Читать книгу Призрак шашечного гения. Роман о долгом пути в никуда - Саша Игин - Страница 9

Седьмая глава. Сицилианская защита

Кабинет невролога пахло старыми книгами и антисептиком. Доктор Калинина, женщина с усталыми глазами за очками в тонкой оправе, перебирала результаты МРТ и нейропсихологических тестов. Александр сидел прямо, как на турнире, пальцы сложены в замок на коленях. Анна, его бывшая жена, ерзала на стуле рядом.

«Анна Викторовна, нарушения памяти у Александра – не главная проблема», – голос доктора был мягким, но в нем звучала сталь профессиональной беспристрастности. «Судя по результатам, изменения наиболее выражены в лобных и височных долях. Страдают, в первую очередь, суждения, контроль над эмоциями, речь. Это объясняет эпизоды, которые вы описывали: внезапная раздражительность, неадекватные шутки, трудности с подбором слов…»

«Я не шучу неадекватно, я иронизирую», – вмешался Александр, не меняя позы. «А слова… иногда они просто прячутся. Как соперник, который избегает контакта. Но его всегда можно выманить.»

Доктор Калинина взглянула на него поверх очков. «Александр Михайлович, речь идет о лобно-височной деменции. Ранней форме. Это прогрессирующее заболевание.»

В кабинете повисла тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов. Анна прикрыла ладонью рот. Александр медленно кивнул, как будто оценивал ход противника.

«Деменция», – произнес он, растягивая слово. «От латинского – безумие. Интересный термин для описания перестройки нейронных связей. Значит, мне предстоит игра на незнакомой доске. Но правила,» – он посмотрел прямо на доктора, – «правила все те же: анализ, стратегия, воля.»

«Саша…» – начала Анна, но он поднял руку, останавливая ее.

«Спасибо за информацию, доктор. Теперь я знаю имя соперника.»

В такси по пути к его квартире Анна молчала, смотря в окно на мелькающие огни Чистых прудов. Александр достал блокнот в темно-синей кожаной обложке – подарок от Федерации шашек России к его последнему чемпионскому титулу.

«Нужно начать с составления дебютного репертуара», – пробормотал он, открывая блокнот. «Утро: лексические упражнения. Чтение словаря Даля. День: решение шахматных этюдов для поддержания логики. Вечер…» Ручка замерла. Он не мог вспомнить слово. Вечер… что вечером? В уме крутилось что-то про повторение, про закрепление… «Вечер: ретроспективный анализ прошедшего дня», – выдавил он, записывая размашистым почерком.

«Саш, ты не можешь просто тренировать мозг, как мышцу», – тихо сказала Анна, не поворачиваясь от окна.

«А почему нет? Нейропластичность – научно доказанный факт. Если пути разрушаются, нужно прокладывать новые. Обходные маневры. Фланговые атаки.»

Он продолжал писать, заполняя страницу за страницей сложной системой: таблицы слов-синонимов, графики повторений, диаграммы эмоционального состояния. Его план был гениален, многоуровнев, безупречен логически. И полностью игнорировал природу противника, который атаковал не память, а саму способность планировать.