Читать книгу Алюминиевый прогресс. Неофициальный отчет - Алексей Олегович Заборовский - Страница 8

На планерке объявили: «Цифровизация добралась до прокатного цеха!» На смену старенькому, но надёжному пульту управления мостовым краном пришла система «ГолосАссистент-Про». Немецкая, дорогущая система, «передовой опыт».

Сергей Иванович Кузьмич, крановщик с тридцатилетним стажем, узнал об этом из приказа о внедрении. Семинар провели в обеденный перерыв, длился он двадцать минут. Молодой парень из IT, щёлкающий презентацией, бодро вещал о «революции эффективности», «освобождении рук оператора» и «снижении человеческого фактора». На вопрос Кузьмича о своём окающем выговоре, парень улыбнулся: «Система обучена на обширных лингвистических массивах! Распознаёт любые региональные особенности!»

Первый же рабочий день с «ГолосАссистентом» стал чистилищем.

– «Восемь. Вперёд», – чётко и безэмоционально, как учили, произнёс Кузьмич в микрофон гарнитуры.

Ковш крана, зависший над плавильной печью, дёрнулся и пополз вверх. На табло замигал индикатор: «Команда не распознана. Повторите».

– Восемь! ВПЕРЁД! – уже громче, вдавив кнопку на микрофоне.

Кран замер, а потом плавно понёс массивный ковш с расплавом к противоположной стене, к месту «Сто три».

– СТОП! СТОП, блин! – закричал Кузьмич, ощущая, как холодный пот стекает по спине.

Механизм послушно остановился. В цехе уже с интересом наблюдали за танцем многотонного узла, управляемого невидимым крикуном.

Началась двухчасовая пытка. Задание было простое: переместить заготовку из точки «А» в точку «Б». Простая, отточенная за годы работа превратилась в кошмарный квест.

– «Вниз. Медленно»  – ковш летел вверх.

– «Стоп. Стоп!»  – он продолжал движение.

– «Четыре. Назад» – махина катилась вперёд.

Кузьмич краснел, сипел, кричал в микрофон уже не команды, а отчаянные междометия на своём плотном вологодском говоре: «Ай, какая же штука! Вниж-а-ай! Да стой ты, оголтелая!».

Система, воспитанная на стерильных дикторских голосах, считывала его «вниж-а-ай» как «Винзавод», а протяжное «сто-ой» как «стойка». Логика была неумолима: нет чёткого соответствия – выполняется последняя корректная команда или, в случае ошибки, движение по умолчанию.

Цех замер. Все видели, как опытнейший крановщик, с трясущимися руками и багровым лицом, орёт в пустоту, а железный гигант пляшет свой зловещий танец. Мастер уже бежал к телефону, чтобы вручную отключить питание, но было поздно.

– ВОСЕМЬ! НАЗАД! ОТОЙДИ! – хрипел Кузьмич, отчаянно отпрыгивая от надвигающейся на него стальной балки.

И система, наконец-то, уловила знакомое слово. Не «назад», а «восемь». Она добросовестно исполнила команду №8 из своего реестра – «Автоматическая стыковка с позицией погрузки у стены №4».

Мощный ковш, не встречая препятствий, ринулся вперёд. Кузьмич, отступив к стене, оказался в ловушке. Стальная махина мягко, почти нежно, прижала его к бетону. Не раздавила. Просто притиснула, лишив возможности дышать.

Тишина, наступившая в цехе, была страшнее любого грохота. Только тихое шипение «ГолосАссистента» в наушниках, упавших на пол: «Команда выполнена. Ожидаю дальнейших указаний».

Разбирательство было скорым. Отчёт службы безопасности занимал полстраницы. Основная причина: «Крайне низкая личная адаптивность сотрудника к новым технологическим процессам». Было отмечено, что система зафиксировала 47 неудачных попыток голосового ввода за сеанс, но «неисправностей не выявлено».

Отдельным, золотым буквами, пунктом в личное дело Сергея Ивановича Кузьмича внесли посмертный выговор. Основание: «За уклонение от обязательных курсов по корпоративному произношению и стандартизации речи, что привело к нарушению техпроцесса и нанесению ущерба производственной дисциплине».

Систему «ГолосАссистент-Про» отключили. На месяц. Пока не привезли нового оператора – молодого парня из Москвы, с дикцией телеведущего. Говорили, он управляется с краном на ура. А в цеху теперь ходят легенды о том, как иногда, в тишине ночной смены, из динамиков системы слышится хриплый, окающий шёпот: «Сто-ой… Вниж-а-ай…».