Читать книгу Между строк – есть только мы - - Страница 4

Жизнь будто нарочно старалась стереть из памяти те волшебные летние дни в Сосновке. Теперь каждый будний день Алексея и Анны следовал жёсткому, почти механическому распорядку: подъём в 7:00, сборы, дорога в школу сквозь утренний туман городских улиц, шесть уроков, потом – кружки, домашние задания, поздние возвращения домой при свете фонарей.

Но каждую субботу в 16:00 они словно включали тайный переключатель – и мир снова наполнялся цветом, смыслом, дыханием чуда.

Кафе на углу оставалось их убежищем. Деревянные столики, слегка потёртые от времени, всё так же излучали тёплое свечение. Воздух был пропитан многослойным ароматом: свежемолотый кофе, ванильный сироп, коричные булочки из соседней пекарни. Над стойкой висел маленький колокольчик – он тихо звенел при каждом открытии двери, будто подавая знак: «Здесь начинается другая реальность».

Алексей приходил первым. Он садился за их привычный столик у окна, заказывал чёрный чай без сахара и доставал блокнот – тот самый, в синей обложке, с потрёпанными уголками. Страницы были заполнены:

обрывки фраз, выхваченных из разговоров;

цитаты из прочитанных книг, обведённые красным;

наброски рассказов – короткие, сумрачные, полные недосказанности;

схемы сюжетных поворотов, нарисованные карандашом;

пометки на полях: «развить», «вернуть», «не забыть».

Он листает страницы, перечитывает написанное, иногда зачёркивает, иногда добавляет новые строки. В эти минуты его лицо становилось особенно сосредоточенным: брови слегка сдвинуты, пальцы нервно постукивают по краю стола, взгляд то и дело перемещается от блокнота к окну, где за стеклом проплывают силуэты прохожих.

В 16:00 дверь кафе тихо звенит – входит Анна. Она всегда появлялась точно в срок, будто сверяла часы с внутренним метрономом. На ней – объёмный свитер с узором в виде снежинок (даже в августе), в руках – портфель, набитый книгами, а на лице – та самая улыбка, от которой у Алексея всегда теплело в груди.

– Прости, опять задержалась, – говорит она, скидывая рюкзак на соседний стул. – Учительница по химии решила устроить внеплановую контрольную. Я еле вырвалась.

Её голос – звонкий, чуть прерывистый от быстрой ходьбы – мгновенно заполняет пространство вокруг. Она достаёт из портфеля книги:

свежий выпуск литературного журнала с яркой обложкой;

потрёпанный том Кафки, найденный на блошином рынке;

тонкий сборник стихов Ахматовой, завёрнутый в цветную бумагу.

– Смотри, что нашла! – она кладёт книги на стол, и Алексей замечает, что на одной из них – след от чая. – Прости, я случайно… Но это же символ, правда? Книга, которую любят.

Она смеётся, и этот смех – как солнечный луч, пробившийся сквозь тучи. Алексей улыбается в ответ, но молчит. Слова не нужны. Они понимают друг друга по взглядам, по жестам, по тому, как одновременно тянутся к чайнику, чтобы налить себе ещё чаю.

Пока Анна рассказывает о контрольной, о том, как едва успела дописать последнюю задачу, Алексей разглядывает её:

волосы, слегка растрёпанные от ветра;

веснушки на носу, которые становятся ярче, когда она волнуется;

пальцы, нервно перебирающие страницы журнала;

глаза – живые, блестящие, будто в них отражается весь мир.

Он вдруг осознаёт: вот он, их остров чуда. Не где‑то в далёкой стране, не в страницах книг – а здесь, за этим столиком, между чашками чая, между словами, между паузами.

Анна замолкает, замечает его взгляд и спрашивает:

– О чём думаешь?

– О том, что это место… – он обводит рукой кафе, – оно как портал. Мы входим сюда – и оказываемся в другом времени.

Она кивает, не удивляясь. Для неё это тоже очевидно.

– Да. И знаешь, что самое главное? – она наклоняется ближе, понижает голос до шёпота. – Мы можем возвращаться сюда сколько угодно раз. Это наше место. Наше время.

Они молчат, но тишина не тяготит. Она наполнена:

звоном чайных ложек;

приглушёнными разговорами за соседними столиками;

шумом дождя за окном (если идёт дождь);

ароматом свежей выпечки;

теплом их рук, случайно соприкоснувшихся на краю стола.

Это и есть чудо – не громкое, не эффектное, а тихое, повседневное. Чудо, которое они создали сами.