Читать книгу Слабое место - Нина Дианина - Страница 6
Глава 6
ОглавлениеПосле этого разговора скрип моих мозгов раздавался в библиотеке целую неделю, где я проводила почти всё своё свободное время. Да, порой управление телом полностью переходило Аруссе, она бежала играть и в полном упоении бегала и прыгала с другими девчонкам, однако я всё равно находила возможность утянуть её в библиотеку и раскрыть книгу про магию. Тем более, вести её к Зельде в комнатку с книжными шкафами становилось всё легче и легче, потому что Арусса быстро осваивала чтение и читать ей даже начинало нравиться.
Безусловно, автор книги поведал читателям много интересного, но вот полезного для меня лично оказалось очень мало. Увы! А точнее, вообще ничего из того, что помогло бы мне освободить Карста.
Честно говоря, особенно заумные страницы мы перелистывали, но мужественно дочитали до конца, и нужное я уловила. Мне наконец удалось разобраться, уложить классификацию магии в голове и оценить её место в этом мире.
Ну что сказать? Место у магии в этом мире было большое. Она крутила моторы, переносила в пространстве, лечила, защищала от вредных воздействий. В общем, работала вовсю. Моя голова бывшего инженера определила её как дополнительный вид энергии, которой местные жители научились пользоваться. Магическая энергия для них была привычна также, как в нашем мире тепловая, гравитационная или химическая.
Разделение её шло не по использованному материалу или степени производимого механического воздействия. Всё было проще и сложнее одновременно.
Магическая наука делила магию на четыре основных направления.
Магия жизни.
В это направление входило всё, что связано с природой, животными, растениями, физической силой, даже приготовление пищи с помощью магии. Безусловно, в это направление входили алхимики со своими зельями и эликсирами и целители, умеющие воздействовать на процессы, протекающие в теле. К магии жизни относилась и магия трансформации, которой пользовались оборотни и драконы, способные менять свой облик. Они ею обладали от природы. Самыми лучшими лекарями были маги, обладающие стихийной водной и целебной магией одновременно.
Магия созидания.
Маги-конструкторы создавали механизмы, маги земли строили дома, дороги. Стихийная магия, конечно, вовсю использовалось в военных целях. Маги швыряли в противника огненные шары, ледяные стрелы, использовали в бою воздушные крылья или создавали земляные ловушки. Бытовая магия была мирной и манипулировала с воздухом, водой, огнём или землёй в простых житейских целях: стирке, уборке, в ухаживании за садом.
К магии созидания относилась и пространственная магия, которая влияла на пространство. Маги-пространственники создавали порталы, дома маленькие на вид и большие внутри и вообще скручивали пространство соответственно своей цели. На краю этого направления созидания примостилась артефакторика и ювелирное дело. Хорошие артефакторы обычно обладали сильной магией земли и огня.
Магия эмоций.
Маги, владеющие этой магией, влияли на эмоции. Они могли, например, вылечить, снижая тревогу, а могли побудить на какие-то действия, манипулируя чувствами страха, вины, вызвать любовь или ненависть. Сильные эмпаты, они чувствовали эмоции и это позволяло им угадывать истинные намерения, спрятанные под ворохом слов.
Магия желаний.
Самая сильная и опасная, потому что она исполняла желания. Да, вот так просто. Проводи ритуал, подключай магические потоки и твоё желание будет выполнено. Опасность этой магии была в том, что и желания могли быть безумные, и плата за них порой была куда выше, чем выгода. В минус шло и то, что чем придётся отдавать долг до начала магических манипуляций было неизвестно. Необученные маги желаний частенько приносили вред себе, жестоко расплачиваясь за, казалось бы, вполне невинные желания. Например, неоперившийся юнец хотел денег, произносил ритуальное заклятие и у него умирала вся семья, оставляя ему все деньги и накопленные богатства. Думаю, сильные маги желания были под присмотром королевских тайных служб и скрывали свои способности от публики, охочей решить свои проблемы простым путём.
К счастью, за грань местные маги не заглядывали. Некромантия в этом мире отсутствовала, поэтому игр с потусторонним устраивать было некому. Поднятых армий нежити и нападений злобных зомби, пытающихся откусить кусочек живой человеческой плоти, можно было не опасаться. Местных магов интересовала только жизнь и возможность её продления и сохранения.
Существовала ещё какая-то особая драконья магия. Про неё в книге только упоминалось. В чём была её суть, автор не написал. Возможно и сам не знал, потому что, судя по всему, драконы своими секретами с людьми делиться не любили. Предполагаю, что всё та же самая, только с применением большего магического резерва, плюс более глубокое знание предмета. Без сомнений, драконы знали и пользовались какими-то особенными тайными заклинаниями, неизвестными остальным расам.
Кроме всего прочего, за последнюю неделю я подружилась с Пертой. Просто подошла к ней и начала её доброжелательно расспрашивать. Одинокая затюканная девчонка сначала удивилась, а потом явно потянулась ко мне душой. Ребёнок ведь, ей друзья её возраста необходимы.
Тинка сначала хмурилась и всем видом выражала своё несогласие, но, после напоминания, что ябедой оказалась Гланка, постепенно втянулась в разговор. Мало-помалу она сменила гнев на милость, и из библиотеки мы выходили втроём, уже как подружки. Жить стало ещё веселей.
Безусловно, не всё было так уж безоблачно. В нашем маленьком девчачьем приютском коллективе дня не проходило без козней и интриг со стороны местной «принцессы». В каждом коллективе всегда найдётся девица, считающая, что она самая красивая и умная, а окружающие лишь инструменты для достижения её целей. Но пока что коварство местной «принцессы» находилось на стадии детства, так что все её манипуляции мне были на один зуб. Моя крайне устойчивая психика пенсионерки не воспринимала всерьёз все её поползновения меня унизить или наказать. Стакан сока, опрокинутый мне на платье я восприняла философски, гусеницу с плеча просто смахнула, на шепот за спиной вызывающе не реагировала, а особо ядовитые замечания меня веселили. Мои не менее ядовитые, но гораздо более интересно оформленные и логичные ответы вводили в растерянность её подружек. Я была внимательна и непробиваема. Закономерно, что у меня стал расти рейтинг и вокруг начал собираться оппозиционный кружок из затюканных принцессой девочек.
И всё, казалось бы, шло замечательно! Занятия приносили новые знания и навыки, а разговоры с Зельдой пищу для размышлений. Однако постоянной мрачной грозовой тучей надо мной висело опасение, что в любой момент меня снова перенесет в тело оборотня, на рудники и я там застряну уже надолго. Оставив Аруссу, буду с Карстом целыми днями долбить киркой породу и страдать вместе с его зверем?!
Опасение оправдалось. Через две недели спокойной детской жизни с глупыми подначками приютской принцессы я снова проснулась в каморке в компании Рыжего.
На этот раз перенос не ограничился парой часов как в прошлый раз. Целый день я в теле Карста махала киркой в тёмной шахте, загружала доверху тележку и везла ближе у выходу, выгружала и, подгоняемая охранниками, плелась обратно, чтобы долбить породу дальше, вдыхая каменную пыль. Монотонный утомительный физический труд с утра до вечера выбил из головы все мои благие помыслы как следует поразмыслить и найти выход из ситуации. Размышлять выходило плохо. Получалось просто бездумно махать киркой и с нетерпением ждать сигнала окончания работы.
После ужина я свалилась на свою койку в полном унынии. Без надежды, без сил, лишь ощущая как страдает моя внутренняя звериная сущность. Боже мой, неужели я застряну тут надолго и буду чувствовать этот ужас изо дня в день?
С соседней койки смотрел на меня Рыжий. За вечер мы обменялись лишь парой фраз. Говорить было совершенно не о чем. Я упала в сон совершенно вымотанная, чувствуя боль уставших от работы мускулов.
Во сне я барахталась в вязкой темноте и просила о помощи. Кто-то с сочувствием смотрел на меня из этой чёрной бесконечности, но помочь ничем не мог. Выбраться должна была я сама.
Я задыхаясь выталкивала себя из этой тьмы, когда внезапно поняла, что снова смотрю в такой знакомый, покрытый трещинами потолок приютской спальни, освещённый тусклым светом от фонаря на улице. Неужели удалось выбраться? Я подняла свою детскую тонкую ручку, убедилась, что снова Арусса. Довольная улыбка наползла на моё лицо и я, поплотнее завернувшись в одеяло снова нырнула в сон. Однако, утром совершенно неожиданно для себя я открыла глаза, посмотрела на потолок и поняла, что снова попала уже в совсем другое, совершенно новое для меня, место.