Читать книгу Боги Забытых Морей. Мифологическое фэнтези - Сергей Чувашов - Страница 9

Три дня они плыли по Эгейскому морю, уклоняясь от патрулей береговой охраны и странных, слишком быстро движущихся волн, которые могли быть чем угодно. На четвёртый день на горизонте показался остров Санторини – или то, что от него осталось после древнего извержения. Кальдера, огромная чаша, наполненная темно-синей водой, обрамлённая крутыми скалистыми берегами.

Здесь, на глубине, под слоями пепла и пемзы, по словам Кая, лежало то, что осталось от его прошлого.

– Мы должны спуститься, – сказал он вечером, стоя на палубе маленького катера, который они «позаимствовали». Его голос звучал устало, но твердо. Его раны от схватки на берегу, казалось, затянулись, но глубокие синяки под глазами выдавали истощение. – Это одно из немногих мест, где магия ещё держится. Дворец моего отца не был разрушен. Он был… отозван. Спрятан в складках реальности. Трезубец поможет нам найти вход.

Арианна посмотрела на чернеющую воду кальдеры. Глубина здесь достигала четырёхсот метров. Смерть для любого дайвера, даже с самым совершенным оборудованием. У неё его не было.

– Я не смогу, – просто сказала она.

– Сможешь, – ответил Кай. Он взял её руку, и его прикосновение было прохладным, успокаивающим. – Я поделюсь с тобой дыханием. Частичкой моей природы. Это ненадолго. На несколько часов. Но ты будешь чувствовать воду как я. Видеть в темноте. Дышать ей.

Она хотела спросить «как», но уже привыкла отбрасывать вопросы, на которые у науки не было ответов. Вместо этого она кивнула.

Они спустились в воду с борта катера ночью, под покровом звёзд. Кай держал трезубец в одной руке. Как только они погрузились, артефакт засветился мягким, голубоватым светом, отгоняя ночную тьму. Затем Кай повернулся к Арианне, положил свободную ладонь ей на лоб и на грудь, и прошептал одно слово на том древнем языке.

Сначала она почувствовала лишь лёгкий холод. Потом – оглушительный прилив. Её лёгкие сжались, вытолкнув воздух в виде серебристых пузырьков. Паника! Но вместо того, чтобы захлебнуться, она сделала непроизвольный вдох – и в её грудь хлынула вода.

Но это была не вода. Вернее, не только вода. Она была насыщена кислородом, ионами, самой жизнью. Она наполнила её лёгкие, не вызывая кашля или удушья, а наоборот – даря ощущение невесомой, прохладной свежести. Её зрение пронзила темнота, и она увидела – не как при свете фонаря, а как будто сама вода излучала слабое свечение. Она видела тепловые следы рыб, структуру течений, слои разной температуры. Она слышала – песок, скрипящий на дне, далёкое пение кита за сотни миль, и даже… тихий, мелодичный гул, исходящий из глубины кальдеры.

Кай, увидев, что она в порядке, кивнул и двинулся вниз, держа трезубец перед собой как компас. Она последовала за ним, и её движения стали невероятно лёгкими. Вода не сопротивлялась, а обтекала её, помогая, подталкивая. Она не плыла – она летела в синеве.

Они опускались всё глубже. Давление, которое должно было раздавить её, ощущалось лишь как мягкое, равномерное объятие. Свет с поверхности давно исчез, но мир вокруг был полон красок: фосфоресцирующий планктон, светящиеся медузы, странные рыбы с собственными фонариками. И всё громче становился тот мелодичный гул.

И вот они достигли дна. Не плоского илистого дна, а поля гигантских, полуразрушенных колонн, обломков мраморных статуй, покрытых кораллами и губками. Это был не просто затонувший город. Масштабы были циклопическими. Арки, некогда возвышавшиеся на десятки метров, лежали, подобно костям титанов. Это была Атлантида? Или нечто более древнее?

Трезубец в руке Кая вспыхнул ярче, и его свет упал на одну особенно массивную колонну, на которой был вырезан такой же трезубец. Кай прикоснулся к изображению своим артефактом. Раздался низкий, каменный скрежет, и часть скального дна – целая плита размером с дом – сдвинулась, открывая тёмный проход.

Внутри вода была кристально чистой и тёплой. Они проплыли по длинному, украшенному фресками коридору. Фрески изображали морских богов, тритонов, нереид, гигантских китов, запряжённых в раковины-колесницы… и мальчика с тёмными волосами и зелёными глазами, играющего с дельфинами.

Кай плыл молча, но его плечи напряглись, когда они миновали эти изображения.

Коридор вывел их в огромный зал. Или то, что от него осталось. Куполообразный потолок, частично обрушившийся, пропускал слабый свет с поверхности, который преломлялся в тысячах кристаллов, вмурованных в стены. По краям стояли статуи – не богов, а простых людей, рыбаков, музыкантов, женщин с детьми. Все они смотрели в центр зала, где на возвышении стоял пустой трон из белого коралла и чёрного жемчуга.

Кай медленно опустился на песчаный пол зала, и Арианна последовала его примеру. Он положил трезубец рядом и огляделся. На его лице была такая печаль, что Арианна не решалась заговорить.

– Это не дворец моего отца, – тихо сказал он наконец. Его голос, странно искажённый водой, звучал как эхо из прошлого. – Это было её место. Матери. Он построил это для неё, пытаясь воссоздать кусочек её мира под водой. Здесь не было высоких потолков подводных чертогов. Здесь были сады из светящихся водорослей, фонтаны из пузырьков воздуха, библиотека свитков, защищённых пузырями… и эта комната. Комната, где всегда был свет с поверхности.

Он поплыл к одной из стен, где фреска была почти не тронута временем. На ней была изображена женщина с длинными тёмными волосами, сидящая на этом самом троне. У неё на коленях был ребёнок, а вокруг них резвились дельфины и ручные скаты. Женщина улыбалась, но в её глазах, даже на древней фреске, читалась лёгкая грусть.

– Она назвала это место «Посольством Солнца», – продолжил Кай, глядя на изображение. – Шутка. Ирония. Но она старалась. Она учила меня здесь. Читала мне человеческие сказки, которые приносили слуги. Рассказывала о звёздах, которых мы не видели. – Он замолчал, проплывая мимо обломков мраморного стола. – Здесь был запах. Запах сухих трав, которые она умудрялась выращивать в специальных пузырях. Лаванды и шалфея. Я до сих пор иногда чувствую его… во сне.

Арианна проплыла рядом, касаясь рукой резного узора на троне. Она чувствовала, как через воду к ней доносятся отголоски эмоций – не звуки, а именно чувства: счастье, тепло, любовь, а под ними – глубокая, тоскливая нота одиночества.

– Она была счастлива здесь? – осторожно спросила она.

Кай долго молчал.

– Частично. Когда была со мной. Но она была птицей в золотой клетке. Самой прекрасной клетке во всех морях, но клетке. Она любила отца… по-своему. Но она боялась его. Боялась его гнева, его собственничества. И больше всего боялась, что я вырасту таким же. – Он обернулся к Арианне. – Она заставляла меня давать обещания. Обещание помнить, что такое тепло солнца на коже. Обещание жалеть слабых. Обещание… никогда не использовать свою силу, чтобы отнять у кого-то свободу. Как отняли у неё.

Он подплыл к груде обломков у стены и отодвинул камень. Под ним лежала маленькая, истлевшая деревянная шкатулка. Внутри была высохшая морская звезда, несколько ракушек и потёртый, но всё ещё яркий лоскут ткани – вышитая цветами лента, которая, должно быть, когда-то была в волосах.

– Она спрятала это здесь. Для меня. На случай, если я забуду, – голос Кая дрогнул. – Я нашёл это после её смерти. После того как меня изгнали. Это было последнее, что я взял с собой.

Арианна смотрела на него – этого могущественного, полубожественного сына моря, который в лучах слабого подводного света казался просто мальчиком, тоскующим по матери. Её сердце сжалось от сочувствия и чего-то более глубокого.

– Она была бы горда тобой, – тихо сказала Арианна. – Ты сдержал свои обещания. Ты защищаешь слабых. Даже ценой своей силы.

Кай взглянул на неё, и в его глазах было что-то неуловимое – благодарность? Или удивление, что кто-то может понять?

– Я пытаюсь. Но её мир, тот, который она так любила… он сейчас под угрозой. И чтобы спасти его, мне, возможно, придётся стать тем, кем она боялась меня видеть. Пойти к отцу. Просить о силе. Стать частью его игры.

– Ты не станешь таким, как он, – твёрдо сказала Арианна, подплывая ближе. Вода колебалась между ними. – Потому что ты помнишь. Потому что ты носишь её здесь, – она коснулась своей груди, там, где сердце. – И потому что у тебя теперь есть… есть я. Чтобы напоминать тебе.

Они смотрели друг на друга в призрачном свете затонувшего дворца, в тишине, нарушаемой лишь вечным гулом океана. Прошлое и настоящее сплелись здесь, в этом подводном мавзолее памяти.

Кай медленно протянул руку, взял ленту из шкатулки и обернул её вокруг своего запястья. Потом взял трезубец.

– Дальше, – сказал он, и его голос снова стал твёрдым, полным решимости. – Мы нашли воспоминания. Теперь нам нужно найти силу. Глубины зовут. И мой отец… он ждёт. Пора услышать его цену.

Они покинули Посольство Солнца, оставив за спиной призраки счастливого детства и обещаний, которые теперь вели их в самое сердце божественной бури. Арианна, дыша магией моря, поняла одну вещь: она больше не была просто учёным, наблюдателем. Она была частью этой истории. Частью его истории. И что бы их ни ждало в чертогах Повелителя Морей, они встретят это вместе. С трезубцем в одной руке и выцветшей лентой памяти – в другой.