Читать книгу Хэллхиллс | Том 2 - - Страница 8

Прошло уже две недели с тех пор, как Аки стал негласной и непризнанной, но все же частью семьи Деланте-Ровейн. Немного диковатое поведение понемногу сглаживалось: он все еще проказничал, но уже не бросался на всех подряд. Особенно заметны улучшения стали после того, как мальчика перевели на стандартную диету; лекарь настоял на том, чтобы первое время он питался маленькими порциями супов, чтобы не перегружать ослабленный уличной диетой желудок.

Но появилась другая проблема.

Лилиан, тративший все свое время на маленького воспитанника, стал заметно скучать, сидя в стенах замка, поэтому ужасно обрадовался, когда Кальб прислал ему приглашение на один из открытых вечеров в его замке. «Уверен, что ты успел соскучиться по беззаботной жизни», – гласила последняя строчка письма, и, Великий Дьявол, как же Лилиан был с ней согласен! Нет, он ни в коем случае не жалел, что взял к себе Аки, но не мог не сравнивать свою нынешнюю жизнь с той, которая у него была совсем недавно. И новый быт явно не выдерживал в сравнении с веселыми событиями, которыми была наполнена жизнь юноши всего месяц назад.

Аки за это время немного адаптировался в замке и вел себя уже куда наглее он не стеснялся по вечерам пугать слуг, выскакивая перед ними из темных углов, и любил подворовывать на кухне у поваров всякие добавки в блюда. Вместе с этим Лилиан заметил, что начали пропадать его вещи. Сначала он списал это все на рассеянных служанок, которые, по забывчивости, могли не вернуть из прачечной чистые вещи, но те яростно отрицали свою причастность и даже были готовы позволить просмотреть свою память, чтобы наверняка очистить успевшую подпортиться репутацию.

Лилиан не стал ставить под сомнения их слова – и, словно по волшебству, буквально через день загадка решилась.

Поймав с поличным Аки, который бесцеремонно копошился в ящике с его костюмами, Лилиан к своему удивлению, почувствовал облегчение. Как оказалось, мальчик просто стаскивал все понравившиеся ему вещи к себе в комнату, а не замечал Лилиан этого, потому что все украденное лежало под одеялом, из-под которого Аки во время сна никогда не вылезал. Ответа на вопрос, почему же мальчику так нравятся его вещи, пришлось ждать долго.

– Запах, – тихо ответил он, опустив голову. – Пахнет Лили…

Лилиан удивленно вскинул брови.

– Тебе страшно одному спать? – предположил юноша, садясь рядом с ним на колени, становясь на голову ниже него.

Аки кивнул, все еще смущённо уставившись пол.

– Ты можешь ложиться со мной, – улыбнулся Лилиан, погладив его по голове.

Аки в миг оживился и часто закивал, будто боясь, что Лилиан может забрать свое предложение обратно.

С тех пор странная пропажа вещей прекратилась, а вместе с ней – и возможность Лилиана выспаться. Аки, как оказалось, был буйным не только днём, но и ночью.  Поэтому, когда настало время встречи с Кальбом, который с радостью вызвался помочь ему с выбором гардероба, Лилиан постоянно зевал, изо всех сил стараясь не уснуть. Но, оказавшись в знакомой стихии, сонливость как рукой сняло.

– У встречи будет тематический цвет? Или просто какая-то тема?

– В общем-то, нет, – Кальб сидел в кресле, напротив которого стояла ширма, за которой переодевался Лилиан. Аки был тут же: он с интересом бродил по комнатам и, по ощущениям, искал самые укромные углы, чтобы спрятаться. Когда Кальб находился рядом он всегда становился особенно нервным, но все же, не пытался ему никак навредить. – Я думаю, что тебе пойдет что угодно.

– Возможно, – Лилиан вышел из-за ширмы. Его тонкий торс обтягивала кремовая полупрозрачная рубашка с бантом на шее. На поясе широких тёмных брюк красовалась юбка-обманка. – Что скажешь?

Кальб долго на него смотрел, не в силах вымолвить не слова.

– Что, так плохо? – теряя уверенность спросил Лилиан и подошел к зеркалу.

– Лилиан, ты очень красивый! – Аки подбежал к нему и заглянул в зеркало. – И этот Лили тоже очень красивых.

– Впервые я соглашусь с ним, – Кальб бросил взгляд на Аки, который показал ему язык и спрятался за Лилиана. – Ты выглядишь великолепно.

Лилиан кашлянул, стараясь скрыть смущение, и снова отвернулся к зеркалу.

– Может, что-то более классическое надеть? А то в полупрозрачном я будто без одежды совсем. Не думаю, что твой отец оценит такое…

– Если уж ориентироваться на вкус моего отца, то на тебе слишком много одежды.

– Кальб! – Лилиан окончательно покраснел. – Надо тогда одеться как сервус¹…

Он снова скрылся за ширмой и вышел оттуда во все тех же брюках, только без юбки-обманки и рубашке с пышными длинными рукавами.

Сначала Кальб подумал, что Лилиан все же решил и впрямь закрыться целиком, но стоило тому повернуться, как взгляду предстала полностью оголенная спина, покрытая родинками, на пояснице красовался роскошный бант, на котором и держалась рубашка.

– Что думаешь? – Лилиан поправил волосы, которые скрыли собой часть спины.

– Я же сказал, что тебе идет абсолютно все, – Кальб поднялся и подошел ближе, сам не зная зачем. Вдруг он заметил на пальцах и запястьях Лилиана множество лечебных пластырей. – Погоди, это что?

– О чем ты?

– На пальцах.

– А, это, – Лилиан взглянул на них и потряс рукой. – Пустяки.

– Лилиан.

– Аки кусается, когда нервничает, – сдался он со вздохом.

– Чего?..

Кальб посмотрел на мальчика, который, услышав свое имя, вопросительно повернулся в их сторону. Встретившись с Кальбом взглядом, он вдруг хитро улыбнулся и щелкнул белыми зубами.

– Это же не… – он перешел на шепот. – Это же ненормально. Ты не думал обратиться к кому-нибудь?

– А к кому? – Лилиан глубоко вздохнул. – Лекарь прописал лекарства, я ему их выдаю, но улучшений пока вижу.

Юноша не сдержал зевка. Только оказавшись ближе, Кальб заметил, что под глазами Лилиана появились темные круги, которых раньше не было.

– Ты выглядишь…

– Ужасно? – Лилиан улыбнулся и протер лицо ладонями.

– Что ты! Просто немного уставшим.

– В последнее время плохо сплю.

Кальб не сдержался и снова покосился в сторону Аки, который к тому моменту потерял всякий интерес к их беседе и уже увлечённо копался в многочисленных шкатулках.

– Стоило ли оно того, Лилиан? – в полголоса спросил Кальб, встав напротив него. По продолжительному взгляду Лилиана он сразу все понял. Но тот вдруг сказал:

– Нельзя смотреть на это так однобоко, Кальб.

Парень вздохнул, но вдруг не сдержал усмешки.

– Никаких детей.

– Ладно тебе, – Лилиан слегка ткнул его в плечо, – лучше помоги мне выбрать, в чем пойти.

***

С трудом уложив Акиманая спать и оставив его под присмотром нескольких служанок и лекаря, Лилиан наконец смог отправиться на праздничный вечер. Он не планировал задерживаться надолго –  боялся, как бы Аки не проснулся посреди ночи и не испугался, что Лилиана рядом нет.

До замка Цербусов, который располагался в удалении от резиденции Деланте-Ровейн, они добрались за несколько мгновений благодаря заранее подготовленным Кальбом печатям для перемещения, которые, к печали Лилиана, работали только в одном направлении.

– Не волнуйся, я успею подготовить для тебя новую печать к твоему уходу, – заверил его Кальб.

– Спасибо большое.

Оказавшись в знакомой оживленной обстановке, Лилиан ощутил, будто в него вдохнули новую жизнь. Многочисленные гости в сопровождении своих слуг из самых разных династий горячо приветствовали обоих наследников.

В центральном зале их с распростертыми объятиями встретил Кассиан. Он протянул сыну свой бокал на тонкой ножке, доверху заполненный темно-красной жидкостью, и пожал ладонь Лилиану, чья рука на фоне огромной ладони Кассиана, обтянутой черной перчаткой, казалась совсем хрупкой.

– Юный Лилиан, рад вас видеть! Сегодня вы, впрочем, как и всегда, чудесно выглядите, – он широко улыбнулся, обнажив длинные и острые клыки. – На фоне моего сына, который в очередной раз отказался надеть что-нибудь более праздничное, сияете особенно ярко.

Кальб, чье достоинство в секунду было растоптано родителем, раздраженно закатил глаза.

– Отец вижу, вы сегодня тоже не стали переобуваться из пижамных тапочек, – съязвил он.

– Это лучшие мои пижамные тапочки! – ни капли не смутившись острому комментарию сына, парировал Кассиан, хотя оба они говорили о самых обычных туфлях, после чего забрал у него бокал и потянул за собой Лилиана. – Вы так у нас давно не бывали, неужели у юного господина появились срочные дела? Знаете, многие мечтают разделить с вами один из танцев!

Лилиан не знал, куда деться от смущения. Кассиан всегда был своеобразным демоном, не сложно было понять, почему он развелся со своей женой. Бросив на Кальба взгляд, молящий о спасении, он снова повернулся к Цербусу старшему и сделал вид, что внимательно его слушает.

Из цепкого внимания главы династии его спасла появившаяся из ниоткуда девушка, на вид, на несколько лет младше Лилиана.

– Фида! Фида, дорогая, добрый вечер! Ты уже второй раз радуешь нас своим присутствием! Неужели твой отец наконец-то разрешил тебе посещать открытые вечера?

Юная девушка с длинными черными волосами коротко улыбнулась своим маленьким аккуратным ртом, подведенным красной помадой, и кивнула Кассиану.

– Все верно, Господин Цербус.

Лилиан ощутил, как кто-то его тянет за рукав, и он невольно подумал о том, как Аки умудрился пробраться в такую даль один. Но это был не Аки.

Кальб, утащив Лилиана на достаточное расстояние от отца, сказал:

– Как вовремя она подвернулась.

– Кто эта девушка? Твой отец, кажется, знаком с ней.

– Фиделина. Она дальняя родственница Тенебраэ, кажется. Как ей исполнилось шестнадцать, так начали таскать по всевозможным вечерам на знакомства, – он понизил голос. – Мне кажется, отец на нее глаз положил.

– Но она же младше него в несколько раз, – удивленно прошептал Лилиан, подхватывая манеру собеседника. – Не слишком ли рано?

Лилиан часто сталкивался с темой ранних браков, но сам он, к своему удивлению, почему-то не особо пользовался спросом среди молодых девушек. Те, встречаясь с ним то и дело спрашивали, каким средством по уходу за волосами или кожей он пользуется, а не свободно ли его сердце. Сначала его это несколько расстраивало, но потом обида прошла, и он начал с легкой душой наслаждаться веселыми вечерами в компании самых разных особ.

– По-твоему, тут идет речь о любви?

– Я не представляю, как можно идти в брак с кем-то, не испытывая хотя бы малейшей симпатии…

– О! Думаю, что моему отцу она очень симпатизирует.

– На самом деле, я и не сомневаюсь в его чувствах. Я о Фиделине.

Он взглянул на девушку, которая все еще учтиво беседовала с Кассианом, но то и дело бросала взгляды в их сторону. Кальб, пересекшись с ней взглядом, вдруг нахмурился и, взяв Лилиана за запястье, потянул его дальше через толпу.

– Юная леди, вас не учили манерам? – вдруг за спиной услышал чей-то гневный голос Лилиан. Повернувшись, он встретился с упертым в него хмурым взглядом.

– Простите?..

– Ох, Дьявол! – угрюмый гость, поняв, что ошибся, тут же принялся извиняться. Он расплылся в странной улыбке и поклонился. – Господин, вас и не узнать со спины! Чудесный наряд.

– Спасибо, – он коротко поклонился.

Дальше идя за Кальбом, он явственно спиной чувствовал, как кто-то пытается сделать в ней отверстие.

– Кажется, мне и впрямь стоило одеться поскромнее… – сетовал он себе под нос.

Кальб привел его в компанию молодых демонов, где были как мужчины, так и девушки. В компании сверстников Лилиан довольно быстро расслабился, но особенно этому поспособствовал выпитый залпом крепкий напиток с терпким вкусом. Пока он пробовал всевозможные закуски, стараясь не угодить волосами в блюда, его товарищи по столу уже начали любимое занятие – сплетничать.

– А вы слышали, что скоро из ссылки возвращается Сэмюэль?

Услышав знакомое имя, Лилиан замер.

– Уже? Как быстро пролетело время… Вроде, пятьдесят пять лет дали! А будто только вчера восстание было.

– Ты тогда еще даже не родился, че ты несешь?!

– А когда он возвращается, не знаете?

– Через пару недель.

– Как скоро. Интересно, вернут ему фамилию или нет.

Лилиан молча буравил стол. История с его дядей, который оказался сослан за участие в восстании Юго Минамикадзэ в мир людей, была черным пятном на идеальной репутации его семьи. Ему многое рассказывали про скверные поступки среднего дядюшки, но все же, он и помыслить не мог что ему однажды предстоит с ним встретиться лицом к лицу.

– Лилиан, – Кальб какое-то время пытался его привести в чувство. Его глаза вдруг расширились.

– Что? – изменившееся выражение лица друга не укрылось от него, но Кальб только молча указал пальцем себе на шею…

Лилиан подскочил с места, перепугав сидящих вокруг гостей.

– Ну вот, нашел, когда Сэмюэля вспомнить, – одна из девушек пихнула соседку в бок.

– Зеркало! Дайте зеркало, пожалуйста!

Получив заветный аксессуар, он уставился в свое отражение. Витиеватая печать на шее с каждой секундой становилась все более блеклой, пока в какой-то момент не исчезла вовсе. Запястья тоже оказались освобождены от печатей.

Стоило этому произойти, как ужасающей мощи энергия заполонила весь зал, даже музыка дрогнула, но музыканты, сопротивляясь губительной силе, все же продолжили играть.

Лилиан не знал, что делать. Те, кто мог бы его запечатать, были сейчас слишком далеко, а помощи от окружающих его демонов ждать не стоило.

– Лилиан, Лилиан, – натужный голос Кальба вывел юношу из тревоги. – Дай мне тебя запечатать.

– Хорошо, конечно!

Стоило ему это сказать, как в зале поднялся крик. Повернувшись туда, Лилиан увидел, что одна из девушек бросилась к упавшему мужчине, и пыталась привести его в чувства. Жуткая мысль заставила его оцепенеть. Среди гостей вряд ли имелись те, кто не знал про губительные способности Лилиана, но все же, вероятно, многие просто закрывали глаза на тот факт, что даже с печатями он не был полностью безопасен.

Вот и музыка стихла.

Кальб, еще мгновение назад жаждущий помочь, напряженно опустился на рядом стоящий стул.

«Что же делать?!»

Лилиан не знал, как поступить. Обуреваемый самыми разными чувствами, он сорвался с места и, расталкивая гостей на своем пути, устремился к выходу на балкон. Он надеялся, что, хотя бы там будет не так много демонов. Воздух вокруг плыл и искажался, как от палящего зноя. Впервые Лилиан столкнулся с настолько мощным проявлением собственной силы.

На балконе к его счастью и впрямь почти не оказалось демонов, а те, что попались ему на пути, испуганно вжались в перилла и стены.

Мельком окинув балкон, он увидел, что совсем неподалеку проходит несколько аркбутанов², ведущих к соседней башне с пологой крышей. Уже собравшись забраться на одну из тонких каменных конструкций, Лилиан вдруг услышал знакомый, несколько насмешливый голос за спиной.

– Лилиан, куда же вы собрались? Вам не понравился наш праздник?

Кассиан, выглядел так, словно происходящий вокруг хаос его ничуть не касается: ни в его уверенном голосе, ни в позе не проявлялось ни единого намека на недомогание. Схватившись за единственную возможность, он умоляюще воскликнул:

– Господин Кассиан, пожалуйста, запечатайте меня!

– Думаешь, получится? Твое ядро, кажется, не особо горит желанием снова прозябать в заточении.

– Но я ведь могу навредить кому-то!

Лилиану показалось, что Кассиан просто наслаждается происходящим и поэтому тянет время.

– Умоляю, запечатайте меня, у вас, похоже, больше устойчивости к моему ядру, поэтому…

– Никогда не думал, что меня будут умолять о таком, – с усмешкой произнес он, но все же сделал несколько шагов в его сторону. – Хорошо, но будет не очень приятно. Я тебя предупредил.

Лилиан кивнул, но боль, которая последовала за этим, никак не соответствовала определению «не очень приятно». Юноше показалось, что все его органы стянуло смертельной хваткой и прокрутило несколько раз в разные стороны. Ему с трудом удалось сдержать стон боли. Но этот кошмар не собирался заканчиваться быстро.

Нащупав рукой лавку, он обессиленно сел на нее, крепко схватившись дрожащими руками в подлокотник. В себя он пришел от странного ощущения: нечто ползло по его ноге, перемещалось от бедра к животу и выше, замерло на груди и пробралось внутрь. Стоило этому случится, как все в миг закончилось.

Судорожно выдохнув, Лилиан откинулся на спинку лавки, переводя дух. По щеке стекла капля пота. Взглянув на Кассиана, он увидел, что глаза того явственно светятся алым, но наваждение испарилось через пару мгновений.

– Ну вот и все, – он улыбнулся.

– Почему…

– Такие ощущения?

– Да. Меня не раз запечатывали, не помню, чтобы было нечто подобное.

– У меня свои методы. Но печать не продержится долго, все же ты сильнее меня, поэтому рекомендую как можно скорее обратиться к Грехам.

– Хорошо, в любом случае, спасибо вам.

Мужчина кивнул и зашел обратно в зал. Демоны, все это время напряженно наблюдавшие за происходящим, наконец отлипли от стен и, кажется, выглядели лучше, чем пару минут назад.

Пот ручьями бежал по лицу и шее. В висках стучало, а от тошнотворной слабости кружилась голова. Переведя дух, Лилиан поднялся, с трудом сдерживая подступающий к горлу ком. «Я ходячее бедствие, и надо же было печатям сломаться сейчас!»

«– Лилиан».

Услышав холодный голос в своей голове, юноша невольно вжал голову в плечи.

«– Через десять минут чтобы был готов возвращаться в замок».

«– Хорошо, Герольд».

Стоило ли удивляться, что его брат уже успел прознать о случившемся? Лилиану было даже не интересно, кто успел в этой суматохе сообщить ему, он просто надеялся, что за время, что он мотался по залу, никто не успел пострадать слишком сильно.

Более-менее придя в себя, он, стараясь не привлекать лишнего внимания, вернулся в зал. Казалось, не все еще успели понять, что именно произошло, и с недоуменными выражениями на лицах пытались выяснить это друг у друга.

– Лилиан.

Кальб аккуратно дотронулся до его плеча. Вид у него был потрепанный, но все же выглядел он не так плохо.

– Кальб? Как ты? Кто-нибудь пострадал?

Парень промолчал и опустил взгляд, заставив сердце Лилиана ухнуть вниз.

– У одного демона… – Кальб подбирал слова, вероятно, стараясь меньше ранить друга, – небольшие проблемы с сердцем.

Лилиан с трудом устоял на ногах.

– Насколько «небольшие»? – когда Лилиан не добился от него ответа, то подошел ближе. – Кальб, насколько небольшие проблемы с сердцем?

– У него сердечный приступ.

Лилиан закрыл лицо руками и глубоко выдохнул. Он был в одном шаге, чтобы превратиться в массовую убийцу. Умей он контролировать свою силу хотя бы на десятую долю, всего можно было бы избежать.

А теперь он с такими проблемами еще и решил обучать точно такого же ребенка. Масштаб его самоуверенности во истину не имел обозримых границ.

Герольд прибыл даже раньше, чем обещал. Поникшего и подавленного брата он обнаружил в комнате для отдыха, поодаль от зала, где возобновилось празднование, несмотря на трагическую пропажу нескольких участников торжества.

– Кто тебя запечатал? – сурово спросил он, осматривая шею и руки Лилиана, на которых не было ни одной знакомой печати.

– Кассиан, – глухо отозвался юноша.

– Что?! – в унисон с Герольдом возмутился и Кальб. Кажется, последний не переносил отца даже тогда, когда он помогал его друзьям. Но дело оказалось не в этом.

– У него своеобразные методы работы с магией, как ты себя чувствуешь? – Кальб принялся осматривать его, вероятно, пытаясь отыскать признаки увечий.

Лилиан рассказал про свои ощущения, заставив брата помрачнеть еще больше обыденного.

Он выпрямился и направился в зал, Лилиан, боясь, что Герольд с горяча может сказать чего-то лишнего, устремился следом за ним. Кальб замыкал всю эту процессию.

– Глава Кассиан! – рявкнул Герольд, вложив в обращение минимум вежливости.

– О, Герольд, рад тебя видеть, – глава династии появился перед ним, снова покачивая в бокале темно-алую густую жидкость. – Вы пришли осведомиться о здоровье своего брата?

– Какой метод вы использовали при запечатывании Лилиана? У него нет печатей?

– Я? Метод запечатывания души³.

Герольд, кажется, окончательно сорвался с цепи.

– Простите, но о чем вы вообще думали?! Вы хотели, чтобы он умер?

– Лилиан подверг риску жизни моих гостей. Когда на кону стоит выбор из одной жизни и нескольких десятков, я, очевидно, выберу жизни своих гостей. А что ты скажешь, Герольд?

Пока Кассиан говорил, его глаза горели мрачным огнем власти, явно давая понять, кто здесь должен возмущаться.

– Предвосхищая твои возмущения, я не мог использовать иной метод, объемы моего ядра не позволяют мне наложить на него печать Маммона.

Герольд кипел от гнева, но держал себя в руках, явно стараясь не испортить сложившиеся отношения между их династиями.

– Ясно, – сквозь зубы прошипел он. – В таком случае, будьте любезны явиться завтра на процедуру наложения печатей.

– Всенепременно.

– Всего доброго, – бросил Герольд и, схватив брата за руку, потащил его к выходу.

– До свидания, – Лилиан рассеянно поклонился на прощание.

– До встречи, Лилиан, – Кассиан продолжал загадочно улыбаться, смотря им вслед. – А ты, что же, не станешь провожать наших уважаемых гостей?

Кальб промолчал. Он замер, не зная, как поступить.

«– Спасибо за вечер, Кальб, я был рад провести с тобой хоть немного времени», – услышал он мягкий голос в голове.

«– Да не за что. Надеюсь, в следующий раз все будет намного лучше».

***

Вернувшись в замок, Лилиан первым делом проверил Аки: тот все еще крепко спал, распинав одеяло и подушку, лежа в кровати, раскинув ноги и руки в разные стороны. Хоть где-то был порядок.

Готовясь ко сну, Лилиан только хотел переодеться, чтобы принять ванну, как вдруг в комнату нагрянул Герольд. Сдержавшись, чтобы не стукнуть брата плечиками, на которые он хотел повесить рубашку, Лилиан глянул сначала на него, а потом на спящего Аки, намекнув, что если тот проснется, его укладыванием он будет заниматься сам.

– Что ты хотел? – шепотом спросил он, подавив легкую вспышку гнева.

– Завтра утром состоится церемония запечатывания.

– Хорошо.

Несмотря то, что диалог, кажется, был закончен, Герольд не спешил уходить.

– Что-то еще? – Лилиан поднял голову и встретил обеспокоенный взгляд брата. Отложив вещи, он выпрямился. – Герольд?

– Как ты себя чувствуешь?

– Неплохо, устал только немного.

– Кассиан… Как он поспел запечатать тебя таким кустарным методом.

– Я сам попросил его.

– Что? – кажется, новость никак не укладывалась в картину произошедшего в глазах Герольда. – Сам?

– Да, он единственный, кто никак не поддался влиянию вырвавшейся энергии. Я попросил Кальба, но ему стало плохо и… В общем, пусть Кассиан и сделал не совсем привычную печать, я все же благодарен ему за помощь. Боюсь, если бы не он, могло произойти все что угодно.

Герольд долго молчал, прежде чем сказал:

– Ясно. Если тебе станет хуже, дай знать.

– Хорошо.

Герольд кивнул и наконец ушел. Лилиан, сбросив вещи, забрался в ванну по самый подбородок и облегченно выдохнул. Волнистые волосы, собранные в высокий пучок, то и дело норовились упасть в воду, сколько бы юноша не пытался их уложить. Совсем отчаявшись, он и вовсе расплелся, позволив белым прядям расплыться по водной глади. «Надеюсь ни с кем не случилось ничего серьезного из-за меня. Вот если бы у меня были рога…»

Из-за своего врожденного недуга Лилиан порой и вовсе не ощущал себя демоном – особенно сильно в первые дни после установки печатей, так как от человека его отличало только наличие ядра, от которого все равно не было никакого проку.

Поджав ноги к груди, он положил подбородок на колени и глубоко вздохнул. В теплой, едва горячей воде его всегда клонило в сон, и этот раз не стал исключением.

Поборов сонливость, он все же вымылся, высушил, как смог, намокшие волосы, решив отложить помывку головы на завтра, и натянул длинную пижамную рубашку с шортами. Раньше он спал в одной рубашке, но теперь, когда рядом всегда был Аки, он не мог позволить себе подобной вольности.

Тихо пройдя в комнату, он взглянул на мальчика, который умудрился занять почти всю кровать, несмотря на свои скромные размеры. «А может, я просто лягу в его комнате? Хотя бы одной ночью смогу выспаться», – подумал Лилиан.

В комнате Аки было прохладно, а кровать была нетронута, словно с тех пор, как Лилиан предложил ему спать вместе, на ней даже не сидели. Перед тем как лечь, он взглянул на время. Стрелка перевалила за три часа ночи. «Какой кошмар, я же завтра просплю церемонию. Надеюсь, Герольд велел служанкам разбудить меня к нужному времени…»

Но беспокоится о том, что он проспит, не пришлось. Еще до того, как солнце озарило его лицо первыми лучами, Лилиан проснулся от странной тяжести на груди. Открыв глаза, он увидел, что Аки устроился рядом и наполовину тела лежал на Лилиане. Вид у него был до того умиротворенный и милый, что Лилиану не хватило духу разбудить его, даже несмотря на возможность задохнуться.

Погладив мальчика по голове, он взглянул на часы. Ему удалось поспать всего четыре часа; неудивительно, что голова гудела от боли, а глаза ныли от малейшего движения. Засыпать сейчас было опасно – он мог запросто проспать до самого обеда, так что нужно было придумать способ, как не уснуть, при этом не отрывая головы от подушки. Он снова взглянул на Акиманая. «Похоже, он ночью проснулся и понял, что меня нет… Как же стыдно. Надо было все-таки лечь рядом», – подумал он тогда.

Спустя где-то двадцать минут Аки вдруг зашевелился, и Лилиан приготовился получить первый тычок под ребра, но, к его счастью, мальчик просто перевернулся на другой бог, почти целиком скатившись с груди юноши. Решив, что это его шанс, он как можно бережнее переложил его на кровать и поднялся. Все тело затекло от лежания в одной позе, так что он сделал несколько упражнений, чтобы немного разогнать кровь и энергию по организму, как в груди вдруг что-то болезненно сжалось. Впервые страх умереть заставил его замереть. «Это ведь не простое запечатывание, стоит быть аккуратнее… – подумал он. – Но почему Кассиан решил использовать именно этот метод, он явно неединственный!»

– Лили, почему ты ушел ночью?..

Сонный голос Аки заставил Лилиана отвлечься от размышлений.

Акиманай сидел на кровати и сонно моргал.

– Когда я проснулся, тебя не было в комнате, я тебя тут нашел. Тебе не нравится со мной спать?..

– Нет, просто… – «Просто у меня от тебя синяки остаются», – Ты иногда ночью пинаешься, мне немного… больно.

Услышав это, Аки вдруг весь залился краской и опустил голову.

– Прости! Я не хотел! Я постараюсь больше не пинаться, правда-правда! И то лекарство я буду пить, обещаю!

– Лекарство?

– Ну… которое тот странный дядька выдал.

– Лекарь?

– Угу.

Так выходит, лекарство не возымело эффекта, потому что Аки просто не принимал его. Лилиан ощутил первый укол в сердце.

– Аки…

– Я буду пить, обещаю! Правда-правда! Только не отдавай меня, пожалуйста!

Он подскочил с места и вцепился в его рубашку, да так, что нитки затрещали, а костяшки его маленьких пальцев побелели.

– Я никому тебя не отдам, – устало начал уверять его Лилиан. Он и впрямь даже не думал об этом, но, видимо, не услышав знакомого доброго тона, Аки разбушевался еще сильнее.

– Я буду хорошим, правда! – впервые за время их знакомства Лилиан увидел, как по щекам мальчика бегут ручейки слез. Окончательно обессилев, Лилиан сел на пол и раскрыл руки для объятий, в которые Аки мгновенно бросился, вжавшись всем телом.

– Все в порядке, правда. Мы с тобой квиты.

– А?.. – шмыгнув носом спросил Аки, отстранившись, чтобы посмотреть ему в глаза.

– Я лег спать без тебя, а ты не стал пить лекарства. Ты мне соврал, и я тебе. Но теперь давай не будем врать друг другу, хорошо?

Аки долго-долго смотрел ему в глаза, все еще щурясь из-за слез, но в итоге охотно кивнул и вытер лицо ладонями.

Лилиан устало улыбнулся и, прижав мальчика к себе покрепче, прикоснулся губами к его лбу.

***

– Итак, все собрались?

Лилиан окинул взглядом зал, в котором помимо него были также брат, Кассиан, Кальб, Вальтер-Август – отец Лилиана и Герольда, – Люцифер и Маммон.

Август был мрачен, как грозовая туча, но не произнес ни слова с начала церемонии.

Сатана жестом подозвал к себе Лилиана, и тот сделал несколько шагов навстречу.

– Прежде чем мы начнем, – у Маммона в руках появился небольшой листок бумаги. – В связи с тем, что печати оказались не очень надежными, я посчитал своим долгом доработать ее.

Он протянул листок, на котором, вероятно, было написано усовершенствованное заклинание по наложению печати. Сатана пробежался взглядом по тексту, после чего перевел задумчивый взгляд на Маммона.

– Ты уверен?

– Абсолютно.

– Я согласен на все, если это поможет обезопасить окружающих демонов.

Сатана повернулся к хрупкому силуэту Лилиана. Взгляд юноши был наполнен суровой решимостью.

– Хорошо, но ты должен понимать, что теперь твои способности будут заблокированы абсолютно.

Лилиан дрогнул.

Сатана внимательно наблюдал за тем, как меняется его выражение лица. Он уже думал отложить новое заклинание, как вдруг от юноши донеслось тихое:

– Я согласен.

– Благодарю тебя за мудрое решение, – Сатана коротко поклонился, заставив Лилиана замереть от напряжения. – В таком случае, можем начать ритуал. Кассиан, снимите печать.

– Сейчас.

Лилиан закрыл глаза и морально подготовился к очередной вспышке боли, но все, что он ощутил, это легкое шевеление в районе груди, за которым последовала очередная волна магии. Юноша никогда не ощущал себя настолько наполненным силой, но и это чувство исчезло, как только тяжелые узоры Маммона припечатали его к полу. С трудом устояв на ногах, он судорожно вздохнул и наконец открыл глаза. На руках снова красовались браслеты, успевшие стать родными.

– Печати занимают большую часть тела, чем раньше, – предупредил Маммон, с каким-то мрачным удовольствием на лице. – Помимо шеи, рук и ног, она теперь еще и на спине.

Услышав это, Лилиан ощутил, как в груди что-то болезненно надломилось. Вспомнив свою любимую рубашку, которую он надевал еще вчера, парень ощутил, как глаза начала застилать щиплющая пелена.

– Лилиан, лично благодарю вас от лица всех демонов, – Сатана вновь поклонился ему, в очередной раз вогнав юношу в краску. – Вы оказали нам всем невероятную услугу.

Лилиан буркнул что-то нечленораздельное, поклонился ему и отошел к брату. Вид у него был до того потерянный, что Герольд спросил:

– У тебя точно все в порядке? Пока участники все на месте, может, сменим печати?

– Не нужно, – глухо отозвался юноша. – В этом нет необходимости, я чувствую себя нормально.

Герольд еще какое-то время внимательно его рассматривал, после чего глубоко вздохнул и перевел мрачный взгляд на Кассиана, который о чем-то препирался с сыном, который все это время не отрывал пристального взгляда от Лилиана.

– Герольд, мне нужно будет обсудить с тобой кое-что важное.

Когда они покинули церемониальный зал при помощи печати перемещения, так услужливо предоставленной Маммоном, Лилиан остановил брата в нескольких шагах от его кабинета.

– Что именно?

– Зайдем.

Герольд занял место за своим рабочим столом, в то время как Лилиан так и не решился сесть, оставшись стоять неподалеку от двери.

– Что же ты стоишь? – кажется, мужчина начал все больше сомневаться в том, что его брату действительно «нормально». – Садись куда-нибудь.

– Я постою. – Когда он уже поднялся, Лилиан неожиданно резко его осадил: – Герольд, не нужно.

Мужчина послушно сел на место.

– Что ты хотел обсудить?

– Аки… Он такой же, как я.

Кажется, Лилиану даже не придется уточнять, что именно он имел ввиду.

– Серьезно?

– Да, – юноша пересказал результаты встречи с лекарем, умолчав только о странном клейме между лопаток мальчика.

– И что… ты намерен делать?

Услышав это, Герольд, кажется, не проникся к Акиманаю большей симпатией. Скорее наоборот.

«Я не знаю. Сейчас, когда я абсолютно лишен силы, мне не удастся научить Аки чему-нибудь стоящему. Я даже не смогу научить контролировать его силу, а она совсем скоро точно даст о себе знать», – именно это крутилось на языке Лилиана в тот момент, но он не мог этого произнести. У него в голове то и дело всплывали назидательные слова брата.

«Тогда не жалуйся на тяготы воспитания».

Не мог же он прямо сейчас сознаться, что всего за две недели эти самые «тяготы» заставили его страдать от мигреней и недосыпа!

– Я хочу, чтобы в осваивании ядра ему помогал Сэмюэль.

На какое-то время Герольд застыл.

– Какой Сэмюэль? Неужели, ты говоришь про нашего злополучного дядю?

– Да.

– Лилиан, это исключено! – Герольд поднялся с места, видимо, не в силах больше сдерживать эмоциональный порыв. – Ты просто представь, как это будет смотреться: отпетый преступник, возвращенный из ссылки, занимается воспитанием бродячего мальчика, которого принял в семью один из господ! Ты этого хочешь?

На фоне его возмущенных восклицаний раздался странный звук, но разъяренное лицо брата напротив не позволило Лилиану отвлечься.

– Я не совсем понимаю, почему тебя это так возмущает.

Лилиан был слишком юн, в общем-то, как и Герольд, чтобы успеть встретиться с их средним дядей лично: тот был сослан в ссылку еще до их рождения и вот-вот должен был вернуться, как судачили об этом на вчерашнем банкете.

Когда Юго Минамикадзэ устроил первую осаду на близлежащий городок, Сэмюэль только-только стал командиром своего небольшого отряда – будучи вторым сыном, ему вряд ли удосужилось бы добиться чего-то большего за пределами армии, поэтому в этом вопросе его судьба была предрешена, – и в тот момент по распределению был отправлен как раз на погашение первых всполохов восстания. Но ему не повезло встретиться там лицом к лицу с самим Юго. Отряд Сэмюэля был взят в заложники, но в итоге, из пяти демонов выжил только командир, потому что, в отличие от своих товарищей, согласился присоединиться к восставшим.

Но Юго погиб, а его соратники мигом оказались на мортеме. От ужасной участи Сэмюэля спасла только его кровная связь с главой династии. Но это не уберегло его от наказания. Помимо ссылки, он также был публично отречен от фамилии и теперь был ничем не лучше рядового демона, живущего в самых ужасных условиях на низах колец.

Зная все это, Лилиан был более чем уверен, что за более чем пятидесятилетний срок отбывания наказания, Сэмюэль успел осознать свои ошибки и раскаяться.

– Даже если рассуждать логически, Сэмюэль столько времени провел без магических способностей, ты думаешь, он отличный кандидат, чтобы научить кого-то владением магией? Лилиан, ты в своем уме?

Укол обиды заставил юношу поджать губы. Он уже успел несколько раз пожалеть, что в принципе озвучил брату свои идеи.

Герольд глубоко вздохнул, увидев, что его брат мрачно молчит и немного сбавил накал.

– Может, мы попросим выписать к нам нескольких специально обученных демонов? Они помогут Аки решить его вопрос с ядром. Я уверен, в Аду полно талантливых заклинателей, которые бы могли его научить всему, что следует.

«В отличие от тебя», – ты это забыл сказать», – подумал Лилиан, но все же кивнул.

– Тогда я попрошу…

– Нет! – Лилиан перебил его. – Не нужно никого просить. Ты мог бы сделать это сам? Пожалуйста.

– Почему?

– Я боюсь, что информация о том, что Аки аномальный, заставит всех еще более настороженно к нему относится. Давай повременим с оглаской, к тому же, я уверен, что у нашего отца полно других забот…

– Я тебя понял, можешь не выдумывать оправдания.

Лилиан смущенно фыркнул.

«Лишь бы Аки подружился хотя бы с одним из приглашённых преподавателей».