Читать книгу Лирик и Максим - Евгения Юркина - Страница 9

Часть I.
Приказано выжить Глава 8, в которой Ника узнает много нового, но и вопросов возникает не меньше

Оглавление

— Ай да Митрофан!

Паек с оранжевой этикеткой пайком как таковым не был. Митрофан наполнил коробочки из фольги пищей богов — недоступным простым смертным алхимическим способом домовых. И не беда, что содержимое не выглядело как сервированное блюдо из пятизвездочного ресторана — оно было необыкновенно, вот невероятно вкусным. И для его подогрева достаточно было надавить на уголок упаковки.

— Объеденье. — Максим облизал ложку. — А у нас еще много этих сухпайков осталось?

— Еще по два каждому. — Ника заглянула в мини-холодильник.

— Тогда еще по одному сейчас, а два оставим про запас. Как тебе такой план?

Нике план нравился. Ей вообще нравилось то, что сейчас происходило. И полночный ужин, и компания. И даже то, что спать им оставалось от силы несколько часов, а уже с раннего утра предстояло быть живцом для неведомой напасти, не портило настроение.

Но кое-что все-таки надо было выяснить.

— Максим, — тщательно выскребала ложкой содержимое сухпайка Ника, — а ты понял, что это были за воронки?

— Воронки? — Казалось, парень с сожалением отвлекся от ужина. Но вот он поднял глаза на девушку: будто солнце озарило пасмурное небо. — Это была сила, противостоящая Создателю.

— Создателю?

— Здесь его называют богом.

Богом? Ника не знала, что сказать. Бога она не встречала. В официальные религиозные версии не верила.

— И вот что я тебе скажу. — Максим поднялся поставить чайник. — Я такого никогда не видел. А видел я, поверь, многое. Очень многое.

— Но ты же сказал…

— …про силу, противостоящую Создателю? — Парень принялся заваривать чай. — Сказал. И от своих слов не отказываюсь. Просто сила эта каждый раз принимает разные обличья. В чем-то они всегда схожи. А вот такого проявления я, повторюсь, не видел.

— И в течение какого промежутка времени ты все это видел?

Ника не хотела задавать этот вопрос — он сам вырвался.

В ответ Максим вздохнул. Помолчал. Потом все-таки заговорил:

— Это в какой системе летоисчисления посмотреть. Я жил долго, очень долго.

— Дольше, чем лет… пятьдесят? — Для двадцатишестилетней девушки и тридцать было за глаза.

— Намного, — усмехнулся Максим.

Но как-то невесело у него это вышло.

— Я вот что хотела спросить, — сменила тему Ника. Ей было очевидно, что откровенничать сейчас собеседник не собирается, а продолжить разговор хотелось. — А что произошло сегодня… уже вчера днем? Я никогда не видела Аристарха настолько помятым. И… — гулять так гулять! — И почему ты его назвал светлым темным волхвом?

— Отвечу сперва на второй вопрос. — Максим улыбнулся светло-светло. — Я не знаю, какая принята классификация сейчас, но в мое время была именно такая. Маги-стихийники планетарного масштаба назывались волхвами. Некроманты такого же уровня — темными волхвами.

— Э?.. — проявила красноречие Ника. Потом все-таки собралась с мыслями. И неожиданно для себя брякнула: — А ты много волхвов видел?

— Достаточно, — уклончиво ответил собеседник. — А ты?

Волхвов? Ника призадумалась. Может, и видела. Не знала же она, что Аристарх — темный волхв? Не знала. Может, и еще какой-нибудь преподаватель в альтер-матери тоже волхв. Хотя… Да, она видела еще одного волхва — на заре обучения в альтер-матери. Приезжал к ним начальник звенигородского магического Заповедника волхв воздушной природы Борилий — читать какую-то общеобразовательную лекцию. О силе ума этого волхва ходили легенды. И о чувстве меры, а также постоянно проявляющей себя совести — бывало, что и не к месту.

— Если он что-то сделал не так — глаза наливаются кровью? А бывает, что и теряет сознание? — усмехнулся Максим.

— Не знаю, сама не видела. Но про его совесть нам потом Аристарх рассказывал, вот я и запомнила. Мол, у волхва Борилия много э-э-э… скажем так, знаний и силы, а потому и ответственности через край.

Рассказывали им и о другом волхве, Терентии — огромного роста, могучем. Водной, если она не ошибалась, природы. Вот только, Ника его никогда не видела, даром, что он иногда навещал альтер-матерь: его тоже приглашали читать лекции первокурсникам. Вот и на факультете травников, где Ника училась первый год, такая лекция была запланирована. Помнится, Ника бегом бежала на эту лекцию, но, увы. Лекция не состоялась: вечно занятой волхв Терентий не смог прибыть в альтер-матерь.

— Жаль, — посочувствовал парень. И сказал: — Ты не обижайся, водный волхв и правда очень занят. И я даже не могу себе представить, насколько.

На это Ника не нашла, что ответить. Она и не думала обижаться, просто расстроилась. Впрочем, это давно было, и та досада уже прошла.

— Так вот, об Аристархе Демьяновиче, — продолжил беседу Максим. — Без всякого сомнения, он — темный волхв. То есть вхож как в мир материальный, так и мир мертвых. Но он светлый.

— То есть? — Ника запуталась.

В мир живых — это как раз понятно. Но мертвых? Девушка, сколько ни старалась, не могла себе это представить. А потом вдруг встрепенулась:

— А с ребятами из нашей четверки он может встретиться?

— Не знаю, — не задумываясь ответил Максим. — Я не некромант. Но ты как-нибудь спроси у него сама.

Ага, спроси. Ника представить себе не могла, как она задаст этот вопрос — после того, как Аристарх запретил ей даже думать о прошлом. Вот так и сказал: тема закрыта. А то, что после этого разговора Ника только и делала, что жила прошлым, его как будто не касалось.

И он был по-своему прав. И это девушка сейчас особенно хорошо понимала. Живым надо жить среди живых. И уж кто-кто, а темный волхв, поди, в этом очень хорошо разбирался.

— Но что значит темно-светлый?

— Порчу навести не сможет, — пояснил парень. — Настолько светлый.

— Это… хорошо! — Ника, признаться, растерялась.

Вообще-то, Аристарха не то, что боялись — опасались. Опасались все, за редким исключением — Митрофан, например, относился к начальнику службы как к равному. И Аристарх домового тоже уважал. А вот остальные… Чувствовалось в Аристархе что-то такое…

— Не даст спуску? — Максим наполнил опустевшие чашки чаем. Ника с благодарностью взяла свою.

— Да, народ опасается косячить, — наконец нашла девушка формулировку поточнее. — А он, оказывается, светлый.

— Светлый — не значит слабый, — пожал плечами Максим. — Его подчиненные просто чувствуют его силу. Вот и, как ты выразилась, опасаются косячить.

Кстати о силе.

— Так что у вас там сегодня… то есть, уже вчера произошло?

— Воронки. — Голос Максима стал глухим. — Сразу три воронки. Мы попали в засаду. Выехали на подозрение на прорыв, а попали на воронки.

Он говорил, а Ника видела как наяву. Аристарх и Максим — почему-то парят в воздухе. Они только что ушли от смертельной опасности. Под ними одна за другой раскрываются-расцветают воронки. Раскрываются и лопаются — под воздействием каскадов света, срывающихся с рук Максима.

— Вы летали? — Ника тряхнула головой, отгоняя жуткое видение.

— А ты это видела? — Максим как-то очень пристально посмотрел на девушку.

— Вас над воронками? — Нике почему-то от этого взгляда стало не по себе. — Видела. А что?

— Ничего, — качнул головой Максим. — Давай не будем сегодня об этом.

— Ты спас Аристарха? — Нике было важно узнать ответ на этот вопрос.

А судя по тому, что доверие к ее собеседнику со стороны начальника службы возросло, это было похоже на правду. И уж не проявление ли этого самого доверия случилось недавно в кладовой? И отослали ее за тряпками и ведрами как-то скоропостижно. А потом эти самые тряпки и ведра не понадобились.

— Я ему помог, — уточнил Максим. — Поверь мне, ваш Аристарх не мальчик, сам может за себя постоять. И в тот раз наверняка бы справился.

— Что верно, то верно, — не стала спорить Ника.

Но все-таки что-то тут было нечисто. Но что? Ника не знала, у нее для полноценного анализа не хватало вводных. Одно она знала точно: Аристарху можно доверять. И Максиму, как показала практика, тоже. А со всем остальным она со временем разберется.


С тем они допили чай и легли спать.

До охоты на живца оставалось всего три часа.

***


Утро началось рано — еще затемно.

— Подъем. — Максим легонько потряс девушку за плечо. — Кофе будешь?

— М-м-м?.. — Нике хотелось не просыпаться, а спать дальше. И дальше, и дальше… Стоп. Кофе?

Максим?!

Девушка резко села, потрясла головой. Мансарда, но не ее прежняя — в альтер-матери. Парень у плиты переливает сваренный в турке кофе в изящные чашечки. На столике у кровати ломти кекса с изюмом — свежие, издающие чумовой аромат.

И, что самое замечательное, хотелось жить!


Девушка отбросила одеяло. Оглядела себя: тренировочный костюм, все вполне пристойно.

— Вставай уже, соня. — Парень поставил чашки на столик. — В темпе умывайся, завтракай, и выдвигаемся.

«Куда?» — хотела было спросить девушка.

И тут же вспомнила: они с Максимом теперь приманка для воронок.

Воспоминание придало бодрости. Ника вскочила и отправилась в туалет — приводить себя в порядок.

И, надо сказать, с этой задачей Ника справилась на отлично. Через несколько минут на нее из зеркала смотрела весьма симпатичная молодая особа. Собранная, решительная, но это ее нисколько не портило — придавало очарования.

Оставалось только позавтракать, что Ника и сделала. Взяла чашку со столика, откусила от кексика с изюмом…

— С добрым утром. — Прямо посреди мансарды материализовался Аристарх Демьянович. — Десятиминутная готовность.

Ника не ответила — чуть было не поперхнулась кексиком, когда в комнате появился начальник службы: как?

С смысле, как Аристарху Демьяновичу удалось материализоваться в мансарде? На ее памяти он никогда не телепортировался. И на лекциях им говорили, что современные маги этого не умеют.

— Тебе же вчера Максим сказал, что твой наставник — темный волхв, — укоризненно произнес начальник московской службы.

Он выглядел на все сто: гладко выбрит, костюм с иголочки, начищенные до блеска туфли — наверняка домовым.

— Сказал, — вздохнула Ника. — Но кто же знал, что из этого следует не только телепатия, но и телепортация?

— Я так понимаю, соответствующей лекции во время обучения не было? — Максим с интересом посмотрел на начальника московской службы. — И вопрос «почему» задавать бессмысленно?

— Те, кому надо, в курсе, — ворчливо, но при этом предельно уважительно отозвался Аристарх.

— А мне, значит, знать не надо. — Ника не хотела так реагировать, оно само вырвалось. — А зачем тогда все эти микроавтобусы, на которых мы выезжали на задания? Если можно э-э-э… телепортом?

— А как ты думаешь, мы переместились на Пречистинку прошлой ночью?

И точно! Ника с удивлением смотрела на начальника службы. При всем желании микроавтобус не домчал бы с Никольской на Пречистинку за минуту. Точнее, меньше, чем за минуту.

— Так это получается, Миха в курсе? — сложила девушка два и два.

— В курсе, — неохотно произнес Аристарх. — Но остальные об этом знать не должны. Оперативники не пользуются телепортом практически никогда. И… И боже тебя упаси, сотрудница, испытывать сейчас мое терпение. У нас почти нет времени!

Точно, время! Ника бросила взгляд на наручные часы. Без четверти пять! Уже через пять минут им надо выдвигаться. Ника выпрыгнула из кресла, в пару шагов оказалась возле вешалки. Несколько секунд, и девушка была полностью готова к выполнению задания.

Но до выхода оставалось еще больше четырех минут, и Ника задала вопрос: а кто на этот раз куролесит?

— «Благодетели», — не произнес — выплюнул Аристарх характеристику.

— Очередные? — понимающе усмехнулась Ника. — И что на этот раз? Исправление кармы? Поворот стрелы времени вспять? Что-то новенькое?

— Пока не знаем, — скривился начальник службы. — Но активная тьма сквозь «благодетелей» уже не сочится, но течет. Поймаете — узнаем, чем они конкретно занимались.

Ага, значит, «благодетели» были свежими, их не разрабатывали и наблюдение за ними не велось. Оставался только один вариант: «благодетелей» вычислили аналитики.

На самом деле, подобные дела частенько помогали раскрывать именно аналитики. Какими-то им одним ведомым способом просчитывали, где и когда можно выловить нарушителей, пытающимися всеми правдами и неправдами прорвать ткань бытия. Или иными словами, нарушить баланс мировых энергий в свою пользу.

— А почему вы так уверены, что это не обычные мошенники? — Максим удивленно переводил взгляд с начальника службы на девушку.

— От мошенников не бывает столько урона, — скривился Аристарх. — Хотя, конечно, мошенник мошеннику рознь. Бывало, так народ до массового негодования искусно доводили, что поневоле задумаешься, кто именно им в головы их мошеннические идеи вкладывал.

— И кто? — Максим с интересом посмотрел на Аристарха.

Было видно, что у парня есть свое мнение, но высказывать его он не спешил.

— Наверняка сами додумывались. — Аристарх уже успокоился — так же быстро, как и распалился. Тон его стал предельно философским: — Много ли ума надо, чтобы свернуть с правого пути на колдобины? Но к делу. Ника, что делать с «благодетелями», ты знаешь. Покажешь Максиму. Максим, в случае чего ты прикрываешь Нику. Все, время пошло не на минуты — на секунды.

Лирик и Максим

Подняться наверх