Читать книгу Девять с половиной лет - Алиса Елисеева - Страница 4

Время в Новосибирске летело быстро. Лиза прямо из роддома позвонила Матвею по видеосвязи. Матвей с самой милой улыбкой отвечал на все вопросы о том, как он долетел в Испанию и добрался на остров. Рассказал, что они будут жить в прекрасном бунгало на берегу. Спрашивал у мамы Лизы, как эта бедная Лизка одна сама туда к нему полетит.

Он был так весел и счастлив их видеть. Никто никогда и не подумал бы, что несколько часов, минут и секунд назад у него был долгий перелет, бессонная ночь и подавленное настроение.

Парень смотрел на свою жену мягко и ласково, чтобы она успокоилась. Пытался говорить специальными словами, которые всегда действуют положительно.

Казалось, Лиза не выдержит, расплачется и пожалуется, попросит «Обними меня, любименький».

***

Мама Лизы выглядела очень серьезно больной. Даже на маленьком экране. Лиза передала ей свой телефон для того, чтобы поздороваться с зятем и получить поздравления. И Матвей невольно охнул. Но он быстро собрался, лучезарно улыбнулся и заговорил, своим приятным голосом:

– Я вас что-то не узнал, Елена Александровна. О, простите, богатой будете! Поздравляю с дочкой, люблю вас очень! Вы чудесная мать, у вас теперь две замечательные девчонки! Лиза и Маша. …Везет же вам всем! Вы вместе, а я один!

Елена в ответ сказала, что не он один, почти мальчик у нее тоже есть – муж дочери с прекрасным именем Матвей. По ее бледным щекам пролились слезы.

Извинившись, Елена посмотрела на Матвея так, как будто он её лучше всех понимает.

Он вспомнил, что мальчика они потеряли в прошлом. Возможно, по той же причине, что и сейчас могли потерять девочку.

Быстро забилось сердце. Хотелось дать сил этой женщине. Она действительно любит детей, настоящая мать.

«Только бы с Лиской было все хорошо! Если она так держится, это не значит, что ей не страшно. Даже мне, взрослому мужику, хочется застонать от бессилия, потому, что такую женскую боль невозможно принять на себя».

Лиза снова взяла телефон в свои руки и посмотрела на мужа. Он продолжал светиться в улыбке.

– Я так рада за тебя, Матвей! Тебе нравится там? Красиво? – спрашивала девушка полушепотом, чтобы он не услышал, как дрожит ее голос.

– Нет, я с удовольствием ждал бы тебя возле роддома. О, Лиз, то есть, я хотел сказать, что полетел бы с тобой и … пока ты там с мамой, ждал бы тебя.

Она сразу попрощалась.

После этого разговора, парень сидел в бунгало мрачный и думал, что его Лизке сейчас не вид счастливый нужен на фоне океана, а он сам.

В её ярких, темных, даже синих глазах было такое смущение и непонятная вина, что сердце дрогнуло. А еще она просила не звонить пока, потому, что может спать или мама, или она сама. Просила отдыхать и ни о чем не думать, даже о ней.

«Зачем поехал? Почему не отменил всё к такой-то матери? Если она не сядет завтра в самолет, вернусь и обниму!»

На второй день разлуки Матвей сдержался, чтобы рвануть к любимой, потому, что сам только прилетел.

До встречи осталось совсем недолго. Но если вернуть всё назад, он плюнул бы, и остался.

Матвей прошелся по пляжу, вернулся в тихое место, где было две двуспальных кровати, лег на ближайшую, обнял подушку и весь день проспал до самого вечера.

Разбудил его звонок. Спросонья Матвей не понял, сколько времени, но сразу же застонал, увидев, что это не жена звонит.

Это был Артем, его смена в клубе.

– Матвеич, ты там как? Живой?

– Тём, я сам знаешь где.

– Напился как скотина?

– Нет, нормально все. А что такое? – Голос у Матвея был сонный и он понять не мог, какого дьявола его беспокоят. – Забыли про отпуск? Что вам надо?

– Ты держись, слышишь? Бабы они такие ничтожества… Отдохни, найди себе красоток. Люби их так, что всё забудешь. Хоть круглосуточно меняй. Одна устала – бери следующую, или сразу парочку. Возвращайся как всегда на высоте. Мы тебя ждем.

– Ты чё несешь, Тём? Я женат. Приеду и придушу тебя.

Возникла недолгая пауза, и снова вопрос:

– Ты там один или с женой?

– Один пока. Жду её.

– Там это… Слухи что ль последние знаешь? Наши все в курсе, в общем. То, что у вас там с женой всё плохо, и она хочет развестись.

– С этого момента поподробней. Кто с тобой так пошутил?

– Кто? … Все. Я вышел, а у нас почти собрание. Ты же только женился и, блин, Матвей, ты такой стал… В общем. Александр Иваныч приехал и сказал, чтобы я звонил, а потом он. Как бы ты не утопил себя в вине и сам не утопился. Даже не думай. Имей все что движется и приезжай, поднимем тебе тонус. Атмосферно отдохнем. Дефки наши тебя ждут.

– Что происходит, джентльмены? Кто, кого, куда и за что?

– Ты мне скажи – вы с женой разводитесь или нет? Элеонора уже празднует. Пригнала в клуб, ходит как черная кошка, глаза сверкают.

– Я тебя сейчас убью. Какой развод? Кто это всех развел? Эльза? И кто ей верит?

– Подожди, подожди, я сейчас до шефа дойду, не отключайся. У тебя там денег хватит или кинуть?

– Кинь, если не жалко. Узнаю, кто пошутил шутку – плохо вам будет.

Через несколько минут раздался мирный смеющийся голос сына хозяина клуба Александра:

– Матвей, тут над твоей персоной пошли слухи, что жена твоя просит её спасти. От тебя. И ждет, когда ты отпустишь ее, ждет развода. Ты что там с ней делаешь, а? Она у тебя в наложницах или в заложницах?

– Она у меня … любимая жена. Какого дьявола происходит, Саш?

– Ты у нее и спроси. Твоя Лиза нашей Женьке призналась, что замуж не хотела, вы ее заставили. Насильно насилуешь бедняжку, от тебя отмотаться не может. И ждет, пока ты … Эй, Матвей, ты в курсе, что твоя Лиза-подлиза уже не может…

– Какому Женьке? Когда? – перебил Матвей возмущенно.

–Нашей Женьке. Когда не знаю, но я узнал вчера за ужином.

– Что ты ее слушаешь! Все у нас классно, я люблю жену, она меня. Никто не разводится, только что с ней на связи был. Пусть не гонит. Все нормально, у нее сестра родилась, поэтому Лизка уехала… Вообще, что я оправдываюсь!

– Так. С тобой все ясно. А откуда Дженни это взяла? Так она познакомилась с твоей, пока ты там обслуживал. Слушай, а ты уверен?

– Уверен! Я в своей жене уверен!!

– Ты смотри. А то ювелирша могла твоей милашке наговорить лишнего. Кстати, француз её смеялся так, что я понял – он тебя всегда ненавидит, Матвей. Он в курсе ваших с Женькой отношений и твоих успехов на любовном фронте. Его твоя персона давно интересует. Как ты вернулся к нам, француз напряженный ходит.

– Если она мою Лиску тронула, я с ней сам решу. С Женькой связался-то один раз и то, сам знаешь почему. Как она меня достала со своей больной сестрой… В общем, ненормальная ситуация. А потом я французу ее мужу законному сдавал из рук в руки, каждый раз, когда искала приключений. Замуж выдали? Вот пусть и сидит замужем! Чего ей надо от меня еще! Я не уволюсь Сашка. Все же нормально было…. Деньги нужны, но если дальше так пойдет – придется. Жаль, но связываться не хочу, ради жены и ее спокойствия.

– Матвей, все равно, поговори со своей деточкой. То есть, с женой. Нормально, по душам. Она любит, или как? Когда бабы любят они беременеют быстро и с большим удовольствием.

– Не в этом дело, она еще девчонка совсем. Забудь о чем мы с тобой говорили, и хорош обсуждать.

– Как же без этого! – Матвей услышал смех – Мы скучающие небожители. Нам всё, что внизу происходит, знаешь, как интэрэсно? Драйва хочется. Как там погодка? Как море, градусов семнадцать?

– Двадцать, Сашка. Нормально все. Приедет, поговорю по душам.

– Ты про Эльзу, что знаешь? Её давно не было, а тут нарисовалась.

– Ничего не знаю. Дайте пять дней ничего не знать. Плюс перелет. Прикажи там всем не обсуждать мою личную жизнь, ты ж главный над младшим персоналом. Всё неправда.

Матвей покачал головой, встал, поискал сигареты. Вспомнил, что бросил и вышел пройтись.

Всё было чужое, незнакомое. Люди, места, дороги. Зашел в первый попавшийся бар, замер в нерешительности. Потом все-таки купил сигареты и уже на берегу затянулся.

Лег на песок, уставился в небо, принялся ждать рассвета.

***

Еще день и ночь и снова день….

– Лиза! – прошептал Матвей. – Кошка!!! Милая!!! Лизаа!!!

Девушка резко к нему повернулась.

Матвей был еще далеко. Он словно застыл, не собирался подходить ближе. Встречал жену с огромным букетом розово-фиолетовых цветов, рассматривал её, не сделал ни шагу навстречу.

У Лизы на плече висел серебристый рюкзачок, на стройных изящных ногах серебристые босоножки с тонкими ремешками. Девушка в небесно-голубом коротком платье с полностью открытыми плечами держала в руках знакомую курточку-ветровку.

Она виновато опустила глаза, потом снова подняла, улыбнулась и пошла навстречу.

Матвей всегда наслаждался видом. Любовался, как она идет к нему. Такая изящная, как будто нет никого рядом. Видел только ее одну. Фея вышла из леса и уже совсем близко.

– Матвей, ты хотя бы можешь улыбнуться? Мне кажется…

Он медленно нежно обнял ее. Поднял повыше и посмотрел в глаза. И сразу потянулся с поцелуем. Долгим, не предназначенным для многочисленных зрителей.

Лиза на несколько секунд забыла, что они не одни, но потом постаралась отстраниться.

Матвей не отпускал.

Невольные зрители закричали восторженно. Их уже начали фотографировать. Некоторые свидетели встречи влюбленных вставали на фоне целующихся Матвея и Лизы, со смехом показывали за спину.

Лиза увидела это и рассмеялась.

– Кажется, мы засветились! Муж, давай ты меня отпустишь?

– Какая же ты маленькая! – Шептал Матвей, не переставая нежно касаться губами – Ты что такая … худенькая у меня? Ты вырастешь, когда-нибудь?

– А что тебе не нравится? Я думала, ты меня и такую любишь!

– Это очень красиво. Это безумно красиво. Только, пожалуйста, скажи, ты там не ела совсем что ли? Лиз, ты стала легче, я чувствую!

– Легкая, как перышко. Я так рада тебя видеть! – Девушка засветилась, будто только сейчас рассмотрела, какой у нее муж.

Матвей всматривался в её глаза.

Внутри у Лизы будто тепло заполнило её всю, начиная от груди до кончиков пальцев.

– Что? Что так смотришь? Насмотреться не можешь? Или хочешь важное сказать?

– Лиска, я такой дурак. Я у тебя просто идиот. Мне надо было остаться с тобой!

– Матвей, нет. Не надо тебе со мной, у нас осталось всего пять дней отдыхать. А там такое… Такое… Я в шоке! В полном! Я буду рожать дома! Я рожу, как кошка, дома! Когда-нибудь!

– Со мной, да? – он растерянно улыбнулся. – Я буду тебе помогать, Лиз.

– Котят принимать? Нет, Матвей, только не с тобой! Ты вообще не должен это все видеть! Машка просто вот такой вот маленький котенок! Я даже представить не могла, какие маленькие бываю дети! – Лиза показала руками и опять его обняла. – Она меньше моей куклы. Папу там нарядили в одноразовую одежду, и он держал, а я только смотрела. Маме стало почти совсем лучше. Она уже вставала сама, я только чуть поддерживала. … А нам далеко? Поехали быстрей на море, я никогда на таком не была, хочу… Волны хочу! Жить хочу! Скорее Матвей, так мало осталось дней!

***

Летели на остров недолго. Но было уже темно, когда они бросили вещи. Лиза моментально переоделась в купальник и выбежала на воздух.

Матвей вышел следом, закрыл дверь, догнал маленькую фигурку в темноте.

Горели фонарики, гуляли парочки и компании. Все, как по команде уставились на девушку, провожая взглядом.

Изящная тонкая фигурка с длинными развевающимися на ветру волосами привлекла всё внимание.

А Лиза, никого не замечая, быстрым шагом шла к морю.

Она смотрела только вперед, она уже слышала шум прибоя, волны звали ее к себе, в родную стихию.

На ходу Лиза снимала платье и бросалась в воду.

– Кошка стой! Ты не одна! – Матвей ускорил шаг и побежал за ней. – Ты забыла про меня?

Лиза не повернулась, она была в тёмной воде. С удивлением и восторгом глубоко дышала.

Шум прибоя почти заглушал его слова, но девушка в ответ сказала:

– Я не забыла, что люблю тебя.

И неясно было, кого она любит. Мужа или море.

***

Она так и не остановилась.

Матвей в воде догнал, обнял со спины и прижал к себе.

– Какой ты горячий! – Закричала Лиза. – Ты, как огонь!!!

– Я всегда такой! С тобой! Ты не одна, детка!

– Здесь волшебно. – Лиза развернулась, и обняла, – Погрей меня, и я пойду плавать. Ты опять меня хочешь! Опять! Сколько тебе нужно?

***

Поборовшись с волнами и отдышавшись, они сидели на пляже.

Воздух был прохладный, но Лиза прижалась и моментально снова согрелась.

– Мне легче. Мне так легко только с тобой. Что это? Почему? Почему, когда ты смотришь, я ничего не боюсь?

– Я люблю тебя Лиз, и ты это чувствуешь…

– Это не только любовь, – она посмотрела на мужа настойчиво, – Скажи, что это за чувство? Я как будто себе не принадлежу. Я ничего не боюсь, потому что ты во мне, внутри меня. Сильный, бесстрашный и уверенный. Весь страх исчезает, Матвей. И мне всегда тепло, горячо от тебя.

– Ты сама обжигаешь меня своим телом. А не я тебя. Лиз, если ты далеко, я начинаю представлять нашу любовь. Иначе просто ломка. Аромат твоей кожи самый волшебный, хочется только им дышать. Я твои вещи прижимал к себе и вдыхал, как ненормальный. Ты представляешь? Вдыхал и чувствовал что-то невероятное. А когда ты прикасаешься губами, всё, мне конец.

– Это вообще как-нибудь лечится, Матвей? Само пройдет? Я хочу, чтобы немножко прошло. Невозможно так жить. Надо быть спокойней. Надо учиться быть нормальными. Давай попробуем не целоваться.

Матвей нервно усмехнулся.

Лиза с его глаз перевела взгляд на губы.

– Не целуй меня, терпи.

Внутри у него все горело, но он терпел, он пыталась думать и включить разум.

Не выдержал. Быстро коснулся губами, закрыл глаза и провалился куда-то в бессознательное состояние.

Его привела в чувство только боль, когда жена нежно и одновременно мучительно прикусила нижнюю губу.

– Остановись, любименький! Ну что такое… Я же попросила. Я так не играю. Матвей…

Лиза встала и начала отряхиваться.

Через несколько секунд он сдавленным голосом произнес:

– Кажется, умная Лиза проводит эксперимент. Да, Лиз?

– Да. А что, нельзя? На меня этот пляж, и море, и океан так действуют, что я с ума схожу. Я становлюсь такой же дико влюбленной, как и ты. Даже сильнее.

– А ты не хочешь?

– Я не знаю. Мне страшно. … Да нет, я знаю, знаю. Ты мой муж. Но это же … Это может быть не навсегда. Куда ты меня несешь?

– Домой, то есть… Я больше не могу. Нам надо… поговорить! Я не знаю что с тобой, почему ты хочешь быть равнодушной ко мне.

– Я не хочу быть равнодушной. Я просто не хочу так сильно скучать по тебе, Матвей. Я без тебя не смогу, если влюблюсь очень сильно. И тебе тоже будет плохо и больно, если у нас это не навсегда. Ну должен же быть инстинкт самосохранения, разве нет?

– Хорошо. Я понял. Ты решила выбрать более спокойного парня, да? Поэтому так сказала, что хочешь развода? … Ты же это сказала, Лиза?

Лиза ничего не ответила.

Матвей молча нес ее при свете фонарей всю обратную дорогу. Он открыл дверь, зашел в дом, где они поселились, и бережно положил на кровать. Начал расстегивать босоножки.

– Я не это имела в виду.

– А что? Что ты имела в виду? Хотела разбить мне сердце и отказаться, потому, что я слишком сильно тебя люблю?

– Ты что, с ней виделся? – Лиза осторожно отвела его руки, села и положила прохладную ладонь ему на лоб. – Успокойся, Матвей.

– Скажи с кем, и я скажу «нет».

Он снова притянул за талию ближе к себе. Снова губами касался шеи. Коснулся языком, провел вниз до груди.

Лиза прикрыла глаза, отвернулась.

– Дженни и ее сестра… Принцесса. Такая же маленькая, как я. Девушка, как ты любишь. Она сказала, что ты на мне женился и скоро разведешься. И я пошутила с ней, что мечтаю об этом, жду, когда наконец-то ты отстанешь. Мне было смешно. А потом, я подумала, что это, как знак для нас. Может это шанс спастись от зависимости. Рядом с тобой девушки, которым ты очень нужен. И они не сидят на твоей шее. Не боятся рожать для тебя детей. Твоя жизнь с ними станет легкой, как перышко… Матвей, у нас огромные долги. А ты, чтобы меня привлечь, покупаешь ужасно дорогие бриллиантовые серьги, квартиру, какую я захотела, без детской комнаты, и этот отдых… Ты всё теряешь, милый. Я же не хочу, чтобы с тобой совсем плохое случилось.

– Со мной сейчас именно это случится, если ты не остановишься.

– Матвей, скажи, ты веришь мне? Ты мне доверяешь?

– Да.

– Тогда почему ты поверил, что у меня в гостях Макс? Ты приехал… Я никогда не забуду с каким лицом ты приехал. … Почему я так пошутила?… Просто пошутила с незнакомой странной блондинкой в клубе. И ты сразу сказал, что я хочу найти себе более спокойного. Я никого не нашла. И не буду искать для себя. А вот ты мог бы жениться на маленькой принцессочке, и у тебя уже были бы дети с ней.

Комната была почти полностью поглощена темнотой, только слабый свет ночной красной лампы освещал всё вокруг теплым огнем.

Муж ничего не ответил, продолжал целовать и ласкать все сильнее и уже ничего не мог остановить. Он стал шептать. Просить прощения.

Лиза откинула его на спину, посмотрела в глаза и сказала холодным чужим голосом:

– Тебе будет больно. Каждый раз тебе будет больно. Я знаю, что такое ревность. Матвей. Остановись. Всегда мне доверяй. Всегда. Не надо меня покупать. Я тебе и так принадлежу полностью. Я не предам. …. Или буду искать для тебя другую жену, с которой тебе будет очень хорошо.

Он несколько секунд молчал, часто дышал и, наконец, она услышала то, что хотела.

– Я доверяю тебе, детка. Всё. Я больше никогда не позволю себе сомневаться… Не буду думать о том, что ты уйдешь… Господи, как ты прекрасна.

Обещай мне доверие, – прошептала ему в губы Лиза.

Она приподнялась и открыла окно. Легкий ветер охладил её прекрасное тело. Под шум волн она коснулась рукой его плеча и провела по горячей груди нежными кончиками пальцев.

– Матвей. Если это навсегда, я буду счастлива. Не хотела причинять тебе боль. Своими шутками, желаниями, и тем, что я не хочу помнить.

Он с мольбой в голосе прошептал:

– Прошу, Лиз… Я не могу больше… Не кусай меня … Не останавливай. Я хочу тебя. Ты со мной, я безумно люблю… Мне с тобой невыносимо, но это сладкая боль…

– А мне с тобой никогда не больно. Хочу, чтобы и у тебя так было. Матвей, ты сможешь любить так, как я?

То, что Лиза чувствовала и хотела объяснить любимому человеку, невозможно было передать словами. Но она в нем была уверена больше, чем в себе самой.

– Я без тебя не могу жить.

«А я без тебя тоже не могу жить?… Кажется, могу. … Я не знаю», – подумала Лиза засыпая, и впервые за эти три дня не чувствовала себя одинокой, испуганной и несчастной, лишенной самого важного.