Читать книгу Слабое место - Нина Дианина - Страница 7
Глава 7
ОглавлениеНа этом потолке не было никаких трещин. Напротив, он был украшен лепниной и расписан затейливыми узорами. Взгляд скользнул ниже. Высокие окна, одно из них было чуть приоткрыто, и лёгкие полупрозрачные занавеси чуть колыхались от ветерка. Где-то снаружи бодро чирикали птички.
Я пошевелилась и всей кожей почувствовала нежный шёлк белья. Похоже, снова спальня и, судя по широкой как вертолётная площадка кровати, далеко не приютская.
– Дорогая, – рокочуще произнёс приятный мужской баритон почти мне в ухо и моего обнажённого плеча нежно коснулись чьи-то мягкие губы. Мои натренированные нервы затрепетали, и я осторожно скосила глаза. Рядом со мной раскинувшись во всей своей первозданной красоте возлежал голый молодой красавец. Он не озаботился тем, чтобы прикрыть своё внушительное мужское достоинство, и смотрел на меня ласковым телячьим взглядом полным обожания.
Под влиянием моего испуганного сознания новое тело не подпрыгнуло с воплем только потому, что я попросту впала в полный ступор.
– Дорогая, мне пора идти, служба не ждёт, – мурлыкнул красавец, мимоходом погладил и сжал мне грудь. Он нашёл мою безвольную ручку, на прощанье облобызал её, а потом ничуть не стесняясь своей наготы встал и, сверкая мускулистым задом, направился к небольшой узорчатой двери, по пути схватив с кресла какую-то одежду.
– Там ванная комната, – услужливо просветила меня память.
Я откинулась на подушки, ошарашенно озираясь. Утренние лучи проникали сквозь занавеси, позволяя прекрасно рассмотреть обстановку.
Да уж, скачок из бедности в богатство впечатлял. Шёлковые простыни, ковры, камин из светлого камня с прожилками, посверкивающие на столике недалеко от кровати хрустальные бокалы с остатками вина и ваза с фруктами не оставляли сомнений, что это далеко не приют. Осталось только осознать своё место на этом празднике жизни. Этот красавец с волоокими очами мне здесь кто? Хозяин, партнёр или слуга? Хотелось бы осознать иерархию и не вляпаться в неприятности с порога.
Я начала копаться в памяти моего нового тела. Оп-па! А здесь моя персона входит в королевскую семью! Покойная мать королевы моя двоюродная тётка. Не моя, конечно, а того тела, которое меня приютило. Я троюродная сестра её величества и живу в королевском дворце! А тот ушедший в ванную комнату красавчик с фигурой Аполлона, королевский гвардеец, мой очередной любовник.
Вот это поворот! Из огня да в полымя. А точнее, из грязи да в князи! То я совсем никому ненужная девочка или заключённый на руднике с умирающим зверем внутри, а теперь в мановение ока взлетаю на вершину пищевой цепочки. Интересно, надолго ли я тут и во что это может вылиться? Плюс в воздухе висит всё тот же вопрос, к чему все эти метания? Где их логика?
Я закрыла глаза, с удобством растеклась по широкой кровати и шёлковому белью и начала быстро просматривать доставшуюся мне память, пытаясь осознать куда попала на сей раз. Голый мужик, шуршащий в ванной комнате, немного смущал, однако ощущаемое рядом сознание женщины, в которую я попала, было сонным и не проявляло никакого беспокойства. Нет, можно, конечно, заставить тело завизжать, когда этот смазливый мужчинка потянется ко мне своими губками ещё раз, но стоит ли привлекать в себе внимание странным поведением? Ладно, решу по ходу этого свалившегося на меня нового сюжета. Буду продолжать действовать как и прежде в расчёте на то, что сознание этой женщины примет моё присутствие в теле так же как Арусса и Карст, то есть, как часть себя, воспринимая мои поступки как собственные.
Итак, нынче я в теле графини Милены кор Игнитур, привлекательной фигуристой вдовицы возраста приближающегося к сорока годам. Она владелица обширного поместья и хорошего состояния, особа, приближённая к королеве и дама, не отказывающая себе в маленьких слабостях в виде молодых активных любовников порой моложе её лет на десять.
Тот волоокий молодой мужчина, что плещется сейчас в ванной комнате, её очередной ухажёр. Он посещал спальню графини уже пару месяцев и явно надеялся затащить бесхозную вдову за себя замуж. Ему, Драгу Крепсу, третьему сыну барона, такая в женитьба была бы крайне выгодна. Разница в возрасте парня не смущала, а даже наоборот воодушевляла сияющими перспективами. Его матримониальные поползновения тайной для графини не являлись. От скуки она сознательно подогревала его надежды, поощряя его на постельные подвиги, однако максимум, что парню светило за усилия в самоотверженном изображении любви – это небольшие подарки. Развитие событий в сторону свадьбы графиня исключала полностью, прекрасно понимая насколько упадёт её влияние при дворе из-за такого мезальянса.
Это сколько мне в этом теле? Ближе к сорока? И раса человек? Я блаженно зажмурилась. Повезло! С высоты своего длинного жизненного пути можно было с уверенностью сказать, что меня занесло шикарный человеческий возраст. Ещё есть здоровье и красивое тело, но уже накоплен опыт и разработаны мозги. Развеялось большинство иллюзий, но осталось здоровое молодое любопытство.
Хлопнула дверь ванной комнаты. Я напряглась. Ой, барончик… Только его фальшивой страсти сейчас и не хватает! Нет-нет, мне не до приставаний совершенно чужого мужика, пусть и с хорошо изученной подноготной. Да и гормоны сейчас не буйствовали и не толкали на постельные глупости, а удовлетворённо спали после ночного пиршества.
Я мысленно приготовилась отбиваться от пылких ласк и открыла глаза. Фу-у-ух! Отбой! Драг был уже полностью одет и занят тем, что деловито пристёгивал саблю в золочёных ножнах, положенную ему по статусу королевского гвардейца.
– Иди, милый, потом сама позову, – Милена сама махнула ему рукой поворачиваясь на бок и всем видом демонстрируя, что собирается спать дальше.
– Я буду скучать вплоть до нашей встречи, дорогая! – откликнулся довольный собой любовник. Он вышел стуча каблуками. Звук его шагов постепенно удалялся, пока совсем не стих.
– Скотина! – подумала Милена. – Мог бы и потише выйти, чтобы не привлекать внимания. Так нет же. Пытается меня скомпроментировать, чтобы потом осчастливить браком, наивный мальчик. Меня, кузину королевы!
Мысли были почти мои, и я улыбнулась. Похоже, графиня была моей более уверенной в себе копией. Или более расчётливой и циничной?
Внешность графини не составляло труда себе представить, не открывая глаз, потому что женщина изучила своё тело вплоть до последней морщинки.
Как только совсем стих стук каблуков моего барончика, я спрыгнула с кровати и покрутилась перед высоким зеркалом, украшавшим одну из стен спальни, чтобы познакомиться со своей новой внешностью лично. Милена не возражала.
Всё верно, я от своего нового пристанища в восторге! Женственно округлая, не худая, но и не расплывшаяся, с копной вьющихся каштановых волос, с миндалевидными карими глазами и лукавой улыбкой. Уже далеко не юная девушка, но тяжёлая печать возраста ещё не легла на её милое разрумянившееся от сна лицо. Мечта любого адекватного мужчины!
Я снова прыгнула в кровать и растянулась во весь рост, наслаждаясь приятными ощущениями. Ох, наверняка у этой придворной дамы ворох всяких ограничивающих её условностей, от которых нельзя отступать и которые испортят мне эту комфортную жизнь. Обязательные корсеты, расшаркивания и поддержание этикета. Хотя… к чему ныть? Испортить жизнь сильнее, чем снова надолго перенестись на рудники в тело оборотня, нельзя. Так что уж как-нибудь перетерплю эти тяжкие придворные условности, пока нахожусь в такой шикарной обстановке. Так, что там у меня за линия жизни на этот раз?
Я погрузилась в память Милены, и поток образов понёс меня словно река, складываясь в чужую жизнь. Безмятежное детство, платьица с воланчиками, белый пушистый щенок, которого подарили ей родители на десятилетие, яблоня, на которую она залезла вместе с братом и чуть не свалилась. Потом пришла юность, а вместе с тем и понимание, что их семья очень родовита, но несмотря на это бедна. Манеры, этикет и чувство долга девочке прививали не скупясь, потому что кроме них и природной красоты у Милены приданого больше не было. В общем, к восемнадцати годам красивая и благонравная выросла девица.
Результат не замедлил сказаться после первого же бала. Весьма богатый и не очень родовитый сосед приметил расцветший у него под боком цветок и приехал свататься.
Милена помнила его приезд, когда её срочным образом нарядили и вывели к нему. Старый, лысоватый, с расплывшимися от старости чертами и выпирающим брюшком, он сидел откинувшись на спинку кресла и как-то многозначительно улыбался, приводя её в смущение.
Наивная девушка решила, что весь переполох в доме связан с тем, что это просто визит полезного отцу влиятельного человека и старалась выглядеть достойно. В чём-то она не ошиблась. Польза от его приезда была. Гость попросту купил её у родителей, предложив условия, от которых они не смогли отказаться. Любящего батюшку немного смущало, что жених был старше своей невесты на сорок пять лет, но этот брак решал абсолютно все внутрисемейные имущественные проблемы! Грех было не воспользоваться таким удачным стечением обстоятельств! Неважно, что жених был в преклонном возрасте! Зато уважаемый человек и этот брак ненадолго! Через несколько лет дочь станет богатой вдовой!
Эти аргументы родители выдали рыдающей дочери после отъезда довольного соглашением соседа. Никто не догадывался, что на том же единственном и судьбоносном балу Милена успела влюбиться в офицера королевской гвардии, третьего сына графа кор Игнитур, приехавшего в их провинцию проведать родителей. Юной неопытной девушке хватило одного танца, после которого она влюбилась в этого молодого повесу без памяти.
Как он на неё смотрел! Я вытащила из памяти Милены этот хорошо отрепетированный, полный немого обожания взгляд синих глаз молодого красавца. Даже я просматривая её воспоминания прониклась. Шанса избежать этой любви у неё не было никакого.
На балу он успел назначить ей первое свидание, в кондитерской. Во время прогулки девушки у них состоится якобы неожиданная невинная встреча. Следующее свидание было уже тайным, в уединённом уголке сада, куда Милена сбежала, притворившись, что идёт спать. Последовало пламенное признание в любви и, конечно же, не обошлось без ласковых объятий. Домой Милена возвращалась безумно счастливая, с распухшими от поцелуев губами.
Именно на следующий день в их доме появился престарелый жених и перевернул её жизнь с ног на голову, погрузив в омут беспросветного отчаяния. За девушкой установили строгий надзор.
Юная Милена готовилась к свадьбе со стариком, плакала, тосковала и считала свою жизнь полностью погубленной. Ей сшили потрясающе красивое свадебное платье, но это девушку совершенно не радовало. На собственной свадьбе она чувствовала себя словно на похоронах.
Нет, старый муж её не мучил, и даже как мог пытался вызвать в ней тёплые чувства, но безуспешно. В сердце Милены не находилось даже места для благодарности за заботу престарелого мужа. Там полностью и безоговорочно царил молодой офицер, которого её память рисовала в исключительно привлекательном образе.
Я только слегка заглянула в ночи Милены со стариком, хватанула её ощущений отвращения и гадливости, бр-р-р! и сразу постаралась перескочить на более позднее время, потому что эти ночи были ужасны. Касания холодных рук мужа вызывали чувство брезгливости. Его запах был противен, поцелуи казались ей мокрыми и слюнявыми, ласковые слова раздражали, и уже тем более были невыносимы его регулярные ухищрения, чтобы почувствовать себя полноценным мужчиной. Ценность у богатого старика была, а вот полноценности явно не хватало.
Муж умер через три года после свадьбы. Судя по моему постороннему взгляду на события того рокового вечера, ещё вполне бодрый старичок принял какой-то возбуждающий эликсир, не вынес нагрузки и неожиданно для себя скончался. В возрасте двадцати двух лет дочь вернулась в семью богатой вдовой. Родители были счастливы!
Милена воспринимала довольное воркование матери стоически. По окончании траура счастливое обогатившееся семейство перебралось в столицу. Молодая вдова постепенно ожила, повеселела, начала посещать балы, где её, естественно, атаковали толпы поклонников и новых претендентов на её руку и сердце.
Само собой об её вдовстве прослышала её первая романтическая любовь, гвардейский офицер, тот самый третий сын графа кор Игнитур. Он в тот момент находился в столице, всё также служил в королевской гвардии, и по старой памяти явился с визитом.
За эти четыре года молодой повеса совершенно не изменился. Он был всё также неотразим, как и несколько лет назад. Напротив, годы только прибавили ему мужественной красоты. Былые чувства затопили Милену океанской войной и устоять против этого потопа она не смогла.
Я просматривала воспоминания моего нового тела отстранённо, с любопытством постороннего человека, отмечая детали, и у меня сложилось впечатление, что годы разлуки красавец и повеса провел весело, по-гусарски, напрочь забыв о когда-то влюблённой в него девочке. Однако, когда явился с дежурным визитом, увидел нежный взгляд и оценил обстановку, то быстро сообразил, что в любящих глазах Милены сияет его сытое будущее и обеспеченная старость.
Молодой граф кор Игнитур сделал предложение. Похоже, у папочки Милены проснулась совесть и он, как глава семьи, дал согласие, хотя рядом строили глазки партии получше. Свадьба состоялась. Муж, за последние годы поднаторевший в обращении с женщинами, смог разбудить вулкан чувственности и плотской любви у замёрзшей в холодной постели вдовы. Жизнь налаживалась. Граф бросил службу и зажил в своё удовольствие.
Следующие пять-шесть лет, судя по памяти Милены, в их семье царила идиллия. Однако воспоминания того периода вытягивались с некоторым усилием. Я сначала удивлялась этому, а потом до меня дошло почему. Милена как бы отстранялась от тех лет, потому что ей было стыдно. Стыдно вспоминать насколько она была доверчива и ослеплена своей любовью в тот период. Не замечала мелких деталей и не обращала внимание на звоночки, с удивительным постоянством звучащие вокруг.
Идиллия посыпалась осколками после того как Милена застукала мужа в постели со своей подругой. Быстро выяснилось, что все эти годы муженёк активно сеял своё семя направо и налево, защищаясь от излишней плодовитости постоянным приёмом магического зелья предохранения для мужчин. Собственно, из-за него у Милены и не было детей, о которых она мечтала все эти годы совместной жизни. Дети на стороне мужу были не нужны, а любящая жена косвенно попадала под действие непрерывного приёма мужем этого зелья.
Это была катастрофа. Нет, ещё больше. Это крушение вселенной. Счастье в одночасье рухнуло, похоронив под собой всё самое лучшее, что было в их браке. Исчезло доверие к мужу, в обмане растворилось уважение, погасло желание быть рядом. Его мужественная красота стала графине просто невыносима. Теперь она раздражала Милену до безумия. Но развестись было нельзя.
Измены мужу поначалу были просто местью, а потом Милена почувствовала в них утешение. Ласковые прикосновения мужчин успокаивали и дарили чувство востребованности. Постель перестала быть выплёскиванием переполняющей через край её безмерной любви к мужу, а превратилась в место для приятных спокойных физиологических процедур с любовником. Никакой любви больше не существовало, только успокаивающие процедуры. Можно сказать, что мужчины в постели лечили её нервы и периодически возникающий внутри интимный зуд. Похоже, самого мужа такое положение дел вполне устроило, тем более, приличия были соблюдены.
Так продолжалось довольно долго. Через год после этого перехода супругов к новым отстранённым отношениям троюродная сестра Милены Тильда стала королевой. Тильда позвала графиню ко двору, а ещё через полтора года она забеременела и, поразмыслив, уговорила Милену снова переспать с мужем. Королеве нужен был близкий друг, родственник и соратник для будущего сына, а графской чете, несмотря на внутренний семейный раздор, всё же требовался наследник.
Милена это прекрасно понимала и согласилась. Она сняла засов с двери между спальнями, а граф перестал пить зелье и в один из дней возник на пороге её спальни.
Он был нежен, и, похоже, пытался оживить в ней былые чувства, однако это не удалось. Огонь любви окончательно потух и угольки не грели. То давнишнее доверие к мужу, которое в любовном экстазе открывало душу и наполняло Милену пьянящим восторгом, исчезло без следа. Без этого восхитительного полёта чувств любовный экстаз превращался в то самое приятное почёсывание внутреннего зуда и ничего более. Причём любовники могли почёсывать этот зуд более изощренно.
Беременность наступила буквально после первых совместных ночей. Королева была довольна. Теперь у неё появилась верная подруга и наперсница, которая на себе понимала, что такое беременность. Они подолгу гуляли, обсуждая детей и собственное самочувствие.
Несмотря на утренние недомогания Милена во время беременности почувствовала себя умиротворённой и даже почти помирилась с мужем. Теперь они могли спокойно беседовать и даже планировать совместное будущее.
Сын у королевской четы родился в назначенный срок. Всё королевство три дня праздновало и веселилось по такому замечательному поводу. Ребёнок Милены должен был появиться на свет через пару месяцев после этого праздника. Будущая мать с трепетом ожидала этого счастливого дня, однако он так и не наступил. Счастье, как и в прошлый раз, оборвалось в один момент. Очередные заговорщики напали на короля прямо во дворце, когда он вместе с королевой и придворными шествовал в столовую. Магический взрыв снёс стену и убил несколько человек. Короля швырнуло в сторону, а Милена совершенно случайно закрыла своим телом королеву от летевшего сверху обломка. Удар, к несчастью, пришёлся прямо по животу. Когда Милена пришла в себя, она узнала, что король остался жив, но вместо него заговорщики лишили её и ребёнка, и мужа. Так восемь лет назад графиня кор Игнитур снова стала вдовой. На этот раз безнадёжно бездетной, потому что родить она больше не могла. Несколько месяцев женщина выкарабкивалась из уныния. Внутри у молодой графини словно всё высохло, а воды взять было неоткуда.
Новость о том, что одна из горничных родила от её мужа мальчика в тоже самое время, когда должен был родиться её сын, иссушило ей душу окончательно. Графу нужен был наследник, и он не принимал своё противозачаточное зелье всего лишь месяц. Его верности не хватило даже на этот короткий срок.
Милена выдала ту горничную замуж, назначила содержание мальчику и вернулась во дворец. Теперь у неё было полное покровительство королевы. Можно было бы даже посчитать Тильду близкой подругой, если королевы вообще бывают подругами.
Вокруг привлекательной вдовушки снова клубились соискатели на её благосклонность, но всерьёз она больше никого не воспринимала, считая, что она уже выработала свой лимит неудачных браков. Вот в этой бестолковой суете придворных интриг Милена и жила последние годы… А теперь вместе с ней в её теле буду пребывать и я. Интересно, надолго ли?