Читать книгу Верховный Магистр - Яна Белова - Страница 8

Шли дни. Жизнь учащихся Дольчевита устаканилась, потекла спокойно и безмятежно. Никто из учеников «не творил дичи». Чакуриеш и Аримар больше других преуспевали на уроках в кулинарной школе, Сальер, Викроуд и Крейдар обнаружили настоящий талант к траволечению и травознанию. Кирьяр и Эйдарад стали «звездами серфинга» с первого же занятия. Юмирш и Гордор выделялись на уроках минералогии.

Гордор признался, что способен чувствовать старые вещи и предметы мебели, понимать, что они хотят и делать так, что вещи хотели служить дальше именно ему. Оказывается, там, где обстановка хорошая, вещи «молчат», но там, где плохо, вещи становятся разговорчивыми и мечтают «свалить из дурного места». В его картине мира, кража стола из плохого дома не было ограблением, а лишь «спасением несчастного стола».

Викроуд, Дариэль Аримар, Кирьяр и Гордор с огромным удовольствием занимались с Мальшардом «воинским искусством». Они любили это все, а Мальшард их не торопил, не старался принизить, спровоцировать на агрессию или сделать больно на этих занятиях. С точки зрения мальчишек – чистое удовольствие, а не занятие, отбирающее уйму сил. Мальшард сам давно не тренировался и потому тоже отлично и с пользой проводил время.

Уроки музыки и серфинга для всех были стопроцентным восторгом и только.

Сам Гай понемногу учил на своих занятиях самым простым бытовым заклинаниям, которых почему-то многие студенты не знали – очистить помещение от грязи и пыли, зажечь свечи, постричь волосы, убрать разлитую воду в ванне, перетащить тяжелое, уменьшить и увеличить покупки. Для этих элементарных заклинаний Сальеру, Гордору, Дариэлю и Аримару нужны были цесмарилы, но постепенно они учились и надобность в ашинах сокращалась.

На уроках серфинга Дарк аккуратно «распаковывал» воздушный потенциал Эйдарада, заставляя обращать внимание на ветер и воздушные потоки. Крейдара же концентрировал на движении волн и «голосе воды». Неожиданно мощный воздушный потенциал обнаружился у Кирьяра, он отлично управлял энергией ветра и, в отличие Эйдарада, не боялся своей магии.

Эланор с уверенностью утверждала, что магия Викроуда и Сальера близка по своей природе к Силе Жизни.

У Дариэля и Сальера потенциал был действительно слаб. А вот с Аримаром все оказалось непросто. Гай на своих занятиях часто ловил его на том, что он ленится использовать пасы, обходится мыслеобразами. Для слабых магов результат при таком использовании заклинаний был недостижим, но у Аримара почему-то периодически что-то получалось, однако заклинания выше пятого уровня ему давались с трудом.

В один из дней Гай заманил в свою школу «коллегу» – дарика Наримара, чтобы тот «взглянул на экземпляр».

Тот взглянул. Засунул Аримара в цесмариловый купол и заставил пробовать самое сложное из хорошо ему известных и отработанных заклинаний 6 уровня – перемещение предмета средней тяжести (стул). С 52 попытки заклинание легко получилось и потом получалось безукоризненно и вне купола, а следовательно без цесмарилов вовсе.

– Намучаешься ты с ним, – предупредил коллега, выставив вымотанного уроком ученика вон из зала отработки заклинаний. Тот был абсолютно счастлив при том, что едва волочил ноги, поднимаясь к себе в комнату.

– Так он слабый маг или как? – все же уточнил Гай.

– Сейчас на 550 – это факт. Только это совершенно точно не предел. Чтобы его раскачать до его истинного уровня и даже до потенциала в 550 лет, проявленного на данный момент, ты хлебнешь кучу истерик и слез. Я видел сотни таких «экземпляров». Дети сильных магов, от которых ждут слишком много и сразу. Такие видят, что для родителей все легко, видят, что не могут также или же им постоянно об этом говорят, требуют больше стараться, упрекают в разгильдяйстве, потом они смиряются, что ничего не могут, их в этом убеждают каждый день. В итоге они боятся пробовать. Причем, страх вытеснен, они действительно перестают мочь. Таких нельзя жалеть и сомневаться в их способностях. Он у тебя должен делать одно тупое действие до результата с мыслью, что пока не сделает спать и жрать не пойдет. Ты не должен допускать мысли, что у него может не получиться, если допустишь – он мгновенно считает это и ничего не сможет, – объяснил Наримар.

Они спустились в кабинет Гая, Наримар устроился в удобном кресле у витражного окна. Вечерело, Гай зажег светильник и сел во второе кресло, огляделся по сторонам.

– Мог ли я подумать месяц назад, что стану верховным магистром?

– Мы все знали, что однажды станешь, – усмехнулся Наримар, – чуть раньше, чуть позже, это твое и от тебя бы не ушло в любом случае. Вот контингент ты, конечно, выбрал своеобразный, что уж говорить.

– Изуродованные чистокровными предрассудками парни – видимо, мой профиль.

– Эйдарада на следующий год отпустишь в Ассагар? – ухмыльнулся дарик Наримар.

– Забирай, опеку не отдам, лучше платить буду.

– Официально, разумеется, будешь, реально, конечно нет. Нам с Тасимой тоже важно делать для этого мира что-то доброе и светлое.

– Тасима намекнула, что хочет забрать себе Крейдара на следующий год.

– Он целитель с огромным потенциалом, конечно, она положила на него глаз.

– Как там Зорах?

– Тоже целитель, гениальный, по сути, травник. Причем, возня с настойками и вытяжками его самого исцеляет практически. Он успокаивается и расслабляется в этой деятельности. Говорит, мать готовила все эти настойки, он рядом терся, смотрел и так учился.

– Мать ведь у него Тея, – заметил Гай.

– Еще и поэтому Тасима его точно далеко от себя не отпустила бы. Наверняка он может возвращать с дороги смерти далеко по ней зашедших, но к этому его надо привести постепенно.

– А что про Кирьяра моего скажешь?

Наримар пожал плечами.

– Могущественная, но ленивая тафья задница. Его бы я в Ассагар не взял бы, сложно ему было бы в моей школе. Я знаю таких. Они становятся успешными лишь в том, что им нравится делать и не выносят прилагать усилия там, где не ощущают себя успешными. Усердие и терпение – не самые сильные его качества, мягко говоря.

Гай засмеялся.

– Его раскачивать некуда, как и Крейдара. Потенциал полностью проявлен. Практически все маги за 700 лет нуждаются лишь в осознании своих сил, знаниях, куда и как применить свои таланты, в навыках работы с заклинаниями, в контроле, потому что этот мощный потенциал остается нестабильным, в силу того, что это подростки. Крайне редко бывает, чтобы маг за 700 лет раскачался до 800 и выше. Нет, как правило, такой потенциал весь на ладони для имеющих сравнимый с моим опыт работы с подростками.

– А как же Мальшард? – удивился Гай, – Мы учились с ним в Крамбль, его определяли как мага 650 лет. А теперь он маг 800—850 лет.

– Он маг Ледяного Дождя, это немного другая история. Не хочется бросать тень на наших с тобой коллег из Крамбль, но они могли проигнорировать, что потенциал магии Ледяного Дождя многослоен по умолчанию, и неправильно определить его возможности изначально. Однако, есть более правдоподобная версия. Мы говорили о нем как-то с Тасимой и Волркларом. Они считают, его раскачал ты своим заводом виски. Экспериментальная, сложно организованная магия, постоянное ее применение, возраст нестабильности и гибкости психики и потенциала, ты рядом, а значит и твоя магия «веры в себя». В Крамбль его бы так не раскачали. Я практически уверен в этом.

– Так, все мои шуршеры будут не покладая рук трудиться на моих заводах хоррора. Буду эксплуатировать детский труд! – постановил Гай.

Наримар расхохотался.

– А платить будешь им продукцией…

В кабинет заглянул Эрмир. Увидев дарика Наримара, поклонился, сложив руки в почтительном жесте приветствия и тут же выпалил:

– Я доставил учителя музыки, можно я тоже с ними поучусь играть на чем-нибудь?

– Кто я такой, чтобы стоять на пути твоего стремления к знаниям? – хохотнул Гай, – Иди, учись…

В коридоре уже галдели поднимающиеся по лестнице студенты, предвкушающие очередной урок-развлечение. Наримар тоже усмехнулся:

– Ты правильно назвал школу, хоть в городе и гадают, что это за слово и почему такое. Серфинг, музыка, уроки, как готовить еду – для любого, не слишком избалованного ведьмака это «сладкая жизнь» как она есть.

Следующий день был всеобщим неучебным в Калантаке, потому как на всех аренах и спортивных площадках проходили полуфиналы спортивных состязаний и турниров. Стремительно приближалось Осеннее Равноденствие – всеобщий выходной в мире Алаутар. В этот день должны были состояться финалы турниров, а также вручались призы всем победителям завершенного спортивного сезона.

Сразу после завтрака все студенты Дольчевита разбежались кто куда. К Эйдараду и Крейдару пришли родители, чтобы вместе с ними идти смотреть большие скачки. Кирьяр тоже удрал домой на весь день. Дариэля пригласили Даника и Эвар пойти вместе на турнир лучников, где выступал старый друг Даники, в доме которого Дариэль жил какое-то время. Викроуд и Чакуриеш отправились смотреть турнир воинов – самый кровавый и опасный. Остальные просто слонялись по городу целый день.

Гай, проводив всех студентов, все-таки отправился в гости к давней подруге Шартабэль-Деми «заниматься личной жизнью». Эрмир с друзьями также весь день гулял, то и дело встречая знакомых. Юмирш и Сальер развлекались на каруселях, а после обеда на закрывающемся со дня на день ролледроме. Гордор и Аримар наконец-то нашли парикмахерскую «модельные стрижки», присоединившись к легиону «модно постриженных столичных парней», а после навестили Зораха в доме его родственников, оценили потрясающий потолок в гостиной, сделанный Эрмиром, пообедали у них же в гостях и дальше отправились гулять, уже втроем.