Читать книгу Егорка и Змей Добрыныч - Юстасия Тарасава - Страница 8
Егорка и Змей Добрыныч
Глава 6
ОглавлениеНакормить дракончика оказалось непросто. Головы-то у него три! И все хотели чего-нибудь вкусненького пожевать. А верхних лап всего две, не считая крыльев. Левая голова ныла, Правая язвила, а Средняя пыталась их примирить. «Хорошо, что у меня всего одна голова», – подумал Егорка, а вслух прикрикнул: – Тихо! Мы вас кормить будем.
– Как же вы нас накормите, ежели вас двое, а нас трое? – усмехнулась Правая голова.
– Среднеарифметически. У меня две руки, у бабушки две, и у тебя две лапы. Получается, по две руки на каждую твою голову. Тебя покормлю я, её, – Егорка кивнул в сторону Левой головы, – бабушка, а Средняя сама поест.
– Жалко старушку утруждать, – загундела Левая, а Правая парировала:
– Ну, так голодай! Жалостливый какой нашёлся!
– Всё! Хватит препираться! – бабушке Прасковьюшке надоело слушать змееву перебранку. – Если не перестанете ссориться, кормить не буду.
– Это всё он! – сказала Правая голова.
– Он первый начал! – возразила Левая.
– Как же вы мне оба надоели! – простонала Средняя и закрыла уши крыльями.
– Все вы хороши! – вынесла приговор бабушка Прасковьюшка. – Всю жизнь вместе, а лада нет. И ещё Змеем Добрынычем себя называете. Тьфу! – Бабушка Прасковьюшка укоризненно посмотрела на них. Головы пристыжённо замолчали.
– Мойте лапы и за стол, – позвал Егорка.
– А чаво их мыть, они чистые, – в три голоса ответил Змей Добрыныч и спрятал лапы за спину.
– Когда ты их мыл в последний раз? – недоверчиво спросил Егорка.
– Когда? Когда… – головы задумались и стали совещаться. – Когда-когда, понятно дело, когда с Добрыней в престольном городе Киеве пировали, – сказала Средняя голова.
– Или в Новгороде, – неуверенно протянула Левая.
– Вспомнили тоже, – презрительно поджала губы Правая, – да Мамелфа Андревна нас ни разу за стол с грязными лапами не посадила.
– Дак она нас вообще за стол не пущала, – проболталась Левая.
Правая метнула на неё недобрый взгляд и замолчала. Средняя откашлялась и примирительно заметила: – Не в том суть, когда мы их раньше мыли, а в том, чтоб таперича вымыть.
– Это ишо зачем? – возмутилась Правая.
– Я воды боюсь, – захныкала Левая.
– Вы как знаете, а я свои лапы вымою, – решительно заявила Средняя и Змей Добрыныч шагнул к реке. Но тут же остановился и неловко затоптался на месте. Его задние лапы то делали шаг вперёд, то отступали, то поворачивались к реке, то к лесу. Егорка подумал, что это выглядит смешно, а бабушка Прасковьюшка перекрестилась.
– Верно говорят, дурная голова ногам покоя не даёт, – прошептала она. – А три головы разом… Ох, чует моё сердце, и намучаемся мы с этой змеюкой.
– Ну что ты, ба, – утешил Егорка, – у Добрыныча просто сбой системы управления. Сейчас я это исправлю.
Мальчик взял мыло, повесил на шею полотенце и пошёл к реке. Змей Добрыныч повернулся за ним и три пары глаз наблюдали, как Егорка отмывает грязные ладошки. Словно не замечая Змея, Егорка вернулся к скатёрке, на которой бабушка Прасковьюшка разложила снедь, и чётко, почти по слогам, произнёс: – Я руки вымыл, теперь могу есть. Эх, какой я голодный, сейчас всё съем!
Змея Добрыныча после этих слов будто подбросило. Он побежал к реке, метнулся обратно, схватил мыло и полотенце и вернулся к Порозихе. Через минуту дракончик сидел рядом с Егоркой и уплетал за все шесть щёк. Бабушка Прасковьюшка чистила варёные яйца и клала их в пасть Левой голове, Егорка кормил Правую.
– А всмятку яичек нету? – спросила Средняя.
– Я тебе в другой раз сварю, – пообещала бабушка.
– Ты скорлупу не снимай, – поучала Егорку Правая голова, – ты нечищеное яйцо давай, так пользительнее.
– Нет! – хором закричали Левая и Средняя. – Ешь как мы, живот-то у нас общий.
– Вы пока поспорьте, а я поем, – спокойно сказал Егорка. Головы сразу замолчали и стали сосредоточенно жевать, всем своим видом показывая, что спорить, собственно, не о чем.
– Хороший у тебя аппетит, – похвалила бабушка Прасковьюшка после обеда.
– Не жалуюсь, – ответила Правая.
– Спасибо! – попытались перекричать её Средняя и Левая.
Бабушка Прасковьюшка задумчиво посмотрела на Змея Добрыныча.
– Змеиные повадки не признают порядка, – тихо, словно сама себе, сказала она.
На этот раз, как ни странно, извиняться стала Правая голова: – Прощения просим. Слишком долго пришлось жить с нашим змеиным семейством. С кем поведёшься, от того и наберёшься. Раньше, с Добрыней, мы были хорошие.
– А куда Добрыня делся? – спросил Егорка и все три головы разом огорчённо поникли.
– И почему он вас из плена не освободил? – прибавила бабушка Прасковьюшка.
Змей Добрыныч молчал. В карих глазах Левой головы стояли слёзы.
– Что-то ты темнишь, – насторожилась бабушка Прасковьюшка.
– Нету Добрыни, – выдавила Средняя голова, глядя в землю.
– Мы его проспали, – всхлипнула Левая.
– Не мы, а ты! – презрительно воскликнула Правая и гневно сверкнула зелёными глазами.
– Вот с тех пор и ругаемся, – подытожила Средняя.
– Где проспали, когда? – Егорка любил точные ответы.
– Давно. Утомились мы в пути, отдохнуть легли под деревом. Мой черёд был сторожить, глаз не смыкать. Все заснули, и меня сморило. А когда проснулись, не было с нами рядом ни Добрыни, ни коня его богатырского.
– Стало быть, что случилось с Добрыней и где он вы не знаете? – уточнила бабушка Прасковьюшка.
– Не ведаем, – повинилась Средняя голова. – Хотели след его разыскать, да не успели. Налетели змеи лютые тёмной стаей и в темницу упрятали.
– Строго они с вами, – посочувствовал Егорка.
– Дак отступники мы, – гордо выпятила шею Правая голова. – От всего змеиного роду отреклись, честь змеиную опозорили, на доброе дело пошли.
– Да, добрых дел за нами больше, чем за всю змеиную историю было. Вот и спрятали нас, чтоб хорошего примера не показывали.
– Логично, – согласился Егорка. – А теперь что делать будете?
– Таперича к дядюшке Горному Змею пойдём.
– Пешком? – удивилась бабушка Прасковьюшка.
– Придётся, – вздохнула Средняя голова.
– Лететь не можем, крыло вывихнули. А всё ты, – прошипела Правая голова Левой.
– А что я? – оправдывалась та. – Вы первые начали…
– Втроём рулили? – догадалась бабушка Прасковьюшка.
– Было дело, – кивнула Средняя.
Егорка обошёл вокруг Змея Добрыныча, оглядел его со всех сторон и сделал вывод: – Далеко вы не уйдёте! У вас корпус крупный, три головы, центр тяжести смещён. Вы, похоже, потомок птицезавров. Возможно, птеродактили-мутанты? – мальчик с любопытством сгибал и разгибал здоровое крыло Змея Добрыныча.
– Он сейчас чаво сказал? – повернулась к бабушке Прасковьюшке Левая голова.
– Да всё он верно сказал, – подтвердила бабушка, – никуда вы не дойдёте. Вот грех-то какой, и в деревню вас не приведёшь.
– Мы в деревню и сами не пойдём! – выпалила Правая. – Была охота собак дразнить!
– Народ с вилами и дубинами за нами гоняться начнёт, – озабоченно вздохнула Средняя.
– Со страху может, – кивнула бабушка Прасковьюшка. – Только пока вы в темнице сидели, оружие пострашнее дубины появилось.
– Надо его спрятать куда-нибудь, пока крыло не заживёт, – предложил Егорка. – Ба, а если в наш сарай вдоль околицы пройти?
Бабушка Прасковьюшка отрицательно покачала головой. Змей Добрыныч сидел молча, и только все три его головы поворачивались от Егорки к бабушке и обратно.
– В сарай нельзя. К деревне даже близко не подойти. Лошади Змея учуют, взбесятся. Ой, а где же наш Вихорёк? – спохватилась бабушка.
Егорка побежал к тому месту, где они оставили Вихорька. Конь обжевал уже несколько кустов и стоял чуть поодаль, похрустывая сочной травой.
– Ты в порядке? – спросил Егорка. Конь вздрогнул и попятился. Он наслаждался едой и отдыхом, а теперь, когда Егорка напомнил о змие, Вихорёк начал тревожно озираться.
– Не бойся, – успокоил его мальчик. – Всё в порядке. Дракончик добрый. – Конь фыркнул. – И мы не можем взять его домой.
Последние слова больше успокоили Вихорька и он продолжил обед.
– Стой здесь, далеко не уходи, – приказал Егорка и помчался обратно на полянку. Бабушка Прасковьюшка убирала то, что осталось от обеда обеда, вернее, скатерть и термос, потому что Змей Добрыныч съел всю еду без остатка и, сидя под деревом, ковырял палочкой в зубах Правой головы.
– Конь на месте, – доложил Егорка.
Бабушка Прасковьюшка прибрала полянку, будто и не было здесь никакого обеда, и сказала: – Вот что, Егорушка. Бери-ка корзинки с грибами, негоже их в лесу бросать. Пойдём. Он хоть и Змей, но если не врёт, всё-таки Добрыныч. И раненый. Спрячем его в одном укромном местечке неподалёку.
На том и порешили.