Читать книгу Как «Дульсинея» рыцаря спасала. Ироническое городское фэнтези - Владимир Николаевич Исаев - Страница 8
Глава 3. Рыцарь против коллекторов и «дракона»: первый подвиг Бой с чудовищем
ОглавлениеВыбивальщики долгов, посрамленные и униженные, стояли в стороне и наблюдали за стремительно разворачивающимися событиями.
— Ты только глянь, Костя! — пробормотал широколицый, поддерживая товарища. — Этот псих протаранил копьем ментовский уазик!
Тот лишь скрипел зубами, глядя, как четверо стражей порядка пытаются скрутить странного человека, закованного в латы.
Рыцарь уже выронил щит и отбивался мечом, взяв его обеими руками. Дубинки стучали по доспехам, отдаваясь в ушах глухим набатом. Каждый удар сотрясал тело, как молот по наковальне. Дэн чувствовал, как силы покидают его: руки дрожали, дыхание сбивалось. Но он стискивал зубы и снова взмахивал мечом, отгоняя нападавших.
«Еще немного, — думал он, — еще чуть-чуть, и они поймут, что истинного рыцаря невозможно победить в ближнем бою…»
Из лобового стекла уазика, уткнувшегося мордой в фонарный столб, торчало древко копья.
— Эй, парни, давайте шокер! — крикнул один из полицейских. — Не хочется стрелять в этого психа…
— Отставить! — рявкнул старший. — Он ранил офицера. Предупредительные вверх!
Хлопнули выстрелы в воздух. Но рыцарь, казалось, не слышал их: он продолжал размахивать мечом, выкрикивая что-то про Дульсинею и рыцарскую честь.
— Товарищ капитан, может, попробуем договориться? Он же явно не в себе… — пролепетал молодой конопатый сержант, нервно сглотнув.
— Замолчи! У него оружие. Он опасен.
Полицейским надоели эти смертельные танцы. И когда рыцарь зацепил клинком еще одного, рассекая бедро, они открыли огонь из табельных «Макаровых». Пули высекали искры из стали кирасы, но не могли пробить ее. Однако каждый удар отдавался в теле Дэна тупой, выворачивающей вспышкой боли. Сила попаданий сотрясала мышцы и суставы, словно кто-то бил по ним молотком изнутри. Дэн вскрикивал при каждом попадании, но лишь крепче сжимал рукоять меча.
Подъехала вторая машина. Стражи порядка с короткоствольными автоматами окружили преступника. Дружный залп «Калашниковых» возымел действие: латы не выдержали. Закованный в сталь человек рухнул, почувствовав жгучую боль в ногах.
Дэн упал на асфальт, но пальцы все еще сжимали рукоять меча. Мир перед глазами закружился, звуки стали глухими, будто доносились сквозь толщу воды. Сквозь щель забрала он видел, как широколицый помогает раненому товарищу забраться в скорую.
— Хана рыцарю, — донеслось до него. — Против «калаша» никакие доспехи не устоят.
— Туда ему и дорога, — простонал Костя, морщась от боли. — Понарожала страна придурков, деваться некуда.
— И то верно, — кивнул головой коллектор, закрывая дверь скорой.
Боль накатывала волнами, затуманивая сознание. Перед глазами всплыли образы: кузница, жар горна, дядя Вася, показывающий, как правильно ковать… «Неужели это конец моих подвигов?» — пронеслось в голове. Он попытался встать, но ноги не слушались.
Полицейские окружили его. Кто-то с силой надавил коленом на спину между лопаток, прижимая к асфальту. Руки в стальных перчатках грубо заломили назад. Раздался скрежет металла о металл. Стражи порядка буквально отгибали пластины наручей, чтобы просунуть цепь наручников. Наконец, на запястьях Дэна щелкнули браслеты.