Читать книгу Девять с половиной лет - Алиса Елисеева - Страница 6

Лиза должна была сдержать слово.

«Почему я ночью в дождь сижу одна и о чем думаю. Что мне ответить ему?»

– Кошка, любимая, я твой. Я всегда с тобой, ты знаешь. Скажи мне, поделись своим несчастьем. Я всё готов услышать и помочь, – просил Матвей своим самым прекрасным голосом. – Скажи, я всё пойму, милая моя… Ты скучаешь? Любишь? Что?

Лиза растерялась. Кинула на него смущенный взгляд и прошептала:

– А ты как про меня подумал, когда увидел?

– Я подумал, что тебе больно, и ты хочешь побыть одна. Я тебя специально сюда увез, признаюсь честно.

– Не люблю ночь и дождь. Я боюсь такую погоду. И пытаюсь страх превратить в любовь.

Матвей прикоснулся рукой к её ладони, приложил к своей груди. Девушка почувствовала, как быстро бьется его сердце. Ладонь обжигало, он был очень горячим.

«Нет! Это я себе всё придумала! Я ничего не чувствую, мне хорошо и всё, остальное не имеет значения, нет и не было ничего!»

Он еще более ласково и спокойно произнес:

– А мне нравится такая погода, когда мы вместе. Вместе, Лиз. Если я буду тебя обнимать, целовать, ты поймешь что она… чарующая, такая ночь. И дождь – это приятно. Ты не должна быть одна. Буди меня, и вместе посидим. Будем слушать шум дождя, чувствовать его кожей, вдыхать этот влажный воздух. Вспомни, как мы познакомились с тобой. Я люблю темноту, дождь и тебя.

«Он все равно не поймет, он же мужчина! Как же мне… Солгать? Я не могу…»

Лиза прикрыла глаза. Что ему сказать в ответ, не знала.

Матвей будто читая ее мысли, спокойно произнес:

– Любимая, я все пойму. Скажи, не надо от меня прятаться, не надо бояться. … Не надо меня обманывать. Скажи правду, Лиза. Ты обещала.

– У меня стадия отрицания давно закончилась. Только иногда перед глазами вдруг вспыхнет какая-то картинка, что со мной было. И сразу накрывает ледяной волной. Я вышла из стадии отрицания, но не могу из гнева и депрессии. Я на себя злюсь, обвиняю и ненавижу.

Голос Лизы прозвучал равнодушно.

Она не остановилась, и продолжала с таким видом, словно её пытали, и пришлось сдаться:

– Я думаю, что сейчас во мне две женщины. Та, кто была такой неосторожной и рискованной, и та, кто судит себя за всё. Отрицать или исказить, превратить в любовь я больше не могу. Но я пытаюсь принять неизбежное, и думаю: «Если перестану бояться таких же обстоятельств, его голоса и похожих на него людей, моя жизнь станет счастливой. Я готова жить дальше». Матвей, милый, прости, не хотела тебе этого говорить.

Он осторожно и всё так же спокойно спросил, хотя просто закипал от обиды за нее:

– Кошка, а за что? Что ты такого сделала? Ты же не виновата. Ты – маленькая девчонка. Ласковая, нежная. Доверилась. Ну что ты, солнышко, как тебе помочь? Расскажи все, что чувствуешь, и я помогу. Я твой муж, помнишь?

– Не знаю, что тебе рассказать. Это как… посттравматическое расстройство. Я заменила страх на любовь. Но, Матвей, это же совсем не насилие было. Что это было со мной, я не знаю. Сказала себе, что ни о чем не жалею, в то же время все время представляю, как я убегаю и кричу. Говорю ему «Нет». Как я его бью и отталкиваю. Сбегаю на дорогу, ловлю машину и уезжаю домой. А ведь он отпускал меня. Он сказал мне выходить из машины. Он меня отпускал. И я вышла под дождь… Я сама… к нему… Не всё, как я всем рассказывала.

Лиза прикрыла глаза, чувствуя, как подступают слезы, и защитилась улыбкой.

– Матвей, я сама его провоцировала, я сама к нему подошла. Больше всего хочется забыть это! Но невозможно. … Иногда я плачу. Ну и что? В такую погоду я сбежала и от тебя… Ночью… Прости, я кричала на тебя, бедного, а на самом деле мне просто хотелось кричать и плакать. Думала, что он получил мое тело, чтобы забыть о смерти. Но я же не была уверена, на самом деле он хотел себя убить в ту ночь или мне это просто показалось!

– На самом деле.

– Что?

Матвей решился и сказал то, что ей могло помочь:

– Он привез тебя на место, где его мать погибла, когда ехала из Москвы домой. На самом деле не хотел тебя трогать и собирался покончить с собой. … Я тебя так люблю, Лиз. Если бы мы остались вдвоем ночью в дождь так близко, еще и мокрые… Смог бы Я себя остановить? … Не знаю, Лизонька. Буду с тобой честным. Он тоже не хотел. То есть, хотел, чтобы ты была его девушкой. Он не понимал, придурок. Что ты почти ребенок. … Убью его, если встречу.

– Лучше бы это был ты, Матвей. С тобой я не чувствовала страх, никогда. Я могла бы сказать тебе «Нет, не сейчас, я не готова». И ты бы меня не тронул, я знаю. Ты мой Лис любимый.

– Господи, как же мне с тобой хорошо. Я без ума от своей жены. Поцелуй меня! Скажи, что сейчас ты готова!… Иди ко мне!…. Иди я тебя съем!

Лиза прильнула к его губам, перелезла на него и целовала со слезами, улыбаясь и смеясь, как будто всю боль, которую ей принесли эти воспоминания, можно заменить на любовь.

Уже засыпая, утомленная и счастливая, она услышала его тихий голос:

– Милая… Лиза… Лизонька… Я хотел тебе сказать… Ты не спишь? Я хотел сказать, что боль, выраженная словами, скоро станет просто историей. Люблю тебя. Спокойной ночи, зайка.

– Я тоже тебя люблю.

***

Дни пролетели в безумном счастье, но в последнюю ночь перед вылетом, Матвей проснулся от крика и рыданий своей жены. Лиза стонала и плакала, обняв подушку.

Он сразу схватил ее и прижал к себе.

Девушка не просыпалась. Она была вся холодная, мокрая от слез и плакала почти в голос.

– Лиза!!! Проснись, детка! Что с тобой? Быстро проснись, милая!

Лиза отдышалась, затихла.

– Что случилось?! Болит, что-нибудь? Не молчи, скажи! Лиза!

– Я больше не могу. Матвей, мне приснилось, что ты умираешь! Что тебя больше нет! Я не могу так… Не могу без тебя!

Она снова зарыдала.

– Тихо, тихо, тихо! Зайка, я жив и ты тоже. Ты что? Это сон, ты со мной. У нас все хорошо, спокойно. Сейчас я дам тебе водички, – он начал ее целовать. – А где мое «Доброе утро, Матвей?» Я привык, не могу без этого. Ну? Скажи! Пойдем на воздух, сейчас все будет хорошо, не плачь. Только скажи, что у тебя болит?

– Всё! У меня всё болит! Мне приснилось, что…

– А ты знаешь, что это значит? Я буду долго жить, не оставлю тебя, никому не отдам! Поняла, кошка? И не вздумай сбежать! Плохо тебе будет!

На улице уже начинался рассвет. Лиза не могла ровно дышать. Часто и резко делала вдохи. Она задыхалась.

– Ты как маленький ребенок. – Матвей погладил ее по голове, – Успокойся, сладкая моя.

– Мне снился маленький ребенок. Я не могу больше, Матвей. Ну почему мне снятся такие сны! Все было так хорошо!

– Ты просто не хочешь отсюда уезжать. Ты капризничаешь. Лиза, давай всё, успокаивайся и забывай. Я тебя поцелую сейчас медленно и нежно. Не плачь, не могу видеть твои слезы. …Так жалко тебя.

– Отпусти меня одну на берег. Всегда так делаю, если хочу вернуться, а я хочу. Здесь с тобой я была самая счастливая в жизни!

– Что значит «была»??? Лиз, это сон! Всё прошло, детка. Завтра тебе приснится, что я ожил и хожу за тобой, да? … Всё-все, я пошутил. Ничего со мной не случится. Я видишь, какой живой? Показать тебе, какой я живой?

– Да, покажи. Сейчас! Я хочу тебя сейчас!!! Умоляю!

***

Девушка в белом купальнике стояла перед зеркалом и смотрела на мужа, который сидел в кресле за ее спиной, и заказывал такси в аэропорт.

– Я очень быстро. Пожалуйста.

Матвей попросил ее не плавать, только зайти в воду и вернуться к нему, Лиза пообещала.

Когда она надела легкое платье, поцеловала его и вышла, посмотрел на собранные вещи, покачал головой, чертыхнулся и пошел за ней.

На пляже Лиза быстро разделась, забежала в воду, тут же нырнула и поплыла.

– Так! Не слушаешься, значит? Я тоже! – прошептал сам себе парень, добежал до ее одежды, стянул футболку и сделал тоже самое, бесшумно поплыв следом.

Он быстро её догнал и крикнул:

– О, какая вы красавица! Меня зовут Матвей! А вас, девушка, как зовут?

Лиза увидела его и засмеялась.

– Обмануть меня хотела? Сбежать? Не выйдет! … Лиз, мы вернемся сюда, я обещаю тебе.

Девушка ничего не отвечала, она повернула к берегу, а когда под ногами почувствовала песок, услышала снова его смех, и через секунду он подхватил на руки.

– Вот ты красавица и попалась. И кто из нас самый хитрый? Поцелуй меня быстро!

– Я готова, Матвей.

– Детка…

– Я хочу от тебя ребенка. Всё будет хорошо. Да. Я хочу.

– Лиза! – Он остановился, замолчал и посмотрел в небо. – Как хорошо, что я мокрый. Я же взрослый мужик, откуда эти сентиментальные слезы? Все прекрасно, я знаю, с тобой ничего не случится, ты сильная, ты умничка. Красавица моя. Мы вернемся сюда втроем… Я буду учить её плавать…

– У нас будет… мальчик. Я хочу такого малыша, как ты.

– Ну, если ты хочешь…

Он засмеялся, поднял повыше и зацеловал ее лицо, а потом забрал с песка одежду. Не отпуская девушку из рук, и понес в сторону бунгало, где ждала машина. Отпуск закончился.

***

Возвращение домой в целом заняло почти одиннадцать часов. Всё это время не разговаривали о ребенке, а когда приземлились в аэропорту Москвы, их встретила темнота ночи. И дождь.

Лиза вздохнула, посмотрела с улыбкой на мужа.

– Ну что, зайка? Страшно тебе да? Иди-ка сюда, и я тебя съем! – шутливо сказал он.

– Нет. Не страшно. Мы погуляем с тобой ночью вместе. Ты сегодня не уедешь на работу?

– Лиз, подожди. Я, может быть, не так понял… Ты сказала, что готова? … Я не хочу на работу. Хочу целовать тебя, плакать от счастья и спать с тобой. И делать нашего ребенка!

– Хорошо. Это очень хорошо. Оставила свои таблетки там, на острове. Еще один месяц и я тоже, наверное, буду плакать от счастья. Только сначала мы погуляем под дождем, пожалуйста.

***

Ночью была гроза. Лиза сидела одна на балконе и слегка улыбалась. Сверкали молнии, крупные капли с шумом бились о стекла, как волной ветер накрывал и заливал потоками воды. Она вздохнула и вернулась в комнату.

Посмотрела на Матвея, который крепко уснул на своей правой половине кровати. Он выглядел спокойным. Девушка подтянула одеяло и аккуратно укрыла мужа.

Неожиданно посреди ночи на его мобильный беззвучно пришло ночное сообщение.

Лиза не обратила внимания, легла и взяла свой телефон.

Она долго смотрела на фотографию маленького мальчика.

Ксюша, сестра Матвея прислала ей вчера утром детское фото её мужа и подписала: «Матвею 1,5 года. Его ты видела во сне?»