Читать книгу Натуральный обмен - Татьяна Солодкова - Страница 6

Если в прошлую ночь я спал как убитый, то в эту меня мучила бессонница. Я не знал, что мне делать и как себя вести. Понимал, что если буду, как Эридан, сидеть тихонько и работать исключительно вывеской, то сойду с ума. С другой стороны, мне нельзя было вести себя так вольно, как привык в своем мире, иначе кто-нибудь непременно догадается, что я не тот, за кого себя выдаю. Да и вообще, как я могу качать здесь свои права?

Так я продумал всю ночь, но так и не пришел ни к какому решению. Понял только одно: если буду помалкивать, как Эридан, его возвращения точно не дождусь. И все же играть его придется, и от этого никак не отвертишься. А это значит, что мне надо умудриться вложить в свое поведение часть себя и часть Эридана. Звучит отвратительно, но, сколько бы ни ломал себе голову, альтернатива не обнаруживалась.

Вот с такими мыслями я и провел эту ночь, если и засыпал, то на несколько минут и вновь просыпался, чтобы снова погрузиться в мрачные рассуждения. Больше всего на свете боялся, что Эридана никогда не найдут, и я навсегда останусь здесь. Бр-р-р!

Промучившись всю ночь, под утро я, наконец, уснул и, наверное, проспал бы до обеда, если бы меня не разбудил мальчик-паж лет десяти.

– Ваше высочество, господа министры ожидают вас на завтрак, а затем на срочный Совет, чтобы обсудить выслушанные вчера доклады наместников, – сообщил мальчишка.

От такого объявления я, честно говоря, даже растерялся. Это кто кого ждать должен? Они, конечно, принца ни в грош не ставят, но все же церемониал уважать обязаны. Хоть бы видимость уважения соблюли. С какой такой стати принцу назначают встречу в приказном порядке? Или Эридану кричали: «К ноге!» – и он бежал навстречу, радостно виляя хвостом? Похоже на то…

– Срочный, говоришь? – мстительно переспросил я.

– Я передам господам министрам, что вы будете через четверть часа, – скороговоркой выдал паж и попытался выскользнуть за дверь.

– А ну, стоять!

От моего резкого окрика он замер на месте и испуганно втянул голову в плечи.

Та-а-ак, а это уже интересно: парнишка выглядел так, как будто ожидал, что его сейчас ударят. Значит, Эридан помалкивал перед министрами, а со слугами не церемонился?

– Слушаюсь, ваше высочество, – пролепетал он. Вид у мальчика был испуганный и недоумевающий, он явно не понял, что меня так разозлило, ведь все было, как всегда: министры зовут, принц мчится.

– Это министры приказали мне явиться через пятнадцать минут? – напрямик спросил я, намеренно использовав именно слово «приказали».

– Д-да, ваше высочество…

– Отлично, – зло пробормотал я, но тут заметил, что парнишка уже совсем склонил голову, видимо, полагая, что вымещать злобу буду именно на нем. – Тебя как зовут? – вдруг спросил я, чем удивил пажа еще больше.

– Марон, ваше высочество… – Похоже, он уже решил, что имя спрашиваю только затем, чтобы подписать приказ о казни.

Интересно, я так страшно выгляжу или принц умудрился настолько настращать слуг? Он что, тогда совсем больной, этот наследник престола?

Так толком и не разобравшись в истинной причине страха пацана, я решил оставить это на потом. Сейчас главным было сориентироваться, что к чему и как будут оценены мои действия другими. Подчиняться и бежать по первому зову я не буду – это знал изначально. Но что тогда делать?

Мальчик все еще испуганно смотрел на меня, ожидая, что я изреку нечто членораздельное, я же судорожно пытался собрать обрывки мыслей воедино. Наконец мне это удалось. А чего тут, собственно, думать? Эридан – мой двойник, ну как родственник, что ли, брат-близнец, о котором я никогда не знал. И жизнь его ужасна. Под давлением каких-то обстоятельств или же одному ему известных принципов он не может в открытую возразить министрам. Тогда почему бы мне ему не помочь? В тот момент идея показалась мне просто гениальной, и меня не остановил даже тот факт, что я только что уже нарвался на неприятности благодаря желанию помочь.

И, раз уж я решил внести все-таки кое-какие коррективы в имидж Эридана, так почему бы не сделать это прямо сейчас?

– Марон, хочешь стать королевским шпионом? – в приливе вдохновения выпалил я.

Пацан выпучил на меня глаза, уже не зная, чего можно от меня ожидать.

– Шпионом? – ахнул он. – Ваше высочество, я не смогу!

Ну-ну, это мы не можем, этого мы боимся… А мне что делать, если я тоже ничего не знаю, не понимаю и не умею? Кроме того, Мельвидор и Леонер, как бы ни сочувствовали моему положению и ни признавали своей вины, никогда не будут со мной достаточно откровенны. А мне нужна информация, иначе просто-напросто задохнусь. Какой смысл вставлять министрам палки в колеса, если даже не увижу их реакции?

– Сможешь, – отрезал я тоном полководца, отправляющего солдата на смертный бой, – еще как сможешь. И брось это испуганное бормотание. Поменьше повторяй слово «высочество» и побольше дела. Ну, так как?

– Шпионом? – снова переспросил Марон, а потом наконец взял себя в руки. – И в чем будут состоять мои обязанности?

Я усмехнулся: молодец паж!

– Они не будут состоять, – поправил важно, – они уже состоят. Иди к министрам и передай им, что я не желаю делить с ними завтрак, и совещание будет проведено, как только я соблаговолю – именно «соблаговолю», не перепутай – прийти.

Марон разочарованно посмотрел на меня.

– Так какой же это шпионаж? Это и есть моя обязанность: бегать и передавать распоряжения.

– Это не все, – я улыбнулся своей задумке. У меня даже на душе не так тоскливо стало от идеи завести собственного шпиона. – Я должен знать, как отреагируют министры на мое заявление. Как можно подробнее, слово в слово. Сумеешь?

Парнишка слушал меня очень внимательно.

– Сумею, – серьезно кивнул он.

– Тогда иди, жду новостей.

Мальчик выскочил за дверь со скоростью ракеты. Отлично, хоть что-то я сделал, а не сижу, как безвольная амеба. Конечно, Мэл и Леонер меня за подобную выходку по головке не погладят, но, если подумать, я ведь не сделал ничего непозволительного наследнику.

Рассиживаться не стоило, еще предстояло обшарить покои в поисках денег, чтобы заплатить мальчишке за работу, и я поплелся одеваться. Напяливая мрачные вещи Эридана, мечтал только об одном: чтобы этого дурацкого принца поскорее нашли, и я бы мог собственноручно его придушить.

***

Я чуть не задохнулся от хохота.

– Серьезно? Так и сказал?

– Да, ваше высочество, – очень серьезно подтвердил мальчик. Он только что примчался обратно и повеселил меня реакцией министров. – Господин Ренкел побледнел как снег и сказал, что его никто так не унижал. А когда я вышел, господин Сакернавен начал кричать, что «этого зарвавшегося щенка» он сам утопит в первой же луже.

– Класс! – я необыкновенно развеселился. – Щенок, значит… Как еще?

Тут Марон замялся. Наверно меня обозвали уж слишком неприлично, что у него язык не поворачивался сказать принцу такое в лицо.

– Да ладно ты, – отмахнулся я от всего и сразу. – Говори.

– Господин Варнус назвал вас ничтожеством, а Корвец обнаглевшей помехой.

Тут уж мне сделалось совсем весело. Интересно, а они бы сдержались, зная, что я услышу все их замысловатые реплики, или бы только постарались придумать нечто еще более оригинальное и мерзкое? Нет, пожалуй, прямо Эридану они бы ничего не сказали. Такие люди предпочитают шептаться за спиной, а в лицо бросаться гаденькими намеками, рассчитанными на то, что собеседник глуп как пробка и ничего не поймет.

Мне дико захотелось преподнести этим самоуверенным министрам какую-нибудь гадость. Наверное, так чувствуют себя наркоманы: сделают укол, и скоро уже нужен второй. Вот и мне срочно понадобилась еще одна доза действий. Раз уж придется торчать здесь некоторое время, то почему бы немного не подогнать ситуацию под себя?

Перед возвращением мальчишки я успел найти в столе кошель с мелкими золотыми монетами, размером не больше нашего рубля. Даже расстроился: надо же, принц, а в кошельке одна мелочь.

– Держи, – протянул мальчишке найденные деньги.

Марон же выпучил глаза, но не сделал даже малейшей попытки принять у меня монеты.

М-да… наверно, выглядит действительно глупо, когда высочество, ворочающее миллионами, платит тебе за работу какие-то жалкие три золотые монеты.

Но вдруг мальчик ахнул и даже шарахнулся от меня к двери.

– Ваше высочество! Это же золото! Я не могу!

Вот же блин. Опять пролетел со своими предположениями. Придурок несчастный. Судя по панике на лице мальчика, я предложил ему чуть ли не месячное содержание всего замка. Да уж, прокололся, но всему есть свои оправдания – откуда я знаю местные деньги?

Так-то оно так, но оплошность надо исправлять в любом случае.

– Ладно, – протянул я, будто меня ни капли не удивило поведение пажа, – вот что, держи пока это, ты заслужил. – Всунул ему в руку одну монету, а остальные положил на стол. – Будем считать это платой за молчание.

– Но я… – промямлил мальчик, потом понял, что я не шучу и наконец собрался. – Благодарю вас, ваше высочество!

– Иди. – Я кивнул на дверь, и Марона как ветром сдуло.

Я остался один. Нужно хорошенько подумать, как себя вести, а времени в обрез. Конечно, неплохо заставить министров ждать, но нельзя же им дожидаться меня вечно. Утро потеряно, а я так ничего толком не решил и не придумал. Бездарь – одно слово.

Разозлившись на себя и свою глупость в очередной раз, я наконец привел себя в порядок и был готов к выходу. Эта одежда Эридана меня раздражала, в ней я чувствовал себя старше лет на десять, если не больше. И я решил во что бы то ни стало раздобыть нечто менее мрачное и менее сковывающее движения. Но это после, а сейчас мне предстоял нелегкий бой. Если подумать, даже два, потому что после этой беседы с министрами Мельвидор и Леонер обязательно захотят отвинтить мне шею.

***

– Почему ты не на Совете? – набросился на меня Мельвидор, едва я вышел из своих комнат.

Уж не знаю, он поджидал меня в коридоре или просто проходил мимо. Хотя во второй вариант верилось с трудом. Интересное дело: вместо того чтобы искать способ отправить меня домой, он торчит здесь – прочесть мне очередную лекцию. Честно говоря, данный факт меня неприятно поразил.

– А вы меня караулите? – прошипел я. – Ищите Эридана. С министрами я справлюсь.

– С ними нельзя справиться, – зашипел маг в ответ. – Зачем ты бросаешь им вызов?

Вызов? Это у них вызовом называется? Принц не подчинился своим же министрам, а это уже рассматривается как измена Родине.

– Вы обещали вернуть меня домой через три дня, – как можно спокойнее напомнил я, хотя внутри у меня все кипело, – сегодня день четвертый. Этот замок – сумасшедший дом, жизнь Эридана невыносима. Так вот, я не зарываюсь, просто пытаюсь добиться для принца хоть капли уважения.

Мельвидор молчал и задумчиво глядел на меня, словно хотел что-то сказать, но, как я понял, что бы маг ни собирался высказать, он решил припасти слова на потом. Вот и хорошо, без проповеди прекрасно обойдусь.

– Проводите меня в Зал Советов, – попросил я. – Меня министры ждут.

Волшебник все еще не спускал с меня глаз.

– Ты обещаешь не делать глупостей? – спросил он.

Ну, если бы он знал меня лучше, то ему было бы известно, что я и глупость – понятия неразделимые.

Выдержал его пристальный взгляд и ответил:

– Обещаю не делать глупостей, так же, как и вы обещаете вернуть меня домой.

Мэл нахмурился.

– И что это значит?

Маг спрашивал это для проформы – по его взгляду я видел, что он прекрасно понял, что именно я имел в виду.

– А это значит, что я ничего не могу гарантировать.

Волшебник хмыкнул, но тему продолжить не успел – в начале коридора показался слуга.

– Пойдемте, – сказал Мэл громко, сразу же переходя на официоз, – я провожу вас до Зала Советов, ваше высочество.

***

– Его высочество наследный принц Эридан Дайон! – объявил слуга, и я вошел в «Большой Зал Советов», как свидетельствовала резная надпись над дверями.

Меня встретили кислые лица министров. Хотя «кислые» – это далеко не полное определение, да и «лица» – слово, к красным от злости физиономиям подходящее слабо. У самого толстого министра, Сакернавена, которым меня так пугали в первый день, вообще был такой вид, будто еще миг – и у него из ушей дым повалит.

Вот и отлично. Нужный градус достигнут. Разве не этого я хотел? Эффект неожиданности сделал свое дело. Сейчас министры пребывали в полной растерянности, не зная, чего еще ожидать от свихнувшегося принца.

«Ждите, ждите», – злорадно подумал я и прошел к свободному стулу во главе стола, запоздало подумав, что не имею ни малейшего понятия, что буду говорить.

– Сожалею, что вам пришлось ждать, – бросил пробный шар, решив еще больше ошарашить их своей любезностью, и правда, лица министров удивленно вытянулись: они-то рассчитывали начать с выражения претензий, но на мою вежливость ответить хамством напрямую было нельзя, я ж Его Высочество все-таки. – Вчера я чудовищно устал, а потому хотел как следует отдохнуть перед сегодняшним обсуждением дел. – Под конец своего признания я виновато улыбнулся, чем окончательно всех поразил.

Черт, да я артист!

Точнее артист, стоящий одной ногой в могиле, если немедленно не придумаю, что говорить дальше…

Да, я вел себя непоследовательно, кидаясь из крайности в крайность, но переиграть министров мог только одним единственным способом: заставить их растеряться и не позволить просчитать мои шаги наперед.

Моя задумка удалась: теперь на меня смотрели как на умалишенного. Отлично, пусть думают, что наследник сошел с ума, лишь бы никому не пришло в голову, что его подменили.

Прошла целая минута, но никто так и не произнес ни слова. Министры не дураки, решили дать принцу докопать себе могилу до конца. Но, раз меня уже понесло, остановиться я не мог.

– Итак, – произнес как ни в чем не бывало. – Что сегодня на повестке дня?

Министры как-то подозрительно переглянулись. Вот теперь я, кажется, поверг их в полный шок. Знать бы еще почему? С чего бы это? Теперь-то что не так сказал?

Но вскоре я понял, почему произошла заминка.

– Я вижу, долгий сон пошел его высочеству на пользу, раз он так рьяно заинтересовался делами королевства, – медленно, подбирая каждое слово, произнес худой и длинный, как сухая ветка, министр.

Сходу вспомнить его имя я не смог. Старательно перебирал в голове запомнившиеся мне имена этой веселой компании, пытаясь сопоставить их с описанием Мельвидора. Ну конечно! Господин Варнус. По словам Марона, это тот, который обозвал Эридана ничтожеством. Зато в глаза, смотрите-ка, какие мы любезные и вежливые, прямо рахат-лукум.

«Рьяно заинтересовался», значит…

Теперь я понял, что всех так удивило. Похоже, обычно Эридан вообще не задавал вопросов и уж тем более не начинал обсуждение первым, а просто старательно изображал глухонемую обезьяну, которую научили писать, чтобы подписывать важные документы.

Мне стало еще обиднее за своего двойника. Что за несправедливость? По идее, мы с ним должны быть одинаковыми, так как же он это все терпел?

– Да, господин Варнус, – улыбнулся я как можно холоднее, – сон всегда идет на пользу. Думаю, отныне я постараюсь лучше следить за своим здоровьем и отдыхом, чтобы интерес к Карадене не пропадал.

– Не сомневаюсь, – пробормотал министр и замолчал.

Так, происходящее мне нравилось все меньше. Мельвидор ограничился только основными сведениями, готовя меня на три дня, но теперь обнаруживалось, что моих познаний далеко не достаточно. Вот выучил я, как попугай, как зовут эту банду, а кто из них министр по какому ведомству, естественно, не запомнил. Плохо…

– Итак, кто начнет? – не выдержал я.

– На повестке дня проблемы провинций, – неожиданно заговорил министр, дальше всех сидящий от меня. Господин Шааген, если не ошибаюсь. Что ж, по крайней мере у него на лице не написано, что он меня ненавидит, ну, не меня, конечно, а Эридана. – Янтарная Карадена столкнулась интересами с Самиром. Алая Карадена в крайне натянутых отношениях с Союзом Правобережья, а в Багряной Карадене внутренние беспорядки.

– Ясно, – кивнул я вполне дружелюбно, так как этот министр антипатии у меня не вызывал. Впрочем, не так уж мне все было и ясно.

– Кроме того, каждый наместник старается выгородить себя, а потому нам ничего не известно достоверно, – а тон этого типа мне не понравился.

– И что же вы предлагаете? – поинтересовался с умным видом. Я в политике ноль без палочки, но они-то нет, вот и пусть себе думают, что Эридан взялся за ум и заинтересовался Караденой и ее цветными провинциями. Может, заодно сами хоть что-нибудь предпримут, вместо того чтобы сидеть на месте и наращивать злобу.

– Я предлагаю оставить все, как есть, – важно предложил министр Варнус, – пока в казну исправно поступают налоги из провинций, нет повода для беспокойства. – Так вот он кто – министр финансов, ну конечно же…

– В Столичном округе много своих проблем, – вставил еще один министр.

Я от такой наглости вообще растерялся, даже забыл, что это я собирался сегодня удивлять их, а не наоборот. Нет, я, ясно дело, в политике ничего не смыслю, но даже у меня хватает извилин, чтобы понять, что, если пустить дело на самотек, Карадена может получить сразу три войны, одна из которых будет гражданской.

Бедную родину Эридана стало искренне жаль. В Столичном округе много своих проблем – гениально! Можно подумать, что провинции не обеспечивают эту самую столицу.

И что же мне делать? Мельвидор и Леонер очень просили не высовываться. Не высовываться… Легко сказать. Король в коме, принц смотался в неизвестном направлении, а мне потом до старости чувствовать себя виноватым, что ничего не предпринял, когда у меня была возможность?

Что ж, тонуть так тонуть…

Я набрался смелости и решил идти ко дну.

– Нет, – отчеканил холодно. – Оставлять, как есть, мы не будем.

– И что же вы предлагаете, принц? – это «принц» прозвучало с отчетливой насмешкой.

«Я предлагаю разогнать вас всех к чертовой матери», – зло подумал я, заодно еще раз разозлившись на Эридана, будущего короля, допустившего ТАКОЕ. Если так пойдет, скоро на свое отражение в зеркале кидаться начну – из-за какого-то дурака-принца я вынужден торчать в этом сумасшедшем доме, да еще и заниматься вопросами, от которых зависят тысячи жизней.

– Пошлите шпионов в эти провинции, – пытаясь скрыть раздражение, предложил я. А потом сообразил, что делаю. Эридан – глава королевства, а министры, соблаговолили, видите ли, выслушать его предложение, всего лишь предложение… Нет, так не пойдет… – Пошлите шпионов, – повторил с нажимом. – Сегодня.

– Думаю, стоит вынести этот вопрос на обсуждение, – снисходительно обратился ко мне министр Корвец, тот, что обозвал Эридана «обнаглевшей помехой». Похоже, эти слова слетели с его губ не сгоряча.

Итак, я вспомнил фильмы про королей, которые мне довелось видеть, и попытался скопировать властную интонацию правителей:

– Данный вопрос обсуждению не подлежит. Это приказ.

– Но… – начал было министр и замолчал. Они, конечно, обнаглели, но открыто попереть буром на принца еще не решались. – Как вам угодно, ваше высочество, – и снова эта пренебрежительная интонация на «высочестве».

– Угодно, – заверил я. – И не откладывайте.

На этом совещание закончилось.

***

Когда-то мне казалось, что самый страшный крик, который я когда-либо слышал, – рык директора школы после того, как мы с друзьями развели костер в спортзале и чуть не спалили все здание (кстати, из той школы меня исключили). Оказалось, ошибался. По сравнению с тем, как орал Леонер, директор просто мило беседовал. Монах же вопил так, что мне показалось, у замка сейчас снесет крышу. Хорошо, что Мельвидор – маг и позаботился о звукоизоляции.

– Полдня! – орал глава церкви. – Полдня ты был без присмотра и уже умудрился настроить всех министров против себя, унизить половину из них да еще и заставить выполнять свои приказы! Да Эридан бы ни за что не стал вести себя так вызывающе! Они немедленно догадаются, что что-то нечисто!

Маг вообще молчал, не мешая монаху драть свое измученное молитвами горло. Но по его виду было ясно, что он полностью со всем согласен. Что ж, замечательно.

– Как раз наоборот, чисто! – не выдержал я. – Совершенно чисто! – И уточнил: – У вашего Эридана в голове. А у меня там мозги, какие-никакие, но вполне рабочие, и они считают, что сегодня я действовал только на пользу Карадене, в отличие от вашего обожаемого принца, так лихо из нее сбежавшего.

– Ты не Эридан, – настаивал монах, – ты не имеешь права принимать королевские решения!

– Тогда верните меня домой! – вспыхнул я еще больше. – А то я, по-вашему, должен играть Эридана со свободой действий овцы. Даже не овцы! Жертвенного барана! Черта с два! Чего вы от меня хотите? Верните меня домой, и проблем не будет. Или идите и сообщите всем, что я не Эридан.

– Ты же знаешь, что мы не можем этого сделать, – насупился монах.

Тут мне сделалось совсем обидно. Ничего-то они не могут, зато я, по их мнению, почему-то все могу.

– А я не Эридан и не умею вести себя как Эридан, – голос у меня стал какой-то придушенный, от обиды, наверное.

– Остынь, Леонер, – неожиданно заступился за меня волшебник. – Если хорошенько разобраться, Андрей прав, Эридан слишком многое позволял министрам. И этот приказ Андрея был на самом деле разумным.

– Этот разумный, – не сдавался монах, – а следующие? Или, думаешь, теперь он станет паинькой?

Мельвидор очень серьезно посмотрел на меня. Что ж, по крайней мере не враждебно.

– Пожалуй, с дальнейшими приказами и решениями могут быть проблемы, ты ведь ничего не смыслишь в делах королевства.

А кто это отрицал? Я и не говорил, что что-то в этом понимаю. Не я бегал по площади с плакатом: «Возьмите меня в другой мир!» Это они пришли и забрали меня.

Похоже, магу удалось сделать невозможное, потому что Леонер наконец перестал орать и мерить комнату шагами. Остановился.

– И как с ним быть?

Ну вот, междусобойчик устроили. Стоят и решают, что со мной делать, даже не стесняясь, будто меня тут и вовсе нет.

– Может быть, вам стоит дать мне больше информации об этом мире, Эридане и Карадене? – предложил я. – Все равно я не могу замереть на месте, но всем нам будет лучше, если перестану двигаться в темноте и без фонарика.

Мэл и Леонер переглянулись.

– Не нравится мне это, – высказался монах.

Волшебник же еще раз посмотрел на меня, прежде чем ответить.

– Парень за полдня сделал то, что не удавалось Эридану годами – утер министрам носы. И я не думаю, что своими действиями Андрей может ухудшить и без того жуткое состояние Карадены.

– Зато свое может, – не сдавался монах, – и наше, если кто-то узнает, что мы в этом замешаны.

– Если вы меня научите, никто ничего не узнает, – настаивал я. Терпеть не могу чувствовать себя беспомощным. – Расскажите мне побольше о караденских делах, чтобы я мог дождаться Эридана, не упав лицом в грязь.

На лице Мельвидора появилось задумчивое выражение.

– Недолго осталось… – так печально и тихо пробормотал он, что я даже не сразу расслышал.

– Что – недолго осталось? – не понял я.

– Что? – Мэл тряхнул головой, выходя из задумчивости.

– Он имел в виду, что недолго осталось ждать возвращения Эридана, – Леонер пришел на выручку другу.

– Ясно, – протянул я. – Так научите?

Мельвидор потрепал себя за бороду.

– А почему бы и нет? – сказал он таким тоном, будто бросал вызов самому себе.