Читать книгу Эпик - Лев Соболь - Страница 3

Тринадцать лет. Возраст, когда мир за окном кажется размытым, а мир внутри – единственно настоящим. Лев сидел за столом, копошась в клеммах от старого магнитофона. Пахло паяльной канифолью и пылью. В голове крутилась навязчивая мелодия, и он пытался понять ее ритм.

Внезапно звук внутри головы стал громче звука снаружи. Мелодия превратилась в нарастающий, пронзительный звон, как будто кто-то провел смычком по стеклянной струне, натянутой у него в черепе. Воздух запах сладковатой гарью, хотя ничего не горело. Лев моргнул – и мир перевернулся.

Не он упал. Нет. Это комната исчезла.

Его не было за столом. Он парил в потоке чистого света. Не было ни верха, ни низа, только бесконечное, сияющее пространство. Он не видел своего тела, но чувствовал его – легким, невесомым, частью этого сияния. Это не было похоже на сон. Сны – блеклые и обрывистые. Это было реальнее самой реальности. Он ощущал каждую вибрацию света на каком-то глубинном, клеточном уровне. Это было похоже на… возвращение домой. Туда, где тебя ждали.

Длилось это всего одно сердцебиение. Или целую вечность. Понятия времени там не существовало.

Он пришёл в себя на полу. Лев медленно «собирал» комнату вокруг себя: узор на ковре, свет от лампы, трещина на потолке. Он физически здесь, но мысленно – ещё там. Откуда-то сверху доносился испуганный, прерывистый голос:

– Сынок! Лёва! Господи, что с тобой?!

Он медленно поднял голову. Над ним стояла мама, бледная, с широкими от ужаса глазами. Она трясла его за плечо.

– Мам? – его собственный голос прозвучал хрипло и странно. Во рту был привкус меди – он прикусил язык. – Что… что случилось?

– Ты упал! Прямо со стула! Ты меня слышишь? Ты в порядке?

Лев сел, опершись спиной о ножку стола. В голове была пустота и легкий звон, как после громкого концерта. Он оглядел комнату. Все было на своих местах. Магнитофон, клеммы, паяльник.

Он не помнил падения. Последнее, что он помнил – это запах гари и… и что-то еще. Что-то очень важное и яркое. Ощущение полета, света, безграничного покоя. Оно уплывало, как дым, оставляя после себя лишь смутную, щемящую тоску.

– Наверное, встал резко, – неуверенно сказал он маме. – Голова закружилась. Бывает же.

Он искренне так думал. В его картине мира не было места «приступам» и «потере сознания». Было странное головокружение, а потом – провал в памяти и падение. Самое яркое и реальное пережитое – тот сияющий мир – его мозг, пытаясь найти объяснение, уже отнес к категории «предполуденного сна» или «галлюцинации от недосыпа».

Мама смотрела на него с нескрываемым страхом. Она видела припадок. Судороги, закатившиеся глаза, пену у губ. Он же видел только итог: себя на полу и ее испуг. Их реальности в этот момент разошлись кардинально.

– Нет, это не просто головокружение, – качая головой, сказала мама, и в ее голосе была сталь решимости вести его к врачу. – Со мной такого никогда не бывало.

Лев кивнул, чтобы ее успокоить, но внутри он был с ней не согласен. С ним не случилось ничего плохого. С ним случилось что-то удивительное. Он просто не знал, что это было. И ему страстно хотелось понять, как вернуться туда.