Читать книгу Зачем я тебе, мальчик? - - Страница 4

С Жанной договариваемся на восемь вечера. Собираюсь немного заранее, но так, чтобы дорогой супруг не предъявил претензий. То есть, без юбки.

Черные джоггеры карго, белая футболка, поверх нее легкий пиджак в клетку и ботильоны на шпильке. Сверху, естественно, дубленка, зиму никто не отменял.

– Надеюсь, вернешься не под утро? – уточняет Семён, пока я отвлекаюсь на входящую смс.

– Не под утро, обещаю, – подтверждаю покладисто, пробегая глазами текст и тут же его смахивая.

– Что, твоя непутевая строчит? Уже не терпится ей вырвать тебя из лап любимого мужа?

– Сём, она не такая ужасная, как ты пытаешься ее изобразить, – подхожу к Кобалю, обнимаю за талию и потираюсь носом о грудь. – Дай ей шанс себя проявить. Жанетт отличная подруга, поверь.

Поднимаю подбородок и заглядываю в недовольно прищуренные глаза.

– Аня, её поведение уже говорит об обратном, – упрямится Семён, – в ее возрасте давно пора определиться и осесть на одном месте, а не порхать по городам и странам, как бабочка-однодневка…

– Не ворчи, у нее работа такая. Всё, побежала, люблю тебя, – привстав на носочки, дотягиваюсь и целую мужа в губы.

Подхватываю клатч с мини-дивана в прихожей и выскальзываю за дверь.

Нечего медлить, иначе тихое ворчание быстро перейдет в громкое, а дальше. Нет, мне надо расслабиться, тут Рыкова права.

– Будь аккуратна за рулем, – летит в спину, когда я спускаюсь на пролет вниз.

– Обязательно, – машу рукой с зажатым в пальцах брелоком.

Боже, я действительно люблю мужа и стараюсь нормально воспринимать большинство его пунктиков с правилами и требованиями. Но порой заботы, именно в это слово он облекает свой тотальный контроль за моей жизнью, становится чересчур много. И она душит.

Забравшись в заранее прогретый салон, достаю из кармана телефон и повторно пробегаю глазами сообщение, пришедшее десять минут назад от Жанны.

«У Кристины нарисовались очередные мировые проблемы((( Еду к матери. Прости, солнце! Давай встретимся сразу в «Карамболе». Буду там к десяти»

Усмехаюсь. Всё, как всегда.

Не успела подруга прилететь, ее ненормальная семейка тут же активизировалась. Вновь будут давить на жалость и стараться прогнуть Жанну либо на деньги, либо на безвозмездную помощь сводной сестренке. И не стыдно же?!

Фактически Елена Рыкова выставила старшую дочь за дверь, как только той исполнилось восемнадцать, и забыла про нее, всю себя посвятив новому мужу и младшей дочери. А как первый муж умер, оставив Жанне в наследство квартиру и еще кое какие ценности, так проснулась, резко вспомнив про единство семьи, и уже десять лет на даёт той спокойно жить.

«Договорились)) Покатаюсь по городу»

Приплюсовываю подмигивающий смайлик и отсылаю ответ, трогаясь с места.

К слову, сообщение от Рыковой успела обдумать, как только прочитала. Еще находясь дома. Семёну о смене планов не сказала намеренно. Зная его нрав, просчитать дальнейшее поведение не составило труда. На ночь глядя точно бы никуда не выпустил. А я уже собралась.

Да и ничего особо страшного не случилось. С удовольствием прокачусь по вечернему городу, проветрюсь и сменю надоевшую локацию «дом-работа-дом».

Нет, мы с Кобалем не совсем затворники. Иногда выбираемся в какое-нибудь новое место. Кафе или ресторан. Но это происходит очень редко и практически всегда вдвоем, а после смерти отца, кажется, не было ни разу.

Два часа в размерах Питера – не так чтобы слишком много, да и погодные условия вносят коррективы. Покупаю на заправке большой стакан кофе и не придумываю ничего лучше, как просто посидеть в машине и посмотреть на Неву, мосты, иллюминацию, спешащие по делам авто.

Питер живет. Жизнь в нем кипит и переливается разноцветными огнями.

В салоне негромко играет музыка. Тепло, пахнет любимой «Пина-коладой». Отщелкиваю рычаг и опускаю спинку кресла ниже. Мысли в голове кружат ленивыми утками, не привлекая и не отвлекая.

Кому-то может показаться странным, что я решила поехать в клуб на собственной машине. Ведь планируется отрыв с подругой. То есть болтовня, танцы, веселье и горячительные напитки…

Всё это непременно будет. Ну, кроме последнего – для меня. Потому что, да, сегодня я за рулем, но нисколько об этом не жалею. А еще точно знаю, что безалкогольный мохито ничем не уступает алкогольному, и хорошее настроение мы создаем себе сами, а не только веселые пузырьки в бокале.

Причина же моего поступка идет родом из юности. Не знаю, есть ли название у такой фобии, как боязнь ездить в такси, но сама фобия точно существует. У меня однозначно. После того, как двадцать лет назад мою маму похитил таксист, а затем с дружками увез ее в лес, там несколько дней насиловал и после хладнокровно убил, я испытываю жуткий ужас, находясь в данном виде транспорта. Задыхаюсь.

Смаргиваю влажную пелену перед глазами, навеянную грустной мыслью, перещелкиваю магнитолу на новую радиостанцию и прибавляю громкость. Достаю телефон и, убедившись, что до встречи остается двадцать минут, не торопясь, прокладываю маршрут следования.

«Вырвалась из этого ада. Еду. Скоро увидимся))»

Новая смс от Жанны вызывает улыбку.

«Супер! Жду встречи))»

Печатаю в ответ, ставлю пустой стакан в специальное углубление между сидениями, возвращаю спинку кресла на место, и, убедившись, что никому не мешаю, потихоньку выбираюсь на набережную.

С «зеленым» в этот вечер особо не везет, и мой Эвок по закону подлости собирает все красные светофоры, где надо и не надо. Впрочем, все равно успеваю раньше Рыковой. Она просит подождать десять минут, чтобы объехать аварию, и не идти внутрь без нее.

Даю добро и неторопливо заезжаю на спрятанную в торце здания парковку. Занимаю одно из двух свободных мест, приоткрываю немного окно, чтобы впустить свежего морозного воздуха, и выключаю радио, из-за чего приборная панель погружается в мрачную темноту.

Через несколько минут вокруг будет столько шума и света, что заранее хочется словить несколько мгновений тишины и покоя. Делаю один глубокий вдох, другой, берусь за ручку, чтобы выбраться, как вдруг…

Большой черный автомобиль с блестящими глянцем и металлическими продольными вставками боками, не просто паркуется рядом, а буквально влетает на соседнее место, заставляя меня резко дернуться.

Чокнутый!

Мозги что ли дома забыл?

В голове мгновенно рисуется образ избалованного мажора, потому что зуб даю – так женщины точно не паркуются!

А вот избалованные засранцы… о да!

Адреналин огромной порцией впрыскивается в кровь, тело наэлектризовывается. Меня подрывает от желания выйти и высказать наглецу всё, что я думаю о наличии в его голове серого вещества и умении им пользоваться.

Куда в этот момент девается воспитанный, деликатный и совершенно неконфликтный человек, которым я являюсь двадцать четыре часа в сутки семь дней в неделю – не задумываюсь. Не успеваю.

Меня отвлекает и останавливает нарочито томный женский голос, раздающийся из открытого окна соседнего салона:

– Дэ-э-эн, ты обалдел, что ли, тут же камеры везде! Ну хватит… прекрати.

– Не кипишуй, Эль, мы аккуратно, – отвечает другой – низкий, завораживающий и точно мужской, – никто не увидит.

– Может, лучше после клуба к тебе поедем? Реально… я…

– Обязательно поедем, а сейчас не трать время. Ну же, иди сюда…

Кокетливый смех. Звон пряжки ремня.

Моя челюсть не плавно отваливается вниз, а ладонь, минутой ранее решительно вцепившаяся в дверную ручку, застывает.

Нет, он точно чокнутый!

Прямо здесь?! На освещенной парковке клуба? В такое время суток? Да еще посреди утыканной камерами территории?

Стараясь не слушать звуки, доносящиеся из соседнего внедорожника, медленно, словно парочка по соседству может увидеть, поднимаю взгляд и слегка поворачиваю влево, на красную точку, игриво помаргивающую с фонарного столба аккурат наискосок наших машин.

Света вполне достаточно, чтобы восседающему за монитором охраны наблюдателю было видно, что происходит в контролируемой зоне… и в авто. А еще ему видно, что я сижу и подслушиваю, чем они там занимаются…

Резко отдергиваю ладонь от дверной ручки и сжимаю пальцы в замок на коленях, а сама откидываюсь на спинку кресла и зажмуриваюсь.

Позор!

Хочется, как в детстве, поднять руки и спрятать в них лицо. Не вижу я, не видят меня. А толку? Дурацкая ситуация уже сложилась. И я – участница.

Надо было выходить сразу, а теперь уже поздно. Парочка определенно решит, что я намеренно притихла, потому что их возня в дорогой тачке доставляет мне несказанное удовольствие.

… удовольствие?!

Потихоньку начинаю закипать.

Да она меня бесит!

Уже не только щеки горят, но и уши пылают. И неважно, что на улице конкретный минус и ветер поднялся. Мне жарко. Как и парочке, что увлеченно занимается друг другом.

Возникает мысль закрыть окно и оградить себя от соседствующего беспредела, но тут поджидает проблемка. Я заглушила мотор, и стеклоподъемники ушли в спячку. Чтобы их оживить, нужно запустить двигатель.

Остается одно – сидеть и ждать… а еще попутно мучительно краснеть, от осознания, что происходит в паре метров от меня.

Кошмар! Извращенцы они, а сквозь землю готова провалиться я. Испанский стыд!

Не то чтобы я была праведницей с нимбом над головой, но вот так, на улице, когда определенно точно кто-то может увидеть и уже увидел… М-да… опцию «совесть» в комплектацию этих двоих явно упаковать забыли.

Сколько длится по времени вакханалия, понятия не имею, но одно осознаю точно: на смену неловкости приходит глухое раздражение. И когда мне кажется, что натянутые до предела нервы вот-вот лопнут, случаются две вещи одновременно.

– М-м-ммм, детка, ты супер, – выдыхает протяжно парень, и снова звякает пряжка ремня.

Экран мобильного, лежащий на панели, ярко вспыхивает, и на весь салон раздается веселая мелодия, установленная на Жанну.

Пипец, приплыли.

Ощущая себя Штирлицем, провалившим миссию, ну да, раскрыли-то меня раньше времени, деревянной рукой дотягиваюсь до телефона и принимаю вызов.

– Нюш, ну ты где, потеряшка? – раздается громкий голос Рыковой. – В пробке застряла? Я тут уже подмерзаю на крыльце.

– Не поверишь, я тебе даже завидую, – выдаю в ответ, чувствуя, как по спине скатывается жаркая волна.

Натягиваю на лицо маску невозмутимости, грациозно выпрямляю спину и нажимаю на кнопку запуска.

– Через минутку буду, – добавляю, закрывая окна.

Беру с соседнего кресла клатч и, одернув полы короткой белой дубленки, выхожу из любимого кроссовера.

Парочка эксбиционистов, наверняка обалдев от того, что у их шоу был VIP-зритель, не издает ни звука, зато Жанетт вещает только в путь:

– Наверное, в тик-токе зависала? Видосики смотрела, вот и забыла про меня. Скажи, было хоть что интересное посмотреть?

– Интересное посмотреть? – повторяю за подругой, обходя машину, оборачиваюсь, чтобы включить сигнализацию, и в этот момент пересекаюсь взглядом с прищуренными отнюдь не женскими глазами. – Не-а, фигню какую-то транслировали. На троечку, – добавляю, ощущая не утихающую злость, – по десятибалльной системе.