Читать книгу Хроники Радея. Тайна Братства Долголетов - Юрий Радеев - Страница 15

(Темно-серая папка из грубого картона, с продольной красной полосой. Штемпель «СОВЕРШЕННО СЕКРЕТНО. ХРАНИТЬ ВЕЧНО»)

Документ №1: Агентурная записка. Ленинград. Декабрь 1942 г.

Источник: Агент «Снегирь» (внедрен в среду работников Филармонии).

Содержание: Среди оркестрантов, оставшихся в городе, ходят странные слухи о скрипаче Аристархе Лиходееве, человеке преклонных лет, проживающем в коммунальной квартире на Петроградской стороне. Несмотря на голод и тяжелейшие условия, Лиходеев не только выживает сам, но и тайно подкармливает детей из соседних квартир. По словам соседей, он периодически «уходит в себя» на день-два, а возвращается с «посылками» – мороженой картошкой, иногда тушенкой или сухарями. Продукты – явно не блокадные, свежие. На расспросы отвечает уклончиво: «Друзья помогли». 5 декабря агент лично наблюдал, как Лиходеев, взяв старую скрипичную футу, вышел из дома в сторону окраин. Вернулся через сутки, выглядел истощенным, но футра была явно тяжелой. В тот вечер дети в его доме ели настоящую картошку.

Резолюция оперуполномоченного: «Запросить данные на Лиходеева А. П. Установить наружное наблюдение. Проверить на связь с диверсантами или спекулянтами».

Документ №2: Рапорт о наружном наблюдении. Январь 1943 г.

Объект: Лиходеев Аристарх Петрович, 1870 г.р. (со слов).

Ход наблюдения: Объект ведет себя крайне осторожно. Несколько раз терялся в разрушенных кварталах вдоль линии фронта. 18 января агенты наблюдения доложили о ЧП. Объект вошел в полуразрушенный дом на окраине. Группа окружила здание. Через два часа, не дождавшись выхода, агенты вошли внутрь. Помещение было пустым, выходы заблокированы. Объект исчез. Через 12 часов он был замечен возвращающимся к своему дому с той же футрой. Выглядел изможденным, но нес полный мешок картофеля.

Вывод: Объект владеет неизвестным способом быстрого и скрытного перемещения на большие расстояния. Возможно, использование подземных коммуникаций или конспиративных квартир с потайными ходами. Необходима задержка и обыск.

Документ №3: Акт о задержании и обыске. 25 января 1943 г.

Задержан: Лиходеев А. П. При нем: потертая скрипичная футра, внутри – 3 кг мороженого картофеля и банка американской тушенки (надписи на английском). При обыске в квартире обнаружены: скрипка работы Гварнери (экспертиза подтвердила подлинность), ноты с непонятными пометками на полях, напоминающими карты, и кипа старых писем на разных языках, датированных XIX веком.

Особые приметы задержанного: Внешность соответствует глубокой старости, но глаза – ясные, молодые. Движения плавные, несмотря на истощение. На вопросы отвечает спокойно, с достоинством.

Документ №4: Протокол допроса. 26 января 1943 г. Следователь: ст. лейтенант госбезопасности Орлов.

Вопрос: Гражданин Лиходеев! Откуда у вас продукты? Вы связаны с немецкой разведкой?

Ответ: Я связан с голодными детьми, товарищ следователь. А продукты… я их нахожу. Там, где они есть.

Вопрос: Не умничать! Где вы были 18 января? Как вы покинули окруженный дом?

Ответ: (Молчит, затем вздыхает). Есть места, где стены тоньше. Где расстояние – это обман чувств. Я просто… шагнул в нужном направлении. Это трудно объяснить тому, кто не чувствует музыки пространства.

Вопрос: Что это за пометки в нотах? Это шифр?

Ответ: Это каденции. Паузы. Там, где звук обрывается, и появляется тишина, в которую можно войти. Это знание очень старое. Старше любой вашей войны.

Вопрос: Ваши документы фальшивые! Кто вы на самом деле? Сколько вам лет?

Ответ: Мне достаточно лет, чтобы помнить, как строили этот город. И чтобы знать, что он переживет и это. Вы хотите чисел? 174… нет, вам все равно не поверите. Я – музыкант. Это единственное, что имеет значение.

Документ №5: Заключение врачебной комиссии. Февраль 1943 г.

Диагноз: «Психическое расстройство на почве алиментарной дистрофии (голодания). Слуховые и зрительные галлюцинации. Бред величия и изобретательства. Говорит о «пространственных прыжках» и «музыке сфер».

Рекомендация: Признать невменяемым. Направить в психиатрическую лечебницу при тюрьме.

Документ №6: Резолюция Особого совещания при НКВД. Март 1943 г.

Постановление: «Лиходеева А. П. как социально опасный элемент, распространяющий провокационные слухи и могущий вызвать панику в условиях осадного положения, содержать в спецлечебнице до особого распоряжения. Дело сдать в архив».

Последняя пометка на папке, почерком Матвея Степановича:

«Бедный Аристарх. Он всегда был слишком добр для этого мира. Не мог смотреть на страдания детей. Его „паузы“ в музыке… он был одним из лучших в нашем братстве в искусстве пространственных скачков. Он не прыгал, он находил бреши в ткани реальности. Мы пытались его предупредить, но он сказал: „Если не сейчас, то когда?“. Из лечебницы его вывезли только в 44-м, он был почти неузнаваем. Говорил, что настоящий ад – это не бомбежки, а место, где тебя считают сумасшедшим за попытку сделать добро. Он больше никогда не играл на скрипке. Говорил, что потерял слух к той музыке, что важнее».