Читать книгу Любой ценой - - Страница 6

– И зачем ты меня сюда притащила? – простонала Эмери, буравя взглядом неоновую вывеску заведения перед ними. Белые буквы над входом в ночной клуб «Левел» ярко мерцали на красном фоне.

– Что за вопрос, Эм? – Эбигейл, стоявшая рядом, пихнула подругу в бок. – Потанцуем и оторвемся, как прежде.

– Но я думала мы просто посидим в кофейне, – попыталась воспротивиться Эмери. Получилось слабо.

– А вот это уже не так интересно, – подмигнула ей Эби и кивнула на сияющую в ночи вывеску. – Да и тебе нужно развеяться. Ты же это раньше любила. Давай, будет весело.

– А что Том? Он не будет против, что ты пошла в такое место без него?

– Томми… Он… – закусив губу, ответила Эби. В этот момент дверь в клуб открылась и на улицу хлынула музыка. Задумчивое выражение на лице подруги сменилось предвкушенным.

Не успела Эмери сказать что-то еще, как Эби схватила ее за руку и потащила ко входу, у которого уже толпилась очередь из желающих попасть внутрь.

За восемь лет самостоятельной жизни в Сиднее, с тех пор как Эмери стала совершеннолетней и сбежала из родного Мельбурна, девушка любила проводить вечера в подобных заведениях. Сначала с ребятами из университета, затем одна – девушка приходила в наполненный оглушающей музыкой клуб, чтобы позволить себе раствориться в громких звуках.

Музыка высвобождала ее внутренних демонов. Раскрывала душу, забиралась под кожу, помогая отрешиться от разъедающих голову мыслей. Хотя бы ненадолго, но это помогало ей сбросить напряжение, заглушить волнение и заполнить внутреннюю пустоту. Эмери любила одиночество, но впервые оказавшись в клубе, на первом курсе университета, – по-настоящему ощутила себя живой.

Раньше ее отдушиной, наравне с оглушающим сумрачным пространством ночного клуба, было посещение боксерского зала. Изнуряющие тренировки по самообороне поначалу походили на обычные избиения, но после бесчисленного множества полученных синяков, тело девушки привыкло к нагрузкам. Мышцы окрепли, ловкость увеличилась, а правильное питание вкупе с интенсивными тренировками помогло Эмери набрать силу и все чаще отбивать атаки своего тренера.

Находясь на ринге, Эмери позволяла адреналину проникать в кровь, завладевать сознанием. Она видела перед собой лишь противника. Все остальное, – то, что не давало ей покоя в обычное время – отходило на второй план. Только бой. Только возможность выплеснуть злость. Только способ сконцентрироваться на чем-то одном.

Позволить себе забыть прошлое.

Но с тех пор, как тренер, – единственный человек, рядом с которым она не боялась показать себя настоящую, – покинул ее четыре года назад, ничего не сказав напоследок, Эмери больше не могла найти в себе сил продолжать тренировки. Клубы стали единственным местом, где Эмери чувствовала себя собой. Позволяя грохоту битов наполнять ее, она открывалась, оголяла душу, ощущая себя под защитой.

Эмери знала, что музыка заглушит ее страх и неуверенность. Позволит почувствовать себя сильной. Почувствовать себя живой.

Так же, как заставлял ее ощущать себя тренер, внешность которого всегда оставалась для нее загадкой – каждую тренировку он скрывал нижнюю часть лица черной маской. Эмери запомнила только непоколебимый взгляд пронзающих ее насквозь серых глаз, светло-бронзовый оттенок кожи и высовывающиеся из-под шапки каштановые пряди волос. А еще она помнила силу, с какой он наносил удары на ринге: без какого-либо снисхождения, ни на минуту не давая ей расслабится.

Но он ушел, и лишь с появлением Адриана в ее жизни, Эмери снова начала ощущать то самое забытое чувство собственной значимости и осознание, что она кому-то нужна.

Когда пришла их с Эби очередь входить в клуб, Эмери слегла замешкалась на входе, погруженная в воспоминания, но, стараясь не задерживать поток людей, решительно шагнула вслед за подругой в переполненный зал. Музыка тут же ворвалась в ее сознание, и сердце заколотилось от предвкушения.

Ночной клуб, в который они пришли, на первый взгляд был ничем не примечательнее тех, в которых она уже бывала. Обычные темные стены, украшенные рисунками и всевозможной атрибутикой, светящийся шар на потолке, который безостановочно крутился, отбрасывая разноцветные блики на танцующих в полумраке людей.

Эмери не должна была позволять себе терять контроль. Но это ведь всего на один вечер. На несколько часов она разрешит себе расслабиться и отключиться от внешнего мира.

Эмери глубоко втянула в себя душный воздух, и счастливая улыбка расползлась по ее лицу. Двигаясь вслед за Эби в дальний угол зала, где располагался бар, девушка ловко уворачивалась от толпящихся на танцполе людей, позволяя грохоту битов забираться ей под кожу.

Когда симпатичный парень-бармен протянул девушкам барную карту, Эмери ткнула в первый попавшийся коктейль, а затем развернулась и оперлась локтями о стойку, оглядывая интерьер. Он не казался ей знакомым, значит она совершенно точно была здесь в первый раз.

– Почему именно это место? – спросила она, наклонившись к Эби, которая еще изучала меню.

Эбигейл пожала плечами:

– Одна знакомая посоветовала мне сходить сюда, сказала, что здесь классно. И кажется, они права. Смотри какой коктейль! – Эби вскинула голову, разворачивая к Эмери барную карту. Палец девушки указывал на фотографию стакана со странного вида черно-синей жидкостью внутри. – Давай его закажем?

– Заказывай, – пожала плечами Эмери, а затем перехватила ее взгляд. – Кстати, ты так и не ответила. Твой парень не против, что ты пошла со мной в ночной клуб?

Эби отвернулась.

– Ему не обязательно это знать. По официальной версии мы с тобой мило проводим вечер у тебя дома, – ответила Эби, теребя пальцем уголок меню.

Эмери некоторое время не отвечала, уставившись взглядом в потолок, по которому пробегали разноцветные светящиеся огни.

Зря она это делает. Отношения между двумя взрослыми людьми – не то, куда следует лезть посторонним. Но ситуация касалась ее близкого человека и Эмери не могла промолчать. Тяжело вздохнув, она повернулась к подруге.

– Эби, слушай, я не собираюсь лезть в ваши отношения, но… Если будет что-то не так, если Том обидит тебя, ты ведь знаешь, что всегда можешь прийти ко мне, да?

Эбигейл моргнула, ее подбородок дернулся. Эмери видела по ее напряженной позе, что она будто хочет ей что-то сказать, но потом Эби расслабленно улыбнулась и кивнула.

Эмери это не успокоило, но она решила оставить неприятную тему.

К моменту, когда бармен поставил перед девушками заказанные напитки, не преминув при этом подмигнуть им обеим, Эбигейл уже подрагивала от нетерпения. Ей хотелось танцевать. Эмери наоборот внешне оставалась спокойной, но, видимая только ей одной буря бушевала внутри нее, выметая напрочь все чувства, оставляя после себя оглушающий покой.

Допив в несколько глотков коктейль, Эби спрыгнула с высокого стула и нырнула в гущу людей, присоединяясь к танцующему потоку. Несколько раз за вечер она возвращалась к барной стойке и пыталась утянуть за собой Эмери, но та лишь с улыбкой качала головой и отмахивалась от подруги.

Танцы никогда не манили Эмери, ей было достаточно слышать музыку и чувствовать ее внутри себя.

– Как же жарко! – с усталой улыбкой произнесла Эби, обмахивая ладонью лицо и стараясь отдышаться от непрерывных танцев в течении последних двух часов, что они находились здесь. Усевшись на стул, она собрала свои густые вьющиеся волосы в высокий хвост на затылке. – Ты тут не скучала?

Эмери многозначительно покачала в воздухе стаканом с остатками алкоголя и улыбнулась.

– Как видишь, мне было очень весело. К тому же я развлеклась, когда послала подальше от себя двух парней, что пытались ко мне клеится.

Эбигейл прыснула в кулак.

– Танцевала я, а клеились к тебе? – Она наигранно надула губы, на что Эмери хихикнула, поигрывая трубочкой в стакане, и допила напиток.

Передав опустевший стакан бармену и отказавшись от новой порции, Эмери схватила сумочку и спустилась со стула.

– Пойду найду уборную. Ты со мной? – спросила она Эби.

– Нет, иди, я тебя подожду тут. Заодно вызову нам такси, – ответила Эби, глядя на экран смартфона. Увидев, как пошатнулась Эмери, она инстинктивно выбросила руку, поддерживая ее за локоть. – Эй, осторожнее! Уверена, что дойдешь сама?

Состроив обиженную мину, Эмери отказалась от предложения подруги и нетвердой походкой пошла на поиски туалета, пробираясь между танцующих тел. Похоже, она все-таки переборщила с алкоголем, потому что ей приходилось прилагать огромные усилия, чтобы идти прямо. Все вокруг немного кружилось, и как бы она не смотрела по сторонам, никакой таблички с указанием местоположения нужной комнаты, не было. Другого персонала клуба поблизости не наблюдалось, а возвращаться назад и спрашивать у бармена Эмери уж точно не хотелось.

Минуя танцпол и оказавшись у стены в противоположном конце зала, Эмери увидела рядом небольшой коридор, уводящий куда-то вглубь. Решив, что там и находится нужная ей дверь, она ступила в темный проем, устланный ковром. Пройдя немного вперед, ей пришлось достать из сумки телефон и включить фонарик, чтобы можно было разобрать дорогу. Возможно, в коридоре перегорели лампочки, потому что вокруг стояла кромешная темнота.

Неожиданно она почувствовала сильный толчок в плечо. Глухо вскрикнув, Эмери больно ударилась локтем о стену, споткнулась и едва удержалась на ногах. Телефон выскользнул из ладони и полетел на пол.

– Придурок! – выкрикнула Эмери в темноту. Подняв с пола телефон и направив свет фонаря вдаль, она успела увидеть только темную рубашку сбившего ее человека, который быстро скрылся за поворотом, даже не удосужившись извиниться. – Чтоб тебя…

Еще раз выругавшись, Эмери продолжила ступать вперед, шипя из-за ноющей боли в правом предплечье.

Через пару шагов вдали забрезжил свет и показался новый поворот, и за ним Эмери, наконец, увидела нужную табличку на одной из дверей. Но не успела она войти в уборную, как до ее слуха донеслись громкие голоса, сопровождаемые свистом, а потом девушка отчетливо услышала музыку.

Но это оказалось не похоже на хор битов из зала. Мелодия, доносившаяся из комнаты неподалеку, была иная. Пробирающая до мурашек, притягательная.

Опьяняющая.

Эмери замерла и огляделась в поисках источника звука. Завлекающая мелодия проникала сквозь стены дальней комнаты в самом конце коридора и струилась по полу, окружая Эмери со всех сторон.

Завороженная, она пошла вслед за музыкой и дойдя до двери, на которой не было никаких опознавательных знаков, взялась за ручку. Не раздумывая, она потянула ее вниз. Но не успела дверь отвориться, как до Эмери донеслись быстрые шаги сбоку, а затем ее голову пронзила острая боль.

Мир померк.

А вместе с ним смолкла и музыка.

***

Очнувшись, Эмери не могла определить где находится. Вокруг было так темно, что не удавалось разглядеть даже очертания окружающих ее предметов. Лишь спустя мгновение она поняла, что на глазах была повязка, закрывающая весь обзор. Виски пульсировали, а в голове стоял туман.

Выпрямив спину, она попыталась пошевелить руками и ногами. Тщетно.

Моргать под повязкой было тяжело, каждое поднятие век разносило волны тупой боли по всей голове, но Эмери не собиралась сидеть и ждать, когда к ней придут, пока она в таком беспомощном состоянии. Дернувшись, девушка обнаружила, что запястья связаны чем-то шершавым и грубым, похожим на бечевку, а локти так сильно заведены назад, что конечности онемели, и боль от врезавшейся в кожу веревки практически не чувствовалась.

Эмери оказалась связана по рукам и ногам и прикована к стулу. Даже рот был заклеен чем-то липким. Скотч.

Тело пронзил импульс зарождающейся паники.

Только не это. Надо выбираться отсюда и поскорее.

Стараясь дышать мелко и часто, чтобы не дать панике взять над собой верх, Эмери попыталась напрячь и расслабить мышцы рук, как ей когда-то показывал тренер, и попробовала освободиться от пут. Безуспешно. Тот, кто связал ее – знал свое дело. Веревки намертво впились в кожу.

Склонив голову к плечу, она попыталась сорвать с лица повязку и, спустя несколько попыток, у нее получилось немного сдвинуть ее на лоб. Но это не сильно помогло – в комнате стояла непроглядная темень.

Если бы она могла дотянутся до правого ботинка, где у нее было спрятано лезвие, тогда, возможно, она смогла бы разрезать веревку. Но, как бы Эмери не пыталась раскачиваться на стуле, у нее не получилось даже сдвинуться с места.

Эмери зашипела от бессилия. По щекам потекли злые слезы, и из-за неспособности сдержать эмоции внутри, ее гнев усилился. Но хорошо различимый в тишине звук проворачивающегося в замке ключа заставил ее замереть, и она быстро опустила голову, чтобы не дать похитителю понять, что она уже очнулась.

Дверь отворилась и захлопнулась с тихим хлопком. Задержав дыхание, Эмери прислушивалась к походке неизвестного человека: тяжелая поступь, размашистые шаги – это наверняка был мужчина.

Подойдя вплотную к девушке, незнакомец обошел стул, к которому была привязана Эмери и остановился за ее спиной. Поправив сползшую с глаз повязку, он затянул ее потуже. От мужчины так сильно несло сигаретным дымом, что в носу у Эмери защипало. Какое-то время ничего не происходило: было слышно только его тихое дыхание, а затем мужчина грубо схватил Эмери за волосы и, намотав на кулак, потянул на себя.

Голова Эмери запрокинулась. С губ сорвался тихий вздох, который она не успела приглушить. Стараясь мысленно успокоить бешеный ритм сердца, что билось с удвоенной силой, Эмери пыталась унять предательскую дрожь в теле.

Продолжая удерживать Эмери за волосы, второй ладонью мужчина скользнул к ее шее и с силой сжал. Эмери инстинктивно дернулась в его руках, и что-то холодное, твердое и круглое впилось в ее сонную артерию, пока сильные пальцы сдавливали горло. Каждая струна в теле девушки натянулась до предела, а шум в ушах заглушал все остальные звуки.

Из-за отсутствия достаточного количества кислорода, в глазах Эмери заплясали искры. Когда тело уже настолько ослабло, чтобы продолжать сопротивляться, а сознание начало покидать девушку, мужчина разжал руки. Уронив голову на грудь, мыча и всхлипывая, Эмери со свистом втягивала носом воздух, чувствуя, как грудная клетка горит огнем.

Не дав Эмери отдышатся, похититель остановился у ее колен и снова до боли стиснул в кулаке ее волосы. Приблизив свое лицо к ее, опалил щеку жарким дыханием. По телу Эмери пробежала дрожь отвращения.

Дыхание мужчины участилось. Проведя губами дорожку по ее щеке, он дотронулся кончиком носа скулы и лизнул кожу.

Эмери передернуло. Не выдержав, она всхлипнула.

Оставляя мокрые поцелуи, мужчина продолжил двигаться вниз и, добравшись до ее рта, резким движением сорвал скотч и накрыл ее губы своими.

Эмери содрогнулась, а затем задохнулась от неожиданного вторжения, пока язык мужчины собственнически изучал ее внутри.

По ощущениям прошло не менее нескольких минут, когда он, наконец, отстранился. Тихо хмыкнув, ублюдок продолжил правой рукой удерживать голову девушки запрокинутой, но, стоило Эмери сделать рваный вдох, как пальцы его другой руки вцепились ей в подбородок. Подушечкой большого пальца он скользнул чуть выше и обвел контур губ. Эмери изо всех сил сомкнула их, но мужчина потянул нижнюю губу вниз и нажал на нее, заставив девушку приоткрыть рот. А затем она снова ощутила на себе его дыхание с привкусом пепла.

Медленно. Очень медленно он дотронулся своими губами ее рта, но Эмери больше не собиралась позволять ему продолжать.

С рычанием, она подалась вперед, намереваясь ударить похитителя лбом, но мерзавец будто ждал этого. Легко уклонившись от ее удара, он выпрямился и снова шагнул за спину девушки. Стальной хваткой удерживая горло Эмери, сжимая гораздо сильнее, чем раньше, он прижался к ней сзади. Эмери почувствовала, как ее затылок уперся во что-то твердое и мускулистое, и яростно дернулась, но, как она ни старалась вырваться, у нее не получалось даже мотнуть головой.

Мужчина держал крепко. Даже слишком. Не издевательски, не стремясь ее напугать, как было в первый раз, а будто с твердым намерением задушить. Его пальцы больно врезались Эмери в шею, а кольцо, (Эмери показалось, что это было именно кольцо), вдавилось прямо в ее гортань.

Неужели это конец? Но она же не успела…

Мыслей не осталось. Эмери попыталась дернуть ногами, но почувствовала только боль от врезавшихся в лодыжки пут. Она хотела закричать, но мужчина быстро оборвал ее крик, дав Эмери такую мощную пощечину, что она прикусила язык. Во рту образовался привкус крови, а затем девушка услышала шуршание, и в ее шею воткнулся какой-то острый предмет.

Инстинктивно она дернулась, но никто ее больше не держал. Первые секунды ничего не происходило, а затем ее пронзила волна боли. Спина девушки выгнулась, насколько позволяли веревки, рот приоткрылся в беззвучном крике и ее всю обдало холодным потом.

А затем боль утихла так же внезапно, как и появилась. Тело Эмери обмякло.

Но перед тем как полностью провалиться в темноту, уже второй раз за день, она успела разобрать тихий шепот.

«Я знаю кто ты, Эмери Акай».