Читать книгу Как «Дульсинея» рыцаря спасала. Ироническое городское фэнтези - Владимир Николаевич Исаев - Страница 12
Глава 4. Приключения в смирительной рубашке Мама в бой: попытка вызволить рыцаря из лечебницы
Оглавление— Сыночка, родной мой, какой ты бледный стал, что они с тобой, гады, тут делают? — скороговоркой причитала Лариса Александровна, осыпая поцелуями лицо понурого юноши в больничной пижаме.
— Да все в порядке, мам… — бормотал в ответ Денис, — лекарства дают, от которых спать очень хочется, а так больше ничего.
— Я им дам лекарства! — грозно воскликнула Краевая, погрозив кулаком в сторону дверей больничной палаты. — Не хватало еще, чтобы ты в безвольный овощ превратился. Знаю я, какими препаратами здесь пациентов пичкают. В прошлом году тетя Поля лежала тут с депрессией, так ее потом месяц от этих таблеток отхаживали. Ничего, скоро я заберу тебя домой. Потерпи маленько.
— Скорей бы уж, — тяжело вздохнул паренек, глядя на мать несчастными глазами. — Мне здесь очень… страшно.
— Ничего, ничего… Мама со всем разберется. Потерпи, милый.
По щекам женщины потекли слезы. Она нежно погладила сына по взъерошенным волосам. Денис хотел улыбнуться в ответ, но губы дрожали. В голове снова зазвучал отдаленный звон меча, а перед глазами всплыли образы: темный двор, вспышки выстрелов, крики… Он до боли сцепил пальцы, пытаясь отогнать видения.
В палату вошел санитар — грузный мужчина с багровым лицом. Несмотря на суровую внешность, его голос оказался неожиданно тонким, почти женским.
— Лариса Александровна, вас ждет лечащий врач для беседы. Прошу вас пройти со мной.
— Очень хорошо, — женщина решительно встала и, обернувшись к сыну, добавила: — Подожди немного, милый, я скоро вернусь.
Денис остался в одиночестве. «Как же я сюда попал? — думал он. — Вчера еще был обычным подростком, увлеченным рыцарями, а сегодня… Кто я теперь?» И в этот момент кто-то в его голове прошептал: «Ты — Дэн Дохот Лохмаческий. И ты не сдашься…». Денис вздрогнул и едва не свалился с кровати.
***
Кабинет врача сиял чистотой. В воздухе стоял резкий запах хлорки, который санитарка Н-ской поликлиники безошибочно узнавала. «Здесь, похоже, убирают по старинке, без новомодных средств», — подумала она, входя в комнату и усаживаясь на предложенный стул. «Стоп! При чем тут это? Соберись. Надо срочно вытаскивать сына из этой психбольницы».
— Здравствуйте, Лариса Александровна, — поздоровался с ней сидящий за столом седовласый мужчина почтенного возраста. — Меня зовут Виктор Павлович Лебедушкин. Я лечащий врач вашего сына…
— Мой сын не болен, — перебила мужчину Краевая. — По какому праву вы насильно удерживаете мальчика в своем заведении и травите психотропными таблетками?
— Ну, во-первых, уважаемая Лариса Александровна, ваш сын здесь находится по распоряжению суда. Насколько мне известно, против него завели уголовное дело. А во-вторых, — врач поднял руку, останавливая женщину, которая уже собиралась возразить, — мы не назначаем ничего опасного. Я прописал вашему сыну легкие антипсихотики и транквилизаторы, чтобы успокоить его возбужденное состояние.
— Мой сын здоров! — упрямо повторила женщина. — И я хочу забрать его домой.
Мужчина тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и внимательно посмотрел на Ларису Александровну. В его взгляде читалась не просто профессиональная отстраненность, а искренняя обеспокоенность. Сменив тон, он начал объяснять расстроенной матери всю серьезность ситуации.
— Похоже, вы не до конца понимаете, что произошло с вашим сыном. Он напал на полицейского с холодным оружием и нанес ему серьезные ранения. Да, возможно, господа полицейские немного переборщили с задержанием и тоже ранили его. Но ведь дело совершенно не в этом. Хотя и в этом тоже. Если я выпишу вашего сына с диагнозом «совершенно здоров», то его немедленно посадят в тюрьму. А там, поверьте мне, условия намного хуже, чем в нашем лечебном учреждении.
И потом, ваш ребенок действительно психически нестабилен. Я уверяю вас в этом как дипломированный специалист в области психиатрии и доктор наук. Есть видеозаписи первых часов обследования, которые, думаю, убедят вас в моей правоте. Я не могу показать вам все материалы по определенным причинам, но кое-что вы увидите.
Врач поднялся и, повернув монитор ноутбука к Ларисе Александровне, нажал на клавишу пуска. На экране появился Денис, одетый в смирительную рубашку. Женщина внимательно посмотрела на сына и замерла от ужаса. Это был не ее Дениска. Его глаза блестели фанатичным огнем, черты лица заострились. Из динамика послышался мягкий голос врача:
— Как вас зовут, молодой человек?
— Дэн Дохот Лохмаческий, — гордо ответил паренек словно чужим голосом. — Я идальго, дворянин из благородной семьи, и ты, костоправ, должен обращаться ко мне «ваша милость».
— Хорошо, ваша милость. Вы помните членов вашей семьи?
— К сожалению, я последний из своего рода. Мои родные погибли в великой битве с чудовищами. И я тоже посвятил свою жизнь борьбе с ними. Поэтому вы должны немедленно отпустить меня. Ибо в опасности простой люд, и без моей помощи многие невинные погибнут. Я уже совершил немало подвигов и посвятил их несравненной Дульсинее Тобольской.
— Может, Тобосской?
— Не перечь мне, костоправ. Я знаю, как зовут мою даму сердца. А вот тебе приказываю немедленно снять с меня эту рубаху и вернуть амуницию.
Врач остановил запись. Лариса Александровна была потрясена увиденным. Слезы навернулись на глаза. «Почему я не заметила раньше? — пронеслось в голове. — Все эти разговоры про драконов, доспехи… Я думала, это просто детская фантазия…»
Она вымученно улыбнулась и жалобно произнесла:
— Но ведь я только что общалась с Дениской, и он выглядит совершенно нормально.
— Несомненно, моя дорогая Лариса Александровна, несомненно. И это действительно уникальный случай. Шизофрения не может так резко отступить и исчезнуть за один день. Я только-только начал разрабатывать план лечения, как мне сообщили, что пациент ведет себя абсолютно нормально. Мне нужно некоторое время понаблюдать за вашим сыном. Пожалуйста, не возражайте, — Виктор Павлович поднял руки, заметив, что женщина собирается протестовать.
— Помните, Денису грозит реальный тюремный срок. Здесь его никто не сможет достать, по крайней мере, пока я веду исследование. Мы с вами на одной стороне. Но для более эффективного лечения советую вам не навещать сына в течение недели или двух.
— Хорошо, — неуверенно сказала Лариса Александровна. — Я могу с ним попрощаться?
— Конечно, сегодня вы можете провести с ним весь день. Но с завтрашнего дня никаких свиданий. Я позвоню, как только буду уверен в его полном выздоровлении.
Женщина медленно вышла из кабинета, чувствуя, как земля уходит из-под ног. В голове крутились слова врача, но сердце подсказывало: что-то здесь не так. «Я должна найти способ помочь ему, — решила она. — И неважно, что говорит этот доктор. Мой Дениска не сумасшедший. Он просто запутался».
Вернувшись в палату, она крепко обняла сына.
— Все будет хорошо, милый, — прошептала она. — Мама что-нибудь придумает.
Денис поднял на нее глаза. В них читалась надежда. Впервые за долгое время он почувствовал, что не один.