Читать книгу Манускрипт Войнича. Вспышка - Ольга Тимофеева - Страница 7
Глава 4
ОглавлениеСовещание называлось скучно: «координационная встреча по обновлению протоколов обмена биологическими данными между региональными лабораториями». Яна пошла на него только потому, что ее руководитель института в последний момент слег с гриппом и передал ей свое место в списке докладчиков, коротко предупредив по телефону:
— Там будет человек из структуры, который решает, дадут нам доступ к расширенной базе образцов или нет. Не спорь с ним при всех, даже если он не прав.
Марк сидел в третьем ряду с блокнотом, куда записывал не тезисы докладов, а вопросы, которые собирался задать после, привычка, оставшаяся с университета. Зал конференции, типовой гостиничный конференц-зал с рядами неудобных стульев и слишком ярким верхним светом, к одиннадцатому докладу успел заметно опустеть. Часть участников вышла размяться, часть демонстративно листала телефон, не скрывая усталости от четвертого часа подряд слайдов про протоколы хранения. Доклад Яны шел одиннадцатым по счету, время близилось к обеду, и она говорила о протоколе хранения образцов высокогорной флоры, о том, почему нынешние температурные стандарты не годятся для видов, адаптированных к резким перепадам. Краем глаза она заметила, как в середине третьего слайда человек в третьем ряду перестал писать и просто смотрит на экран.
После доклада, у стойки с кофе, которую организаторы поставили в фойе явно из вежливости, а не из щедрости, судя по количеству чашек, он подошел первым. За высокими окнами фойе стоял один из тех редких по-настоящему солнечных дней межсезонья, когда небо неожиданно расчищается после недели облачности. Яркий, почти летний свет, ложившийся на паркет длинными полосами, странно контрастировал с сухими докладами про температурные протоколы, которые весь зал только что слушал битый час.
— У вас в третьем пункте протокола противоречие, — сказал он вместо приветствия. — Вы предлагаете единый температурный режим хранения, но данные, которые вы же показали на пятом слайде, говорят, что оптимум разный для разных высотных поясов.
Яна не сразу поняла, восхищаться ей или защищаться.
— Это сделано специально, — сказала она. — Единый режим проще внедрить в региональных лабораториях, у которых нет ресурсов на дифференцированное хранение. Компромисс между идеальным и реализуемым.
— Значит, вы знали про противоречие и решили его не озвучивать.
— Не хотела тратить время зала. Это можно обсудить один на один, с тем, кому действительно важно.
Он посмотрел на нее чуть дольше, чем требовал разговор о температурных режимах, и она заметила, что уголок его рта дернулся, не совсем улыбка, скорее признание, что удар засчитан.
— Меня зовут Марк, — сказал он, протягивая руку. — Я буду смотреть заявки на расширенный доступ к базе. Включая вашу, я полагаю, судя по третьему пункту.
— Яна. — Она пожала руку, коротко, по-деловому, хотя рукопожатие вышло чуть более крепким, чем требовалось для протокольного знакомства. — И да, заявка уже в очереди.
— Я ее одобрю, — сказал он, — но с условием: вы перепишете дифференцированный режим отдельным приложением, не для всех лабораторий, а для тех, кто готов его внедрить. Не размывайте стандарт ради удобства тех, кто и так его не осилит.
Она не ожидала, что он ей это предложит вместо того, чтобы просто утвердить заявку формально, как делало большинство кураторов, с которыми ей доводилось иметь дело раньше. Это удивление, кажется, отразилось у нее на лице, потому что он добавил, чуть тише:
— Я читал ваши прошлые публикации, готовясь к сегодняшнему дню. У вас хорошая привычка не бояться неудобных данных.
— А у вас, кажется, привычка не бояться неудобных вопросов на публике.
— Только когда вопрос стоит того, чтобы его услышали все, а не только докладчик.
Кто-то из организаторов позвал участников возвращаться в зал, обед закончился быстрее, чем оба заметили. Марк убрал блокнот, где, как она успела краем глаза увидеть, помимо вопроса про третий пункт протокола, был записан еще один пункт, не относящийся к докладу напрямую: имя лаборатории, где она работала, и дата, видимо, для памятки связаться отдельно.
— Пришлите мне переработанное приложение до конца недели, — сказал он на прощание. — Я подпишу быстро, у меня как раз будет свободное утро в четверг.
Она кивнула, и уже направляясь обратно в зал, поймала себя на том, что запомнила не содержание разговора, а то, с какой точностью он формулировал возражения, без единого лишнего слова, без желания показать превосходство ради самого показа. Таких собеседников в ее работе попадалось немного, большинство либо соглашались слишком быстро, либо спорили ради спора.
По дороге домой тем вечером, застряв в обычной для этого часа пробке на въезде в город, она поймала себя на том, что дважды прокручивает в голове одну и ту же фразу, «у вас хорошая привычка не бояться неудобных данных». Она пыталась понять, что именно в ней зацепило больше, сам комплимент или то, что он потрудился прочитать ее старые публикации перед совещанием, которое для большинства кураторов было бы рутинной обязанностью, а не поводом готовиться заранее. Она сказала себе, что дело в профессиональном уважении, редкой вещи в ее области, и постаралась не задерживаться на этой мысли дольше, чем требовалось, хотя фраза продолжала всплывать еще несколько раз за вечер, некстати, между совсем другими делами.
Про плато, про архив, про то, что где-то в базе, доступ к которой он только что пообещал ей открыть, уже лежит сводка с непонятной температурной реакцией без узнаваемого возбудителя, ни один из них в этот момент не думал.