории: моё.

Я глотаю воздух, сдерживая желание отступить. Слёзы на ресницах, лепестки роз в волосах. Аплодисменты эхом звучат в ушах, но в душе – тишина и горькое осознание: теперь мы связаны. Никто не знает правды. Он поднимает меня на руки, не спрашивая, хочу ли я этого.

– Илья… – выдыхаю почти шёпотом. Он сжимает меня сильнее, без слов.

– Держись, – тихо, почти буднично, но в этом голосе есть тепло, которое проникает внутрь, скользя по костям. – Сегодня ты в безопасности.

Воздух пропитан шампанским, лепестки роз падают сверху, вспышки камер режут глаза. Толпа гудит, фиксируя каждое движение. Здесь нет моих людей. Только его мир: партнёры, советники, чиновники.

Охрана расчищает дорогу. Лимузин стоит, словно маяк надежды.

– Сюда! Сюда!

– Посмотрите на нас!

– Илья Александрович, где пройдёт ваша первая брачная ночь?

Он чуть замедляет шаг, поворачиваясь к прессе так, чтобы закрыть меня собой. Взгляд невозмутимый, уверенный, но в нём слышится одно слово: осторожность.

– Мы ценим ваше внимание, – произносит он безупречно вежливо, но твёрдо. – Но моя жена – не объект для нападок или праздных догадок. Это первый и последний раз, когда я отвечаю на подобные вопросы.

Кто-то из репортёров неловко прячет микрофон, в толпе становится тише.

Илья чуть смягчает голос:

– Мы проведём неделю вдвоём. Без камер. Без лишних глаз. Надеюсь, вы уважите наше право на личную жизнь.

Он усаживает меня в лимузин. Только когда дверь закрывается, я замечаю, что его рука всё это время лежала у меня на талии. Она была уверенной и надёжной, словно стена между мной и шумным, чужим миром.

Ресторан – как сцена из фильма: хрусталь, шелковые драпировки, мягкий свет. Сегодня он закрыт. Только для избранных.

Меня встречают улыбки – безупречные, но пустые. Шампанское льётся, бокалы звенят, официанты бесшумно скользят между столами, как будто их движения кто-то заранее отрепетировал. Я сижу рядом с Ильёй, но он больше слушает разговоры за столом, чем меня.

– Алиса, улыбнись, – тихо наклоняется он ко мне. – Все камеры всё ещё здесь.

Я машинально поджимаю губы в нечто похожее на улыбку.

Кто-то из гостей громко чокается бокалом, смех перемешивается с музыкой. Илья в этот момент кладёт ладонь на спинку моего стула – жест вроде бы невинный, но я чувствую, как он будто обрисовывает границы вокруг меня.

– Внимание, дамы и господа! – ведущий выходит в центр зала, голос у него поставленный, как у актёра. – Настал момент, которого все ждали. Первый танец молодожёнов!

Илья поднимается, отодвигает мой стул, словно это само собой разумеется. Протягивает руку:

– Пошли, Алиса. – Не просьба. Факт.

Я касаюсь его ладони и встаю, будто кто-то нажал кнопку «play». Он ведёт меня в центр зала, кладёт руку на талию, чуть ближе, чем требует этикет.

– Успокойся, – шепчет он, наклонившись к моему уху. – Ты выглядишь так, будто я тащу тебя на казнь.

– А разве нет? – отвечаю тихо.

Он усмехается уголком губ.

– Мы просто играем. Но у нас с тобой – главные роли.

Музыка мягкая, классическая. Он двигается уверенно, будто всё это уже происходило. Смотрит прямо в глаза – не отводит взгляда, будто ищет в них ответ на вопрос, который я не слышу.

Аплодисменты. Свет возвращается, и ведущий снова в центре:

Ведущий поднимает микрофон, и зал замирает.

– А теперь, друзья, давайте устроим конкурс на первенца в этой красивой семье!

Смех прокатывается по столам. Кто-то выкрикивает:

– Мальчик!

Другой подхватывает:

– Девочка!

Третий уже шутит:

– Тройня! Спорим, через год Илья будет с коляской?

Я замираю, глотая слова, но поворачиваюсь к нему:

– Я… не задумывалась о детях.

Он смотрит на меня, слегка прищурившись, словно пытаясь разглядеть что-то на моём лице:

– Когда придёт время, ты обязательно об этом подумаешь, – говорит спокойно, но я чувствую, что за этими словами скрывается гораздо больше, чем кажется на первый взгляд.

Ведущий хлопает в ладоши, сглаживая момент:

– А теперь… встречаем торт молодожёнов!

Под аплодисменты выкатывают белоснежный трёхъярусный торт, украшенный живыми розами и золотыми вензелями. Подсветка играет на креме, а сладкий запах ванили тянется по залу.

Мы берём нож вместе. Его ладонь ложится поверх моей – теплая, сильная, собственническая.

– Готова? – тихо спрашивает он, наклоняясь чуть ближе.

Я киваю, и первый кусок уходит под вспышки камер и аплодисменты.

Официанты тут же начинают разносить торт гостям, за столами снова оживлённо загудело. Кто-то смеётся, кто-то поднимает бокал за нас. Музыка сменяется лёгким джазом, гости уже общаются маленькими группами, а ведущий всё реже берёт микрофон.

Праздник постепенно клонится к завершению. Я ловлю себя на том, что устала до онемения: ноги гудят, платье тянет плечи, улыбка держится только по инерции.

Илья, заметив, как я коснулась виска, наклоняется:

– Хватит на сегодня.

Я даже не успеваю возразить, как он встаёт и обходит стол, подаёт руку. Официанты вежливо отступают, охрана тут же выстраивает коридор к выходу.

На улице прохладнее, чем в зале. Он открывает дверь лимузина, помогает сесть. Внутри – полумрак и тишина. Охрана уезжает отдельно. Он садится рядом, снимает с меня туфли.

– Что ты… – начинаю.

– Забочусь, – коротко отвечает.

Я не сопротивляюсь. Уже нет сил. Он подхватывает меня на руки, легко, как будто я ничего не вешу.

– Зачем? – шепчу.

– Традиция, – усмехается. – Первая брачная ночь. И не только.

– Не только? – едва фокусируюсь на его лице.

– Поймёшь, когда увидишь, – отвечает, сжимая мою ладонь чуть крепче, чем нужно.

Машина замедляется. За окном – огни, мосты, подсвеченные набережные.

Отель. Люкс. Последний этаж.

– Мы… здесь будем ночевать? – почти шёпотом.

Он наклоняется, смотрит прямо в глаза:

– Здесь ты узнаешь, что значит быть Волковой.