Читать книгу Девять с половиной лет - Алиса Елисеева - Страница 8

Эльза появлялась каждую его смену. Она приходила в компании своих «шестерок» среди которых раньше в свободные дни был и Матвей. Нового телохранителя Эльзы по имени Василий он не видел, или не узнавал в толпе гостей клуба.

Лизка сдала почти все экзаменам, остался один. Самый сложный. Она каждую ночь звонила, чтобы Матвей поверил – муж ей очень нужен.

Матвей выходил на улицу на несколько приятных минут, слушал голос своей девочки. Представлял, как она там валяется одна среди своих формул и графиков в нежном домашнем костюмчике, кусает пухленькие губки, волнуется.

Видео в минуты звонка сам просил не включать, слишком домой хотелось. И спать хотелось. Прижаться, вдохнуть тепло, обнять её.

Он устал от бесконечных пьяных молодых и старых посетителей клуба. Любимая раньше работа превратилась в испытание на прочность.

Когда, на очередном собрании всего персонала присутствовал сам владелец, он только лишь глянул на ребят и уволил двоих за «тупой взгляд».

Матвей в этот момент подумал, что хочет уйти. Очень хочет, чтобы его выгнали. Самому уйти с такой зарплаты не мог, а так хоть причина будет.

И владелец это заметил. Поманил к себе, спросил, что с бизнесом, не планирует ли Матвей продавать свой ресторан.

Матвей объяснил, что все в порядке, но хотелось бы на прибыль работать, а не на проценты за пользование чужими деньгами. Владелец предложил отоспаться пару дней и вернуться к работе. Все дни недели обеспечивать гостям комфорт, как раньше, а не только на три-четыре ночи, как он сейчас выходит.

Матвей извинился и отказал:

– Я не могу. Моя жена ночной образ жизни не ведет. Не могу я ее так оставить.

И услышал неожиданный вопрос:

– Ты с дочкой Янбаева связь прервал? Больше за ней не присматриваешь?

– Не присматриваю. Я сам по себе.

– «Сам по себе» теперь непросто. Денежный поток, который тебя питал, прекратился. И жена тоже скоро заметит это.

Матвей промолчал.

– Давай без молчанок, мне нужны гарантии. Тут тебя убрать хотят… Наполеон ревнует, выступает. Понял, о ком я говорю?

– Понял.

– Друг мой, господин Янбаев, за тебя замолвил слово. Заменишь сына моего, он все равно не работает толково. Тебя с глаз француза уберу. Всем будет хорошо. Но все выходные ты занят, принимаешь условия?

– Да. Спасибо!

– Взгляд разумный, возраст подходит. В плюсе будешь. Сколько ты должен?

Матвей назвал сумму.

– Это она тебя накрыла?

– Я сам попал. Все нормально будет.

– Да уж. Взгляд разумный, а от руки кормящей отказываешься. Гордость она, знаешь, где ценится? Наверху!.. – Мужчина показал пальцем и усмехнулся. – Или в самом низу. Пока ты в серединке мотаешься, гордость одни проблемы создает.

– Я понимаю. – Ответил Матвей, – Не могу по-другому.

– Александр мой тебя в курс введет, спрячет в кабинет. Посиди, поработай с персоналом, проследи, чтобы всё было отлично. Выходи только по надобности, если кто вызывает. И будет тебе плюс. Иди, Аксёнов, подписывай договор и не благодари.

– Спасибо! Я благодарен за доверие.

– Знаешь, кого еще благодарить. Не только меня. Я ему услугу оказываю в обмен на информацию.

Матвей пожал протянутую руку, вернулся в зону бара и решил, что это к лучшему. Элеонора пришла, не пыталась прикоснуться, но она сверкала глазами. Танцевала, хохотала, привлекала внимание окружающих и заказывала напитки только у него, у Матвея. Правда, делала это быстро и не говорила, что ей нужно больше.

***

Настал день, когда они с Лизой поехали в центр планирования семьи. Матвей настоял, что в один из лучших. Он хотел убедиться, что жена к родам будет готова. Она внешне маленькая, но физиологически готова. Ему важно было узнать у специалистов, как она это перенесет.

– Кошка, что там с тобой делать будут, интересно? Может мне тоже посмотреть? – Матвей улыбался, глядя в ее серьезные глаза.

В них не было страха, только Лиза была необычайно тихой.

– Что ты стоишь? Поехали, можем опоздать, – Лиза села в авто, закрылась.

– Ты мне расскажешь, что там с тобой будут делать? – еле сдерживая улыбку, произнес опять мужчина, садясь за руль. – Мне кажется, врачи посмотрят и скажут: «Какая красивая у девочки…»… Да?

– Матвей!… – Лиза кинула умоляющий взгляд и улыбнулась. – Что ты меня смущаешь! Они так не скажут. А вот что ты там будешь делать?… Ходить, как волк в клетке туда-сюда? Потом тебе дадут стаканчик для анализов! И потом…– Лиза расхохоталась. – Я представляю!

– Тихо, кошка. Надо мной нельзя смеяться! Я сделаю всё, что скажут врачи. Поняла? Не знаю как, но сделаю. Это важно для нашей девочки! Мальчика, извини, извини…

– Матвей, хватит, пожалуйста. Не смеши, будь серьёзным. Если мы с тобой будем так себя вести, скажут, что таким, как мы рано детей.

Но, несмотря на серьезный шаг, они всю дорогу веселились и подкалывали друг друга. Матвей мог замолчать, сделать серьезный вид, а потом опять начинал тихо смеяться.

Лиза отворачивалась к окну, вздыхала, и осторожно бросив на мужа взгляд, в голос хохотала.

Когда они зашли и получили направления, записи, талоны, Матвей огляделся и спросил:

– Почему здесь столько мужиков в халатах? Кошка, дай мне посмотреть направление, ты что?? К мужику пойдешь?

– Это врач на УЗИ . Мне такого дали, он хороший.

– Хороший? Нет, прости, пойдем его поменяем.

– Матвей, не надо. Посмотри сколько здесь девушек, женщин… Все к нему.

Она взяла мужа за руку.

– Хорошо, маленькая моя, хочешь к мужчине-врачу, я тебе разрешаю, – сквозь зубы произнес Матвей, – Но только один раз.

Над ним в очереди засмеялись. Матвей строго посмотрел вокруг и сел с улыбкой.

Они заполняли анкету, а после вопроса о генетических заболеваниях у родителей, он отрицательно покачал головой:

– Про отца ничего не знаю, сказать не могу. Давайте сделаем всё, что нужно, проверяйте меня. Полностью на всё.

***

Лиза прошла врачей и дождалась, когда Матвей вышел из кабинета.

– Ну как, получилось?

– Не смеяться над мужем! Лиза! Смотри на меня с уважением.

– Быстро ты! – Лиза уткнулась ему в руку и спряталась, смеясь.

– Лиза, где твое уважение? Я думал о тебе, только о тебе! … Что твои сказали? Ты … мальчика себе запланировала? Или мне девочку?

– Мальчика! Себе!

– А я девочку силой мысли планирую. Так, помечтать просто…. Будь умницей, расскажи мне, как там внутри? Интересно ты устроена у меня?

– Надо было не на бармена учиться, а на гинеколога, если интересно! – усмехнулась Лиза, представив Матвея на месте врача. – Тебя бы все обожали!

– Нет уж! Всех я не хочу. Если бы ты ко мне каждый день приходила, я согласен! – довольно сообщил Матвей и повел ее на выход.

Казалось, этот важный шаг в их жизни перенес на другую ступень, выше, ближе к счастью. Мужчина отъехал с парковочного места, вздохнул с облегчением и провел рукой по волосам.

– Матвей, а ты никогда не хотел найти родного отца? – неожиданно тихо спросила девушка. – Извини, если я лезу не в свое дело. Прости, любимый, можешь не отвечать.

– Я думал об этом, конечно. Особенно после того, как мать уехала, – спокойно ответил Матвей – Но зачем? Что ему сказать? Я уже сам отцом скоро буду. Это раньше имело какой-то смысл. А сейчас – никакого.

– Матвеюшка, я думаю, он бы гордился тобой. Он был бы счастлив, что у него есть такой сын. Я тебя люблю.

– Я очень тебя люблю, Лиза.

– Мой папа недавно мне сказал, что мама хотела мальчика назвать или Артёмом, или Матвеем, – не удержавшись, вдруг ласково добавила Лиза. – Ей нравится твое имя и мне тоже. Но своего я бы хотела, то есть нашего… Девушка на секунду замолчала, замечтавшись, и тут услышала быстрый шепот мужа:

– Только не Максом.

– Нет! Ты что! Я думала Денисом или Мишенькой….

– Лучше Мишенькой! Мишка и… Машка, твоя сестра. Почти ровесники, – Матвей рассмеялся. – Я хочу детей, Лиз. Очень. Это будет наш ребенок. Я люблю твои глаза, пусть у него будут такие же. Или у нее!

Он опять растрогался до слез, как будто представлял уже наяву.

– Ты тоже очень красивый был в детстве, Матвей. Ты идеальный ребенок был.

– Откуда ты это знаешь? Приснилось?

– Нет. Мне Ксюша прислала твое фото. И я поняла, что готова на всё! Даже если у меня будет такой же шрам ужасный, как у мамы. Я все равно хочу.

– Не будет. У тебя будет всё хорошо. Я с тобой буду всё время, не оставлю ни на секунду.

– Только сам не испугайся.

…

Вечером Матвей выключил свет и в клуб позвонил, что едет на работу. Лиза вылезла из постели, подошла к окну. Еле слышно постукивали капли, начинался дождь. Красиво горели фонари и блестели листья на ветках деревьев, но возникло чувство, что сегодня ночь не будет похожа на все прошлые.

Она услышала, как вернулся из коридора муж, почувствовала руки на талии. Он тихонько погладил животик.

– Ты чего, не хочешь спать? Поехали со мной? Я отвезу тебя домой, как устанешь, и вернусь.

Лиза покачала головой.

– Нет, мне так всё нравится. Красиво… Мне здесь всё очень нравится. А тебе?

– Очень. Обожаю наш дом. Я здесь счастлив абсолютно.

– Как в убежище.

– Не хочу уходить, но надо. Мужчины должны работать. – Он нежно прижался губами к её волосам, и обхватил всю. – Пока, детка, а то я сейчас не смогу уйти.

– Вернешься, не буди меня, ладно? Не вздыхай.

Лиза снова залезла в постель, накрылась одеялом и еще пушистым пледом. Матвей поцеловал ее и вышел, на лице было сожаление. Закрыв за собой дверь, спустился и еще раз взглянул на окна.

– Девочка. У нас будет дочь. И я назову ее не Миша или Денис, а Мишель или Диана.

Он, сел в машину и сразу умчался в ночь, надеясь, что никто не заметит значительное опоздание. Сашка всегда прикрывал и расспрашивал с довольным видом, как ему оставлять свою конфетку и смотреть на эти надоевшие физиономии официантов.

Теперь Матвей выходил в зал очень редко, сидел в кабинете, проверял заказы, разруливал претензии недовольных гостей и учил уму-разуму при общении с людьми. Сидел он там с сыном владельца и выполнял роль его «правой руки». Временно, пока не поправит своё положение.

За это он мог быть благодарен. Главное не видеть тонкую, затянутую в латекс фигуру Элеоноры, которая напоминала ему о тех днях, когда Лизка стояла напротив него с вызывающим видом, влюбленная в другого. А он был вынужден заниматься продажей себя той, кто стала противна до умопомрачения.

Дверь в кабинет всегда должна была быть закрыта, но в этот день Александр щелкнул замком, вошёл и сразу начал с плохих новостей:

– Я очень рад, что ты скрылся в тину. Дженни ищет тебя каждый день, и француз утомил. Ты же понимаешь, что у Дженьки планы на тебя, а сестрёнка – это только повод ввести тебя в семью?

– Я женат. Как она может, ну что такое, а?

– Я вот тоже думаю, как бы это устранить? Не то, что ты женат, а то, что она так мечтает породниться.

– Не знаю. Подумай, Саш. Ты же умный и знаешь «небожителей» лучше меня.

– Да. Я думаю, ей нужна интрижка. Француз – скучающий флегматик. Есть у меня один Эльзин бывший на примете. Приезжал как-то с подружкой, танцы странные у них были. Если он инициативу проявит к белокурой богине, ты спасен. И все овцы сыты.

– Хочешь, чтобы я его по стенке здесь размазал?

– Нет. Ты спокойный и умный парень. Жена у тебя конфетка. Она твоя. Сиди и не высовывайся, Матвей. Я сам его позову.

– Не надо сюда устраивать Макса. Саш.

– Ты даже не увидишь его, не успеешь подобраться. Он, кстати вас высматривал. Заодно переключится. Макс тебе должен, помнишь, сколько раз ты его шкуру заменял? Вот пусть должок возвращает. Её чуть с Эльзой стравим, а? Пусть поцарапают друг другу мозги. – Александр лениво улыбнулся.

– Сашенька…. Ты что задумал?

– Хочу помощь тебе оказать. Остальные девушки клуба тебя скромно любят, а эти две нескромно. Достали. Вот я и думаю, какой слух пустить… Найду, что сказать. Только свою жену предупреди, что не только она шутить умеет.

– Не надо, Сань! Пусть они успокоятся. Нет меня, занят.

– Уже прорваться пыталась. Не Эльза, а Женька с сестрой. Сам знаешь, как полнолуние на баб действует. У Женьки француз подпил, или она его подпоила… не знаю. Сестрица приехала, сидит пялится на контингент с наглым видом… Я их решил стравить.

– Ну и что это даст?

– Ничего. Мне ты как бармен тоже нужен. Там девки скучают, нужен такой, как ты, визуально привлекаешь, харизмой своей. Они на уровне отцов сражаться будут, в итоге успокоятся обе. Я тебе гарантирую. Чтобы с твоей женой ювелирша не сражалась и Эльза, то есть сам Янбаев, я уверен, победит ювелиршу. Да, Матвей. Ты все отлично делаешь, лучше, чем я, лентяй. Отец доволен. И я тоже. Снял с меня такую муть.

В этот же вечер Александр совершенно серьезно сообщил Элеоноре, что Матвей дорожит её самочувствием и уважает отца, а ювелирша обнаглела вместе с сестрой. И начались разборки.

Ему на телефон от сына владельца заведения пришло штук двадцать фотографий покадрово, как они зло смотрели друг на друга. А утром, когда всё закрыли, Матвей отпустил официантов, выставил охрану, они вместе с его начальником отправили выручку и собрались домой.

***

Лиза не спала. Она его ждала. Как только он закрыл за собой дверь, пошла навстречу и обняла.

– Что ты моя хорошая? Почему проснулась?

Девушка начала его целовать.

– Кошка. Что случилось?

– Эля звонила мне.

– Что? Ночью? Ты же не ответила, Лиз?

– Она меня жалела, извинялась и обещала, что вы с ней только друзья, и к тебе две стервы больше не подойдут. Её отец и Макс позаботятся об этом. Знаешь, что она сказала?

– Что?

– Спасибо тебе, Лиза, за то, что Матвей стал таким счастливым!

Лиза, сильнее прижимаясь к нему, прошептала:

– Раздевайся, в душ и спать, я с тобой полежу и поглажу тебя. Ты устал.

Матвей сам погладил жену по волосам, коснулся пальцами шеи и склонился с поцелуем.

Его, как одеялом окутывала нежность. Было так хорошо и уютно дома. Он уже почти засыпал стоя. Девушка поняла и сказала:

– Давай без душа. Ты чистенький, умывайся и ложись.

Он отключился мгновенно в объятиях своей жены, обнимал ее и дышал глубоко и спокойно.

– Класс, и как мне теперь выбраться? Я есть хочу и погулять, – еле слышно шептала Лиза, виновато вылезая из его объятий стараясь не разбудить, – Матвей, любимый, прости, я должна гулять и дышать свежим воздухом. Это очень важно… для нашего мальчика…