Читать книгу Ковчег Чужака - - Страница 7

Месяц спустя Артём Надеждин был на грани нервного срыва, финансового краха и физического истощения. Сарай превратился в подпольную лабораторию, заваленную проводами, обгоревшими платами, графитовой пылью и обломками кремниевых пластин. По стенам висели листы ватмана, испещрённые формулами, которые наполовину были написаны им, а наполовину проступали сами собой после ночных «сеансов связи» с Айей, оставляя у него ощущение, что его рукой водит кто-то другой.

Он создал три прототипа «накопителя». Первый взорвался, чуть не спалив сарай. Второй просто молчал, как булыжник. Третий, наконец, подал признаки жизни – при подключении к ноутбуку через самодельный адаптер на экране появился значок нового диска. Ёмкость: 1.4 петабайта. Цифра была настолько нереальной, что программа диагностики сочла её ошибкой и зависла.

– Ура? – хрипло спросил Артём, падая на табурет. У него тряслись руки от бессонницы и постоянного страха, что дядя Геннадий неожиданно вернётся.

«Базовая функциональность достигнута. Но это лишь пустой сосуд. Теперь необходимо наполнить его данными и создать интерфейсный модуль для меня. Для этого нужны более чистые материалы. И деньги, Артём. Значительные суммы.»

Деньги. Это слово стало навязчивой идеей. Он истратил все свои скромные сбережения (отложенные когда-то на билет из этого ада) на радиодетали, кислоту для травления плат и еду. Дядя, вернувшись из города мрачным и ничего не объясняя, бросил ему пачку рублей: «На продукты. Больше не проси». Этого хватало, чтобы не умереть с голоду, но не на вольфрамовые тигли или лазеры для напыления.

– Где я возьму деньги? Ограбить банк? – пошутил он устало.

«Криминальная деятельность сопряжена с высокими рисками изоляции и прекращения проекта. Нужен легальный источник. У вас есть знания, превосходящие текущий технологический уклад вашей планеты. Проанализировав открытые рынки, я вижу несколько низкоуровневых, но коммерчески перспективных патентов, которые вы можете реализовать с минимальными вложениями.»

– Патенты? Я же несовершеннолетний ребёнок!

«Возраст – условность. Интеллектуальная собственность не имеет возраста. Вам нужен патентный поверенный и первое изобретение. Предлагаю начать с чего-то простого, но революционного для вашей энергетики. Например, с гибридного суперконденсатора на основе модифицированного графена.»

Айя вывела в его сознании схему. Это был не накопитель для неё, а упрощённая, адаптированная для земного производства версия. Устройство размером с пачку сигарет, способное заряжаться за секунды и отдавать энергию для питания, скажем, смартфона на неделю или электромобиля на сотни километров.

– И как я это сделаю? У меня даже нормального микроскопа нет!

«Процесс можно адаптировать. Вам нужна кухонная микроволновка, графит из карандашей, медный купорос из магазина для садоводов и электролизёр, который мы соберём из пластиковых бутылок. Это будет примитивно, грубо, но работоспособно для демонстрации принципа.»

Так началась операция «Кухонный гений». Пока дядя Геннадий смотрел телевизор в зале, Артём в ванной комнате проводил химические опыты. Запах озона и горелой пластмассы он списывал на «чистку старой техники». Первая партия «графена» представляла собой чёрную, липкую жижу. Вторая – уже нечто, отдалённо напоминающее углеродные хлопья под лупой. Десятая, после бессонной ночи и десятка сожжённых предохранителей в щитке, наконец, дала результат. Получился тонкий, упругий, серебристо-чёрный лист.

Собрав первый прототип суперконденсатора в корпусе от Power Bank, Артём подключил к нему разряженный до нуля свой древний смартфон. Через три секунды индикатор заряда показал 100%. Он сидел и смотрел на это, не веря своим глазам. Это работало. По-настоящему.

«Теперь вам нужен патентный поверенный. Я нашёл подходящую кандидатуру в ближайшем крупном городе. Елена Петровна Семёнова. Она имеет репутацию честного, хотя и не самого успешного специалиста. Её слабое место – азартные игры. Сейчас она в долгах. Она будет мотивирована на успех вашего дела в обмен на процент.»

– Ты предлагаешь мне связаться с игроманкой-адвокатом? Звучит надёжно.

«Она отчаянная. Отчаянные люди часто идут на риск. А мы предлагаем ей не риск, а гарантированный успех. Создайте аккаунт, напишите ей от лица вымышленного «НИИ перспективных разработок Сибири». Договоритесь о встрече в городе.»

Неделю спустя Артём, в своём единственном приличном свитере и с рюкзаком, в котором лежал прототип и распечатанные под диктовку Айи тезисы, сидел в кафе «Северное сияние» в райцентре. Елена Петровна оказалась суровой женщиной лет пятидесяти с умными, усталыми глазами и дорогой, но поношенной сумкой.

– Вы… представитель НИИ? – она скептически оглядела его юное лицо.

– Я… технический исполнитель. Курьер, – выдавил Артём заготовленную фразу. – Профессор не мог приехать. Поручил мне передать образец и документы.

Он достал прототип и стопку бумаг. Елена Петровна сначала смотрела на него с недоверием, потом взяла бумаги. Её взгляд пробежался по формулам, схемам, описанию принципа. В глазах что-то дрогнуло – профессиональный интерес.

– Это… кто это разработал? Теория выглядит безумной, но… внутренне непротиворечивой.

– Это коммерческая тайна, – сказал Артём, как учила Айя. – Наш институт работает в режиме секретности. Мы готовы предложить вам эксклюзивное ведение патентного портфолио. Вознаграждение – 15% от всех будущих лицензионных отчислений. Авансом – пять тысяч долларов после регистрации первой заявки.

Он произнёс это чётко, хотя внутри всё оборвалось. Пять тысяч долларов! У него и пяти тысяч рублей не было.

Елена Петровна долго смотрела на него, потом на прибор, потом снова на него.

– Устройство работает?

– Да.

Она молча достала свой почти разряженный телефон, подключила его к странному «пауэрбанку». Через несколько секунд её брови поползли вверх. Она отключила, подождала, подключила снова. Эффект повторился.

– Господи… – прошептала она. Потом резко подняла на него взгляд. – Ладно. Я в деле. Но аванс не пять, а десять. И 20%. И я веду всё, от «А» до «Я». Вы со мной не торгуетесь. У вас нет выхода.

Артём, повинуясь внутренней подсказке Айи, медленно кивнул.

– Десять и двадцать. Договорились.

Патентная заявка ушла в Роспатент в рекордные сроки. Параллельно, через подставные фирмы в офшорах, которые Айя создала, щёлкая цифровыми барьерами как орешки, были поданы заявки в США, ЕС и Китай. Пока бюрократическая машина скрипела шестерёнками, Айя дала Артёму следующее задание.

«Энергетика – это хорошо. Но нам нужны быстрые деньги. Фармацевтика. Упрощённая формула ноотропа на основе модифицированных пептидов. Улучшает кратковременную память и концентрацию на 40% без побочных эффектов. Синтез возможен в условиях примитивной лаборатории. Рецептура будет выглядеть как случайное открытие «сибирских травников».»

И снова кухня, теперь уже с дистиллятором, собранным из стеклянных банок и холодильника. Артём, в респираторе и очках, похожий на юного безумного учёного, варил зелье из безобидных аптечных препаратов и экстрактов местных растений, которые Айя заставила его собирать в тайге. Получился белый, горький порошок. Они упаковали его в капсулы из желатина.

– И кто это будет пробовать? Я? – с опаской спросил Артём.

«Сначала – на лабораторных мышах. Купите в зоомагазине.»

Мыши, накормленные порошком, проходили самодельные лабиринты с пугающей скоростью. Видео, выложенное на видео хостинге на канале «Сибирские биотехи», вызвало сначала хайп, а потом – первый серьёзный звонок. От представителя крупной сети аптек. Им был нужен «натуральный и эффективный» продукт для студентов и менеджеров.

Продажа лицензии на производство ноотропа под частным брендом принесла первый настоящий куш: 50 000 долларов. Деньги пришли на подставной счёт, которым виртуозно управляла Айя. Артём впервые в жизни держал в руках банковскую карту, привязанную к счету с такой суммой. У него закружилась голова.

Он купил себе новый, мощный ноутбук. Приобрёл через интернет настоящее лабораторное оборудование – микроскоп, спектрометр, небольшую чистую комнату-палатку. Всё это тайно доставлялось на заброшенную лесную базу геологов в двадцати километрах от посёлка, которую Айя нашла по спутниковым снимкам. Сарай стал слишком опасен.

Дядя Геннадий видел, как племянник пропадает днями, но приходил уставшим и каким-то… другим. Не замкнутым, а сосредоточенным. Раз как-то спросил:

– Ты с этой штукой… всё ещё возишься?

– Возюсь, – коротко ответил Артём, не глядя.

– Деньги есть?

– Появились.

Дядя хмыкнул, но больше не лез. Возможно, его устраивало, что Артём не просит денег. Возможно, его грызло что-то ещё.

Через три месяца после падения сферы Артём Надеждин, сидя в своей новой, секретной лаборатории в лесу, смотрел на экран. На нём была новостная лента. Сообщения о «загадочной вспышке гриппа с психическими отклонениями» в Европе и США стали регулярными. Власти говорили о «новом агрессивном штамме», но уверяли, что всё под контролем.

Рядом с ним на столе лежал готовый, размером с внешний жёсткий диск, накопитель для Айи. В нём была вся технологическая база её цивилизации. И первая, сырая симуляция биологического ингибитора.

На его банковском счету лежало уже 200 000 долларов.

Он больше не был никем. Он был гением из ниоткуда, у которого в голове жил призрак погибшей расы, а в руках – семена технологий, способных сделать его богачом или спасителем. Или и тем, и другим. Он посмотрел на свои руки – в царапинах, следах от кислоты и мозолях.

– Что дальше? – тихо спросил он.

«Дальше – масштабирование. Нам нужна настоящая фабрика. И проект «Ковчег» пора начинать чертить. Но сначала – купите себе нормальную еды, Артём Надеждин. Ваш индекс массы тела становится тревожным. Мёртвый спаситель человечества – это неэффективно.»

Артём фыркнул, но в углу рта дрогнула улыбка. Путь к богатству оказался тернист и пахнет горелыми микросхемами и ёлочным ноотропом. Но он был на пути. И это было главное.