Читать книгу Садовница. Психологическое фэнтези - - Страница 2

Дождь за окном не унимался. Его монотонная дробь по старой железной крыше превратилась в привычный фон, как тиканье часов. Даша сидела на подоконнике и смотрела, как серые капли стекают по стеклу, искажая и без того унылый мир. Сегодня в садике их снова спрашивали, кем они хотят стать. И снова у Даши не было ответа. От этого на душе было так же серо и мокро, как на улице.

Но у Даши было своё тайное убежище. Место, где время текло иначе, а тишина была наполнена историями. Чердак.

Для других это была просто свалка старых вещей, но для неё – целое королевство. Она любила его за то, как солнечные лучи, пробиваясь сквозь пыльное окошко, превращали миллионы пылинок в танцующие золотые искры. Любила за запах – смесь старого дерева, сухих трав и чего-то ещё, неуловимого, запаха самого времени. Здесь, наверху, никто не задавал глупых вопросов. Здесь можно было просто быть.

Скрипнув последней ступенькой, она поднялась в свой мир, где тени хранили чужие секреты. И сразу направилась к его сердцу – к большому деревянному сундуку, окованному железом.

Он был для неё не просто ящиком. Он был пещерой сокровищ. Даша знала наизусть почти всё, что в нём хранилось: пожелтевшие кружева бабушкиной молодости, стопки писем, перевязанных лентой, забытые игрушки, старые фотографии людей с серьёзными, незнакомыми лицами.

Но сегодня что-то было иначе. Она села на пол перед сундуком и подняла тяжёлую крышку, не зная, что ищет. Её пальцы погрузились в прохладный, шуршащий ворох прошлого. Она перебирала мягкость бархата, гладкость фотобумаги, хрупкость кружев. И вдруг её пальцы наткнулись на что-то твёрдое, но тёплое. Не дерево. Не картон. Кожа.

С любопытством она начала разгребать вещи вокруг. И вот, с усилием извлекла на свет… Книгу.

Она была тяжёлой, в потрескавшемся от времени тёмном кожаном переплёте. На обложке не было ни единого слова, ни названия. Только вытисненный потускневшим золотом рисунок – компас, у которого вместо привычной стрелки было лёгкое, изящное пёрышко.

Даша затаила дыхание. Она никогда раньше не видела этой книги.

Она села так, чтобы весь скудный свет от маленького окошка падал прямо на странную находку. Пылинки кружились вокруг, будто маленькие свидетели великой тайны. Сердце забилось чаще, наполняя тишину чердака своим гулким стуком.

С тихим, вековым скрипом она открыла книгу.

На первой же странице, нарисованная от руки выцветшими чернилами, была карта. Бумага была плотной, чуть шершавой и пахла по-особенному – не так, как новые книги в магазине, а как что-то древнее, хранящее секреты. Линии, нарисованные чернилами, были не идеально ровными, как на печатных картах, а живыми, дрожащими. Она водила пальцем по изгибам гор, похожих на спины спящих ящеров, и представляла, каково это – оказаться там. Впервые за весь день Даша почувствовала не грусть, а что-то совсем другое. Любопытство. Будто кто-то натянул внутри неё тоненькую струну, и она начала вибрировать от дуновения волшебного ветерка. Легкое, щекочущее волнение, будто маленькая бабочка проснулась у неё в животе. Эта карта была не похожа ни на одну другую. Она была… настоящей.

Вдруг, сквозь шум дождя, она услышала звук.

Тихий шорох, совсем рядом.

Он донесся из того самого сундука, откуда она достала книгу. Даша замерла, её пальцы застыли на нарисованном море. Может, мышь? Бабушка говорила, что они иногда забегают на чердак. Она напрягла слух. Шорох повторился, но он был другим – не царапаньем крошечных лапок, а скорее… шуршанием ткани. Будто кто-то уютнее усаживался в ворохе старых вещей.

Даша медленно, боясь издать хоть звук, повернула голову. Её взгляд упал на раскрытый сундук. Там, оперевшись на стопку пожелтевших кружев, сидел старый плюшевый мишка. Его коричневая шерстка кое-где вытерлась до основы, на животе виднелась аккуратная заплатка, а одно ухо смешно повисло. Но самое удивительное было в его глазах. Один глаз был обычной черной пуговицей, пришитой крест-накрест, а второй – настоящий, стеклянный, карий, и он… смотрел прямо на неё.

Мишка медленно, со скрипом, будто его суставы были набиты не ватой, а сухими листьями, повернул голову. Пылинки, потревоженные этим движением, закружились в луче света от окна.

– А, вот ты где, – произнес он.

Голос у него был старый, немного скрипучий и тихий, как шелест страниц. Даша ахнула, от неожиданности выронив тяжелую книгу. Та с глухим стуком упала на пол, раскрыв новую страницу.

Мишка посмотрел на книгу, потом снова на остолбеневшую девочку.

– А я уж начал думать, что она никогда не найдёт своего читателя, – добавил он, и в его стеклянном глазу блеснул огонёк.

Он неловко, переваливаясь, выбрался из сундука и встал на свои плюшевые лапы. Ростом он был Даше чуть выше колена.

– Меня зовут Барнаби. Я – Хранитель Карты. И, похоже, я очень долго тебя ждал.

Даша сидела на полу, не в силах пошевелиться. Её сердце колотилось где-то в горле. Говорящий плюшевый мишка. Карта волшебного острова. Всё это было так невероятно, так невозможно, что её сердце, вопреки всякой логике, знало – это правда.