Читать книгу Свет звезд всех вселенных. Звёздный Архонт - Ар'лан ис'Дрекхэм - Страница 5

Артур стоял перед зеркалом и не верил собственным глазам.

Он медленно приближался, выставив перед собой швабру, пока её конец не упёрся в холодное стекло. Только тогда до него дошло: всё это время он держал в руках бесполезную палку, словно она могла защитить его. Швабра с глухим стуком упала на земляной пол.

Артур шагнул вплотную к зеркалу, почти касаясь носом его поверхности. Он поднял руку — отражение подняло руку. Помахал — отражение помахало в ответ. Он подпрыгнул, скорчил рожу, вытянул губы трубочкой — отражение повторяло каждое движение с идеальной синхронностью, без малейшей задержки.

— Это я, — прошептал Артур, и голос его прозвучал глухо в спёртом воздухе сарая. — Это правда я.

Он отошёл на шаг и опустился на какой-то мешок, набитый чем-то твёрдым и неудобным. Сел, закрыл лицо руками и принялся тереть глаза большим и указательным пальцами, словно пытаясь стереть наваждение. Но когда он убрал руки и снова взглянул в зеркало, светящиеся глаза никуда не делись. Они смотрели на него из отражения — его собственные глаза, но другие. Чужие.

И тут боль вернулась.

Сначала просто пульсация в висках, знакомая, почти привычная после сегодняшних побоев. Но через секунду пульсация превратилась в удары молота по черепу изнутри. Артур схватился за голову обеими руками, но это не помогало. Каждый удар сердца отзывался взрывом боли где-то в затылке, и с каждым новым взрывом боль становилась сильнее.

Он сполз с мешка и рухнул на колени, потом завалился на бок, скорчившись на грязном полу. В голове гудело так, что он перестал слышать собственные стоны.

А потом в груди вспыхнул жар.

Сначала просто тепло — в районе солнечного сплетения, приятное, почти успокаивающее. Артур на мгновение даже подумал, что боль отступает. Но тепло быстро переросло в жжение, жжение — в огонь. Очаг в груди разгорался всё сильнее, и Артур закричал — в голос, не сдерживаясь, потому что терпеть это было невозможно.

Огонь пополз по телу. В плечи, в руки, в кисти. Артур с ужасом чувствовал, как каждая вена наполняется жидким пламенем, как оно выжигает мышцы, кости. Он бился на полу, не в силах ни остановить это, ни даже просто дышать.

Когда жар добрался до кончиков пальцев и начал спускаться вниз, к ногам, Артур в агонии распахнул глаза.

Верхняя часть его туловища светилась.

Яркий бело-жёлтый свет пробивался сквозь рваную футболку, сквозь кожу. Артур смотрел на свои руки и видел сквозь них — кости проступали тёмными тенями на фоне этого невыносимого сияния. Он горел изнутри, но не сгорал.

— Помогите… — прохрипел он, хотя знал, что никто не придёт. Никогда не приходил.

Свет опустился ниже, достиг коленей, щиколоток, пальцев ног. И в тот момент, когда жар охватил его целиком, стены сарая задрожали.

Сначала Артур подумал, что это у него в голове — галлюцинация от боли. Но дощатые стены и впрямь пошли рябью, как поверхность воды, в которую бросили камень. Они мерцали, становились прозрачными, потом снова плотными. Предметы в сарае — старые тюки, канистры, хворост, зеркало — закружились в бешеном хороводе. Сарай словно сворачивался в воронку, в центре которой лежал Артур.

А потом всё исчезло.

Рывок был такой силы, что Артур на миг ослеп. Когда зрение вернулось, он понял, что лежит на чём-то твёрдом и холодном, но это была не земля. Он попытался пошевелиться и обнаружил, что парит в пустоте. Тело слушалось, но под ним не было опоры — только бесконечная чернота, усеянная звёздами.

Боль утихала. Жар в груди остывал, превращаясь в ровное, глубокое тепло, похожее на то, что чувствуешь, когда засыпаешь у камина. Артур перевернулся на спину и замер, поражённый открывшимся зрелищем.

Он парил в воздухе.

Внизу, далеко-далеко, виднелась знакомая зелень полей и тёмные пятна построек. Вот амбар, вот дом Недалёких, вот сарай, из которого он только что… исчез? Земля стремительно удалялась, уменьшаясь на глазах. Артур вскинул голову и увидел, что его тянет вверх. Невидимая сила поднимала его всё выше и выше, и через несколько мгновений ферма превратилась в точку, потом исчезла совсем.

Он летел сквозь звёзды.

Или они летели сквозь него. Артур не мог понять. Вокруг была ночь, но ночь не земная — живая, дышащая, пульсирующая мириадами огней. Луна висела где-то справа, огромная, яркая, и Артур впервые видел её так близко. А слева, снизу, сверху — везде были звёзды. Они не просто мерцали — они переливались, меняли цвета, танцевали.

— Млечный Путь, — выдохнул Артур.

Но это был не Млечный Путь. Это было нечто иное.

Прямо перед ним, уходя в бесконечность, простиралась дорога. Словно кто-то проложил тропинку среди звёзд, вымощенную чистым светом. Свет этот был изумрудным — глубоким, густым, как драгоценные камни в витрине ювелирного магазина, который Артур однажды видел в старом журнале. Тропа пульсировала, волны света перекатывались по ней от горизонта к горизонту.

Присмотревшись, Артур понял, что дорога состоит из отдельных плит — квадратов и прямоугольников разного размера и разной интенсивности свечения. Каждая плита жила своей жизнью, переливалась в своём ритме, и вместе они создавали это завораживающее движение, эту реку света, уходящую в неизведанное.

Артур попытался пошевелиться и обнаружил, что может двигаться. Он подгрёб руками, как пловец, и действительно немного сместился в сторону. Тело слушалось, хотя вокруг не было ничего, кроме вакуума и звёзд. Он дышал — почему-то он мог дышать. Воздух был чистым, прохладным, с лёгким привкусом озона.

Снизу донёсся гул. Артур опустил глаза и увидел, что земля окончательно исчезла. Вместо неё внизу клубилась спираль галактики — миллиарды звёзд, собранных в огромный светящийся диск. Красиво. Страшно. Величественно.

А потом его понесло вперёд.

Сила, поднявшая его сюда, теперь тянула его вдоль изумрудной дороги. Скорость нарастала постепенно — сначала медленно, потом быстрее, потом так быстро, что звёзды вокруг превратились в светящиеся полосы. Ветер — откуда-то взялся ветер! — бил в лицо, трепал волосы, рвал одежду. Артур зажмурился, но даже сквозь сомкнутые веки видел этот бешеный поток света.

Мысли путались. Голова кружилась. Перед глазами всё плыло — реальность и сон смешались в единый поток света и цвета. Артур попытался удержать сознание, вцепиться в него, но оно ускользало, как вода сквозь пальцы.

А потом наступила тишина.