Читать книгу ЕВА: Новый Эдем - - Страница 3

Сон не шёл. Кайден лежал на жёсткой изоляционной плите, уставившись в ржавую паутину труб над головой. Каждый раз, когда он закрывал глаза, перед ним вспыхивали синие прожилки разряда и широко раскрытые, полные доверия глаза Марка. Доверие – вот что било больнее всего. Оно было тяжёлым и липким, как плохо переваренная пища.

Рядом Марк посапывал, повернувшись к нему спиной. Беззащитная поза. Кайден сжал кулаки, чувствуя, как по телу снова пробегает та самая нервная дрожь. Сбой. Это просто сбой нервной системы. Надо контролировать.

Он вытащил из кармана «стержень» – тот самый болт, подаренный отцом. Холодный металл немного успокаивал. Отец говорил, что главное в механике – честность. Прямой подшипник, точная сварка, чистая контактная площадка. Ложь и халтура приводят к заклиниванию, перегреву, катастрофе.

А что они сделали с Марком? Они солгали системе. И система, в лице Брика, чуть не разорвала их на части. Значит, они поступили неправильно? Но они живы. У них есть еда. Значит, поступили правильно?

Мысли ходили по кругу, не находя выхода. В голове не было ясных формул, только обрывки чувств и страхов, спутанные в тугой, болезненный узел.

Утром Марк был полон энтузиазма.

–Сегодня идём в доки! Там, на нижнем ярусе, старый склад запчастей. Там точно будут конденсаторы для сканера! Я спрашивал у Слепого Джо…

Кайден кивал,механически пережёвывая белковую пасту. Его рот был сухим, а в животе – та же знакомая тяжесть. Он слушал план Марка – дерзкий, прямой, построенный на удаче и наглости. Раньше такой азарт заражал и его. Теперь он слышал в нём только дыры. Дыры, в которые можно провалиться.

– Слишком рискованно, – наконец сказал он, и его собственный голос прозвучал чужим, плоским. – Брик теперь в дозоре будет ходить с подкреплением. И склад патрулируют не раз в смену, а по новому графику. Я слышал, как два охранника говорили.

Марк уставился на него.

–И что? Отменяем?

–Нет, – Кайден отложил пустую банку. Он поймал себя на том, что вращает болт в кармане. – Меняем алгоритм. Не идём напролом. Ищем слабое звено.

– Слабое звено? – Марк не понимал.

–Того, кто знает расписание. Или того, кто может его изменить.

Они вышли в лабиринт переходов. Воздух был густым от испарений и гари. Кайден вёл, стараясь идти в тени несущих балок, избегая открытых пространств. Его взгляд сканировал окружение не в поисках добычи, а в поисках информации. Вот проводка, старая, с нарушенной изоляцией – можно использовать для саботажа. Вот камера, её поворотный механизм заржавел – мёртвая зона увеличена на три градуса. Он замечал это автоматически, как раньше замечал только голодных крыс или ящики с надписью «не кантовать».

Они вышли на обзорную галерею над Доком-17. Внизу копошились сотни людей: грузчики, сварщики, инспекторы в жёлтых жилетах. Грохот, рёв машин, крепкая брань. Для Марка это был океан шума. Для Кайдена – система. Он видел потоки: вот тащат контейнеры со свежим грузом, вот отводят на ремонт повреждённый шаттл, вот группа инженеров спешит к чёрному, безымянному фрегату на закрытом слипе.

– Смотри, – Кайден ткнул пальцем в сторону слипа. – Корабль без опознавательных. Значит, или секретная разработка, или контрабандисты. Охрана усилена, но смена усталая. Видишь того охранника у трапа?

Марк прищурился.

–Вижу. Зевает.

–Он стоит двенадцатый час. У него затекли ноги, реакция замедлена. Он – слабое звено в периметре. Но не наше.

–Тогда что наше?

Кайден перевёл взгляд на группу подростков,таскающих канистры с охлаждающей жидкостью к ряду старых, потрёпанных истребителей.

–Они. Они – тени. Их не замечают. И они знают каждый угол. Нам нужен один из них.

Они спустились в док, смешавшись с толпой. Запах озона, горячего металла и пота ударил в ноздри. Кайден почувствовал приступ тошноты. Он остановился, прислонившись к прохладной стене, и сделал несколько глубоких вдохов. Контроль, – приказал он себе. Ты – не ребёнок. Ты – наблюдатель.

Он выбрал мальчишку, который казался самым мелким и злым. Тот сидел на ящике, с ненавистью наблюдая, как надсмотрщик кричит на его приятеля. Кайден подошёл, держа в руке две украденные утром энергетические плитки.

– Забота начальства достаёт? – спросил Кайден, подавая одну плитку.

Мальчишка настороженно взглянул на него,потом на плитку. Жадность победила осторожность. Он взял.

–Достаёт. У самого челюсть не болит?

–Может, помочь, чтобы болела меньше? – Кайден сел рядом, не глядя на него, делая вид, что наблюдает за работами. – Информация в обмен на полезные мелочи.

Так он узнал, что охрана на складе запчастей действительно усилилась, но старый Вепрь, самый злой из надзирателей, каждый вечер в 18:00 по станционному времени уходит на получасовой перекур в слепую зону камер у вентиляционного коллектора «Дельта». И что Вепрь ненавидит нового, молодого охранника с планшетами и любит, когда ему носят контрабандный самогон с палубы F.

План родился сам собой, обретая чёткие, почти осязаемые контуры в голове Кайдена. Не нужно было ломать дверь. Нужно было отвлечь Вепря в нужный момент, подкупив его бутылкой дешёвого пойла. Это было… изящно. Как перемычка на схеме, замыкающая нужную цепь и разрывающая ненужную.

Возвращаясь, Марк не мог успокоиться.

–Ты это видел? Ты просто с ним поговорил, и он всё выложил! Это ж… это гениально!

Кайден молчал.Внутри него бушевало противоречие. С одной стороны – странное, щемящее чувство стыда. Он использовал этого мальчишку, его злость, его бедность. Как Брик использовал бы их с Марком. С другой стороны – холодное, растущее удовлетворение. План был хорош. Он минимизировал риск. Он был… эффективным.

– Это не гениальность, – наконец сказал он, и голос снова звучал ровно, почти спокойно. Это спокойствие было новой, незнакомой броней. – Это логика. У каждого есть потребность. Надо найти её и предложить обмен.

– Но… это же почти как у больших шишек в Сиянии! – восхищённо сказал Марк.

Эта фраза ударила Кайдена сильнее, чем он ожидал. Как у больших шишек. Тех, кто с верхних палуб спускал в Тени своё равнодушие в виде квот, штрафов и приказов на «оптимизацию», из-за которой люди исчезали. Он не хотел быть как они. Он хотел просто выжить. Но разве есть разница в методах?

В их укрытии, когда Марк снова уснул, мечтая о завтрашней «спецоперации», Кайден взял отцовский болт. Он смотрел на него, и в памяти всплывал не смех отца, а его последний, усталый взгляд перед тем, как он ушёл на смену, с которой не вернулся. «Будь честным, сынок. Хоть с самим собой.»

Кайден сжал болт до боли.

–Я и есть честен, – прошептал он в темноту, обращаясь к призраку отца. – Я честно хочу жить. А честность в Тенях – это роскошь. Как твой смех. Как мамины песни. Как всё то, что нас убивает.

Он не чувствовал благородства. Он чувствовал только ту же холодную тяжесть, что поселилась в нём после истории с Бриком. Но теперь эта тяжесть начинала обретать форму. Не просто комок страха, а нечто иное. Принцип. Жестокий, но ясный.

Первый алгоритм выживания был написан не на чистом листе, а поверх стёртых пальцами отца слов о честности. И Кайден с ужасом понимал, что новые буквы – кривые, безжалостные, прагматичные – ложатся легче. И держатся крепче.

Он положил болт обратно в карман. На завтра нужен был план. Чёткий. Бесчувственный. И он его составит. А тихий голос, шепчущий о цене, он просто… отключит. Как неисправный датчик.

Это и было самым страшным – не то, что он научился обманывать других, а то, что он сделал первый, робкий шаг к тому, чтобы начать обманывать самого себя.