Читать книгу Всё, что навеки – мимолётно… - Валерий Искра - Страница 24

Настоящая ночь постигается тишиной,

взаперти, в одиночке тёмного омута.

В захолустье пространства, отмеренного стеной,

с лунным блеском на матовой коже комнаты.

Настоящая ночь начинается с до-диез.

Еле слышно вступая в минорной терции,

посвящением юной, не принявшей дар небес,

забавляясь игрою ума ли, сердца ли.

Обмануться легко, если пишешь не тот роман,

невозможное снова приняв за должное.

Даже ангел-хранитель твой – в сущности, Ариман.

C’est la vie – и Джульетты бывают ложными.

Аллегретто – непросто быть выше последних сил,

словно воду из камня, по капле в вечное.

Падший ангел – его ты, увы, не забыл – простил.

Вот уж истинно: нам ли быть безупречными?

Ажитато – ах, если бы просто немой укор,

из взорвавшихся нот сотворил беззвучие!

Но когда смолкнут трубы, вступает церковный хор.

C’est la vie – диалектика злополучия.

Так рождается звук, тонкий, режущий звук вины,

из натянутых струн на предел сознания.

Приходящий извне, из нетронутой тишины,

превращая обыденность в завещание.

Но прощается всё – всяк суди по делам своим.

В этом, видимо, и состоит спасение.

Впрочем, даже простое становится непростым,

если есть что спасать, по определению.

Настоящая ночь исполняется в пустоте –

безусловной, гуманной, как эвтаназия.

Там, где краски и звуки, и даже мысли не те,

там, где есть только quasi una fantasia.