Читать книгу asdadadadad222222222 - Т. Т. Тестов - Страница 8

С Золотницкой мы увиделись за завтраком, на который она пришла в компании Ники, весело что-то рассказывающей. Выглядела Несс как обычно, правда, вместо цепочки с кулоном на её шее красовался достаточно широкий бархатный чокер, украшенный крупной жемчужной подвеской. Он резко контрастировал с её бледной кожей, но выглядел эффектно, тут не поспоришь. К тому же Несс подобрала соответствующие серьги и браслет, так что всё выглядело вполне логичным, этакий брутально-гламурный комплект.

Встретившись со мной взглядом, Золотницкая на несколько секунд задумалась, а потом едва заметно кивнула нам с Дашкой в знак приветствия, повергнув тем самым в состояние культурного шока. До сегодняшнего утра ни одна из нас подобного внимания со стороны высокомерной блондинки не удостаивалась.

– Интересное украшение, – с трудом придя в себя от вежливости Несс, заметила Дарья, – концептуальное такое, да? А что шею надёжно закрывает… так это чистая случайность.

– Слушай, а у них эти следы потом исчезают или так и остаются навсегда? – вдруг заинтересовалась я. – Не будет же она вечно в чокерах ходить, верно?

– Ну ты нашла у кого спросить, – фыркнула Дашка, – я-то откуда знаю?

– А как думаешь, с чего вдруг она с нами поздоровалась? Потому что помнит, кто её вытащил из того непонятного места, куда её запихнул вампир?

– Наверное, – Дашка пожала плечами, – других объяснений я не вижу. Но тогда получается, что она всё помнит, хоть и лежала самым настоящим трупом и пялилась в небо мёртвыми глазами. Бррр… Как вспомню, так вздрогну, честное слово.

– Получается, что так, – я покосилась на Несс, которая разговаривала с девочками из своей группы и спокойно завтракала, – смотри, она ест нормальную человеческую пищу.

– Так и Марк ест, мы сколько раз вместе за столом сидели, – продолжила рассуждать Дарья, – значит, это точно не показатель. Нужно искать другие свидетельства его… ммм… природы.

Обсудить этот вопрос подробнее нам не дали, так как в столовую ввалились остальные участники нашей компании.

Я старалась наблюдать за Марком осторожно, чтобы, не дай бог, не привлечь его внимания. Блондин вёл себя совершенно так же, как и всегда: шутил, подкалывал всех подряд, болтал без умолку. Но при этом он ни разу не посмотрел в сторону того стола, за которым сидела Золотницкая. Она же пару раз взглянула на Марка, но прочитать что-нибудь на бледном лице я не смогла: видимо, Несс взяла себя в руки и теперь старалась скрыть любые эмоции. Хотя раньше она посматривала на Марка с откровенным интересом, что злило Стешу невероятно.

Тут я вспомнила, как Ника сказала, что перед исчезновением Золотницкая с кем-то разговаривала в своей комнате и угрожала что-то кому-то рассказать. Возможно, она как-то узнала, что Марк вампир, и решила его шантажировать? А он, в свою очередь, чтобы она не проболталась, заманил её в туман и там убил? Может такое быть? С учётом творящейся в «Серебряном» чертовщины – запросто. Да, выглядит, как в малобюджетном фильме ужасов, но разве наше пребывание здесь не вписывается в эту концепцию, так сказать? И что с того, что миляга Марк совсем не похож на хладнокровного убийцу? Степанцова вон тоже выглядит девочкой-отличницей, а на самом деле вообще непонятно кто.

– Жень, – я повернулась к сидевшему рядом со мной Самойлову, – мне бы с тобой пошептаться.

– С Дашкой или совсем вдвоём?

Казалось, Женька совершенно не удивился и теперь просто уточнял детали, а я в очередной раз подумала о том, как мне повезло с другом. А ещё очень чётко поняла, что если мы умудримся выжить, то я поеду с ним в Казань… или в какой-нибудь другой город, мне совершенно не принципиально.

– Можно и с Дашкой, – подумав, решила я, – даже правильнее будет с ней. Нам сейчас нельзя друг от друга вообще никаких тайн иметь. Не спрашивай меня, почему, я не знаю… просто чувствую.

– Секретничаете? – озорно подмигнул нам Марк, но мне показалось, что его веселье было слегка неестественным, словно он изо всех сил старался поддерживать имидж раздолбая, но давалось ему это сегодня с определённым трудом.

– Конечно, – кокетливо улыбнулась я, – а то все следят за нашей нравственностью, так и норовят компанию составить, чтобы мы, не дай бог, не нарушили какое-нибудь местное правило.

– А тебе хотелось бы побольше свободы?

– Само собой, – я усмехнулась, – а кому бы её не хотелось?

Марк ничего не ответил, но многозначительно хмыкнул.

Поговорить нам удалось только во время большой перемены, когда мы традиционно заняли свой угловой столик в кафе.

– Выкладывай, – щедро сыпанув в свой кофе корицы, заявила Дарья, – наверняка ты что-нибудь придумала.

– Есть такое, только мне нужно, чтобы вы мне подыграли, – не слишком уверенно сказала я, потому что сейчас, когда предстояло озвучить пришедшую мне в голову идею, она стала казаться ужасно глупой.

– Да мы-то всегда готовы, правда, Жень? – Дашка слегка толкнула локтем задумчивого Самойлова.

– В общем, я придумала, как нам отвлечь Марка, – начала я, – только не знаю, одобрите ли вы мою идею.

– Чтобы сказать «да» или «нет», нам нужно её услышать, – Женька, в отличие от Дашки, был серьёзен.

– В общем, как только мы выясним, когда Марк ходит в медкабинет, нужно будет выбрать вечер, когда он никуда не пойдёт. Я, – тут я виновато покосилась на Женьку, – вызову его на личный разговор и скажу, что хочу для вида закрутить с ним роман. Типа чтобы убедиться, что действительно нравлюсь тебе, Жень. Это разговор не быстрый, к тому же я постараюсь увести его подальше от гостиной. Ну, чтобы наверняка никто не услышал. И за это время нужно будет вытащить ключ. Это, конечно, пока очень сырой вариант, но другого у меня нет.

Какое-то время друзья молчали, видимо, обдумывая услышанный план, и с каждой минутой я чувствовала себя всё глупее и глупее. Тоже мне, мисс Марпл нашлась, придумала детективный сценарий, курам на смех.

– Надо доработать, но сама идея неплохая, – наконец-то высказался Самойлов, и я почувствовала, как с души упал огромный камень, – я, конечно, не в восторге от того, что ты собираешься вести подобные разговоры с Марком, но понимаю, что у нас с Дашкой и такого сценария нет. Но ты уверена, что он купится на такую легенду?

– Нет, конечно, – я вздохнула, – но не попробуем – не узнаем, правда же? В любом случае, для начала надо забрать камеру и посмотреть, когда он ходит в медкабинет. Не каждый же день: так и попасться можно. А может, он вообще не вампир? – с непонятной мне самой надеждой добавила я.

– Ага, а в медкабинет по ночам исключительно за аспирином ходит, – скептицизма в голосе подруги хватило бы на всю нашу компанию. – Лизхен, ну ты же сама не веришь в то, что говоришь.

– Не верю, – не стала спорить я, – но как-то всё равно хочется, чтобы Марк оказался обычным парнем, пусть со своими секретами и тараканами, но… человеком. Понимаешь?

– Нам всем этого хотелось бы, – понимающе улыбнулся Женька, – но есть реальность, которую мы изменить не можем. И наша задача сводится к тому, чтобы как-то уцелеть и не сдохнуть на алтаре во имя каких-то совершенно непонятных и не слишком приятных целей. А с остальным как-нибудь разберёмся, я уверен.

Камеру из цветка забрать оказалось достаточно просто: пока я отвлекала Викторию разговорами о статусе своего заказа, Дашка, спрятавшись за Самойлова, быстренько вытащила её и спрятала в карман.

На уроке истории Самойлов, как мы и договорились, вызвался подготовить сообщение, а мы с Дарьей, под добродушные комментарии одноклассников, сказали, что будем ему помогать. Аристарх Филиппович, пожилой преподаватель истории и обществознания, тоже с некоторым трудом сдержал улыбку, но возражать не стал.

– Совместный труд, для моей пользы, он объединяет, – мурлыкнул Кир, очень здорово подражая коту Матроскину, и по кабинету прокатился негромкий смех.

– Завидуй молча, – хохотнул Самойлов, – как говорится, в большой семье клювом не щёлкай.

– Господа, давайте вы поупражняетесь в остроумии в свободное от урока время, – остановил мальчишек Аристарх Филиппович, уже прекрасно знающий, что такая шутливая перепалка может длиться бесконечно. И я неожиданно подумала: интересно, а историк в курсе, какая мистическая хрень тут творится? Выглядел он исключительно разумным и интеллигентным человеком, но то, что в «Серебряном» нельзя доверять внешности, было уже понятно. Может, он днём симпатичный пожилой преподаватель истории, а по ночам в тумане ползает и жрёт нечаянных свидетелей?

После обеда мы, вооружившись для видимости учебниками и тетрадями, отправились в компьютерный класс, где, совершенно не прячась, устроились за одним из столов. Женька открыл тетрадь, Дарья – учебник, а я создала обычный вордовский файл и красиво напечатала: «Парламентаризм в России начала XX века». Подумала, выделила надпись жирным шрифтом, а потом добавила курсив. Получилось очень симпатично, как по мне.

Дашка между тем осторожно вставила в ноутбук переходник с картой памяти и теперь возилась, настраивая параметры просмотра. Мы заранее договорились, что мы с Самойловым изображаем бурную деятельность по написанию доклада, а Дашка смотрит записи. Камера наблюдения моргала в углу красным глазом, но мы специально выбрали стол в самом углу, там, где за спиной точно никакого подсматривающего устройства не было. А издали всё было хорошо: сидят трое учеников, что-то печатают, то в тетрадь смотрят, то в учебник. Красота!

– Нашла, – негромко, с явным облегчением в голосе сказала Дашка, – смотрите, это суббота, времени… половина первого ночи. Запоминайте, любая мелочь может быть важной.

Я кивнула, набирая в документе какую-то фразу из параграфа, в смысл которой даже не пыталась вникать. Главное, что любой, кто сейчас заглянул бы в кабинет или посмотрел бы в камеру, увидел бы трёх подростков, что-то серьёзно обсуждающих и печатающих текст то ли доклада, то ли реферата.

– Смотрим дальше, – шептала Дашка, – воскресенье пусто, так… понедельник тоже… А вот во вторник есть, и снова примерно то же самое время. Смотрите: Марк прошёл в сторону медкабинета в ноль двадцать три, а вышел в ноль пятьдесят. Хватит этого времени на то, о чём мы с вами говорили?

– Не знаю, но, наверное, должно, – не слишком уверенно ответил Женька, – да нет, точно должно хватить. Смотрим дальше.

В итоге мы выяснили, что Марк наведывался в медкабинет раз в три дня: в субботу, во вторник и в пятницу. На большее батареи в камере не хватило, но в принципе выводы можно было сделать.

– Получается, что он должен пойти туда сегодня, – мысленно отсчитав дни, сказала я, – значит, завтра можно попробовать спереть ключ и проверить, что же в этом шкафу. А послезавтра вернуть ключ обратно… Хотя загадывать не будем, многое будет зависеть от того, что мы узнаем.

– А вдруг там сигнализация? – тут же всполошилась Дарья.

– Точно, Юлия Борисовна что-то такое говорила, – я почувствовала, что готова заплакать от отчаяния: мы ведь так хорошо всё придумали!

– Да ну, бросьте, девчонки, – успокоил нас Самойлов, – нет там никакой сигнализации. Смотрите, мы несколько визитов Марка изучили, как-то я не заметил, чтобы он что-то отключал, да и на пульт сигнал бы пришёл, наверное. Мне кажется, Юлия Борисовна тебе просто на всякий случай так сказала, мол, тут всё под контролем.

– Ну, может быть, и так, – спорить не было ни малейшего желания, да и смысла тоже. Всё равно никто из нас не может доподлинно знать, есть там сигнализация или нет.

– А сегодня надо попытаться посмотреть, куда он кладёт ключ, – перешла к основному вопросу Дарья, – а потом, Лизхен, будет твой бенефис. Впрочем, об этом мы подумаем уже завтра, а сегодня снова отправляемся следить. Блин, когда я сюда ехала, то думала, что сдохну с тоски, а тут такая бурная жизнь, что я даже согласилась бы сбавить обороты, если честно. Я уже скоро месяц, как нормально не высыпаюсь: то одно, то другое, то третье. Сегодня вот опять полночи потратим на разведку.

– Согласен, – кивнул Самойлов, – недавно об этом же думал, мы уже даже как-то обсуждали эту тему.

– А ты ещё бегать меня заставляешь утром, – я с упрёком посмотрела на подругу.

– И буду дальше заставлять, – совершенно не смутилась она, – просто потому что, Лизхен, не исключено, что однажды именно от твоей физической подготовки будет зависеть твоя жизнь.

Эта фраза как-то невольно стала финальной в разговоре, и дальше мы действительно занимались исключительно историей, так как сами вызвались – надо делать.

Время пролетело незаметно, и я даже удивилась, когда ко мне в дверь поскреблась Дашка, чтобы отправиться «на дело».

Охранника традиционно в холле не наблюдалось, а из его каморки доносились звуки стрельбы и крики. Видимо, он смотрел какой-то боевик или детектив. Ну и замечательно: нам же спокойнее будет. Проскользнув через холл, мы спрятались за кадкой с разлапистым цветком, которая очень удачно стояла возле колонны, так что места хватило всем.

Наши расчёты оказались верными, и минут в двадцать первого в сторону медицинского кабинета скользнула лёгкая тень. Марк не прятался, но и попадать в зону видимости не спешил.

Послышался едва уловимый стук закрывшейся двери, и снова наступила абсолютная тишина, порой нарушаемая звуками киношных перестрелок.

Чуть меньше, чем через полчаса Марк вышел из кабинета, и я увидела, как он положил что-то во внутренний карман тонкой спортивной куртки, которую часто носил в свободное время. Скорее всего, это был тот самый ключ, который нам будет нужен. Но теперь мы хотя бы знаем, где его искать.

– Уходим, – еле слышно прошипел Самойлов, и мы короткими перебежками вернулись к себе: Женька, прислушавшись и убедившись, что в их гостиной никого нет, нырнул в свою комнату, не забыв чмокнуть меня в щёку и обнять Дашку. Мы же поспешили к себе, чтобы в гостиной обнаружить сидящую на диванчике с ногами встревоженную Клео.

– А ты что тут делаешь? – шёпотом воскликнула Дашка, с искренним изумлением глядя на нашу сонную прорицательницу.

– Вас жду, – так же тихо отозвалась Клео и легко поднялась на ноги, – разговор есть.

Я открыла дверь в свою комнату и жестом пригласила соседок заходить: почему-то мне казалось, что у меня мы сможем разговаривать более или менее свободно.

– Что случилось?

Было заметно, что Клео не напугана, но встревожена, и от этого становилось как-то совсем не по себе.

– К тебе приходила Золотницкая, – сообщала девушка, – минут пять стучалась, хотя понятно было, что тебя в комнате нет. Потом стала к Дашке барабанить, да так громко, что даже Степанцова вышла и возмутилась.

– Она и тебе мешала?

Мы с Дарьей переглянулись, так как пока не очень понимали причины такой сильной обеспокоенности Клео.

– Девочки, я, возможно, лезу не в своё дело, – слегка смущаясь, заговорила соседка, убедившись, что дверь плотно закрыта, – но тут происходит что-то странное. Вы тогда попросили меня помочь с Кристиной, и я с удовольствием это сделала, а потом и закопала шарм в лесу за забором…

– Ты пробралась через тот лаз, который показал тебе Кир?

Мы задали этот вопрос чуть ли не хором, и Клео кивнула.

– Да, там действительно можно выбраться за территорию пансиона, но это мало что даёт: там почти сразу начинается густой лес и, судя по растительности, где-то близко находится болото. Так что я зарыла шарм в ближайшей кочке и положила сверху маленький букетик. Мне показалось, что Кристине будет приятно. Но я не об этом… Просто Золотницкая… Вы уверены, девочки, что вам нужно иметь с ней какие-то дела?

– А что с ней не так?

– Просто, понимаете… Я посмотрела на её ауру… Наверное, это прозвучит дико, но она… мёртвая.