Читать книгу Садовница. Психологическое фэнтези - - Страница 3

Даша не могла дышать. Воздух, такой плотный и пахнущий пылью, вдруг перестал поступать в лёгкие. Сердце, едва успокоившееся, теперь билось о рёбра так сильно, что, казалось, этот стук был слышен даже сквозь шум дождя. Говорящий плюшевый мишка. Этого не бывает. Этого просто не может быть.

Барнаби, казалось, почувствовал её страх. Он не сделал больше ни шагу. Он просто стоял, слегка переваливаясь на своих коротких лапках, а его единственный стеклянный глаз смотрел на неё с безграничным терпением. Он не торопил.

– Тише, не бойся, – сказал он снова, и его скрипучий шёпот был на удивление успокаивающим. – Я не причиню тебе вреда. Я так долго ждал встречи с тобой, и последнее, чего бы я хотел – это напугать тебя.

Он медленно, с кряхтением, опустился на пыльный пол и сел, вытянув вперёд свои лапы. Так он казался меньше и совсем не страшным. Просто старой, мудрой игрушкой.

– Но… ты… ты говоришь, – пролепетала Даша. Это был первый звук, который она смогла издать, и он прозвучал тонко и неуверенно.

– Говорят многие, – мягко ответил Барнаби. – А вот слушать умеют единицы. Особенно слушать тишину.

Даша непонимающе нахмурилась.

– Я не понимаю.

– Позволь, я объясню, – сказал мишка. – Эта Карта – вещь очень тихая. Волшебство не любит кричать, оно предпочитает шёпот. Она зовёт того, кто сможет её услышать. А когда у человека в голове уже есть громкая, звенящая мечта – стать космонавтом, построить самый высокий дом, – она шумит и гремит, как оркестр. За этим шумом невозможно расслышать тихий шёпот Карты.

Он помолчал, давая Даше время осознать его слова.

– Но у тебя… – продолжил он, и его стеклянный глаз, казалось, заглянул ей прямо в душу. – У тебя внутри – тишина. Спокойствие. Есть место, чтобы услышать. Есть пространство, чтобы впустить в себя что-то новое, что-то настоящее. Карта не показывается тем, кто уже всё для себя решил. Она показывается тем, кто ищет. Даже если они сами ещё не знают, что именно.

Слова Барнаби окутывали Дашу, как тёплый плед. Вокруг неё все были такими… шумными. Не снаружи, а внутри. В их головах звенели ракеты, мяукали котята, строились дома. А у Даши внутри была только тишина. И ей казалось, что эта тишина – это что-то неправильное, словно у неё сломалась важная деталька. А сейчас этот крошечный плюшевый медведь говорил, что это – её дар. Её уникальная сила.

– Значит… со мной всё в порядке? – тихо спросила она, и в её голосе дрогнула слеза, готовая вот-вот сорваться с ресниц.

– С тобой всё более чем в порядке, – твёрдо сказал Барнаби. – Ты – именно та, кто нужен.

Даша на мгновение почувствовала облегчение, но тут же её захлестнула новая волна вопросов.

– Но кто… кто ты? – прошептала она. – Ты просто… игрушка из этого сундука?

Барнаби посмотрел на свои плюшевые лапы, словно видя их впервые.

– В каком-то смысле, да, – сказал он, и в его скрипучем голосе послышалась тень древней печали. – Этот облик – лишь одна из моих одежд. Я – Хранитель. И я не был сделан. Я был… рождён. Рождён из самого первого путешествия к Острову, много-много веков назад. Когда первый заблудившийся путник вернулся, он принёс с собой не только мечту, но и эхо своего пути. Это эхо – я.

Он поднял свой стеклянный глаз на Дашу.

– Моя задача проста. Охранять Карту и ждать того, чьё сердце будет достаточно тихим, чтобы услышать её зов. Я был оловянным солдатиком, когда миром правили короли. Был фарфоровой куклой в эпоху балов. А последние сто лет… я медведь. Этот облик мне нравится больше всего. Он не пугает. Он утешает.

Он обвёл взглядом пыльный чердак.

– Я лежал в этом самом сундуке, когда твоя прабабушка была маленькой девочкой. Я слушал, как росла твоя бабушка, а потом и твоя мама. Я слушал их мечты, их смех, их слёзы. И всё это время я ждал. Ждал появления тихого сердца. Такого, как у тебя.

Даша слушала, затаив дыхание. Её история была не случайностью. Это была судьба, которая терпеливо ждала своего часа в пыльном сундуке её собственной семьи.

Барнаби кивнул на книгу, которая так и лежала на полу. Когда она упала, то раскрылась на новой странице. Там, под слоем пыли, был искусно выполненный рисунок: могучий старый дуб, а в его стволе – маленькая, круглая, как луна, дверца с кованой ручкой.

– Остров Ненайденных Мечтаний – это не то место, где мечты лежат на полках, как товары в магазине, – объяснил Барнаби, снова становясь на лапы. – Мечты там нужно вырастить, как диковинные цветы. Для этого нужны семена, почва и много заботы. А ещё – долгое путешествие. И оно начинается у старого клёна в вашем саду.

Он снова посмотрел на неё, и его голос стал очень мягким, давая ей право на сомнения.

– Но это путешествие, Даша. Оно может быть трудным. В нём могут быть и страх, и неизвестность. Никто не заставляет тебя идти. Ты можешь просто закрыть книгу и оставить нас с ней в сундуке. И всё станет как прежде. Вопрос лишь в том… готова ли ты сделать первый шаг?

Даша опустила взгляд. Одна её часть, та, что привыкла быть тихой и послушной, кричала: «Нет! Это безумие!». Ей было страшно.

– Я… я не знаю, – прошептала она. – Я… боюсь.

Она посмотрела на карту, потом на старого, мудрого медведя, который ждал её дольше, чем стоят стены этого дома. Она вспомнила ощущение, будто внутри неё целый день шёл такой же серый, скучный дождь. И поняла, что остаться здесь, зная, что за окном есть дверь в другой мир, было бы ещё страшнее.

Она подняла глаза на Барнаби.

– Я боюсь, – повторила она, но теперь в её голосе была твёрдость. – Но… я попробую.

Барнаби не улыбнулся, но его стеклянный глаз, казалось, потеплел.

– Это всё, что нужно, – кивнул он. – Желания попробовать.

Он встал на свои короткие лапы.

– Тогда пойдём, – мягко сказал он и протянул ей свою маленькую плюшевую лапку.

И когда Даша, на мгновение замешкавшись, вложила свою ладонь в его, её настоящее путешествие началось.