Читать книгу Между строк – есть только мы - - Страница 6

Тот день начался как обычно – с раннего подъёма, чашки крепкого кофе и торопливого просмотра конспектов перед школой. Анна даже напевала что‑то под нос, пока завязывала кеды: в голове крутились строки из монолога Джульетты, который она должна была читать на пробах в городскую театральную студию.

Но уже в школе всё пошло не так. Сначала – двойка по физике («Опять не выучила формулы!»), потом – ссора с одноклассницей из‑за места у окна, а на перемене – сообщение от руководителя студии: «Пробы перенесены на час раньше. Успеешь?»

Анна успела – но только потому, что бежала через весь город, едва не сбив велосипедиста и потеряв по дороге заколку для волос. В студии пахло деревом и краской, в воздухе витал запах волнения и пота. Она стояла в очереди среди других девушек – все в чёрных трико, с идеально собранными волосами, с серьёзными лицами.

– Анна Смирнова, – произнесла администратор, глядя в список. – Проходите.

Она вошла в зал. Три члена комиссии сидели за длинным столом, перед ними – микрофон и стопка бумаг. Свет софитов бил в глаза, заставляя моргать.

– Ваш монолог, пожалуйста, – сказал мужчина в очках, не поднимая взгляда.

Анна вдохнула глубоко, начала:

«О, Ромео, Ромео! Зачем же ты Ромео?..»

Первые строки звучали уверенно, но потом голос дрогнул. Она почувствовала, как пересохло в горле, как заколотилось сердце. Слова вдруг стали чужими, тяжёлыми, будто камни во рту. Она сбилась, замолчала, попыталась начать снова – и снова запнулась.

– Достаточно, – перебил её женщина в красном пиджаке. – Спасибо, мы всё поняли.

Тишина. Только тиканье часов на стене – громкое, как удары молота. Анна кивнула, пробормотала «до свидания» и вышла, не видя дороги.

Возвращение в реальность.

На улице шёл мелкий дождь. Она шла, не замечая, как промокают кеды, как капли стекают по волосам, как холод пробирается под куртку. В голове крутилось одно: «Я провалилась. Я не смогла».

В кафе она появилась позже обычного – в 16:30. Дверь звякнула, но Алексей не сразу её заметил: он был погружён в чтение, пальцы нервно листали страницы блокнота. Когда он поднял глаза, то сразу всё понял.

– Аня?.. – он вскочил, отодвигая стул. – Что случилось?

Она молча опустилась на сиденье, положила на стол скомканный листок с результатами отбора. Руки дрожали.

– Они сказали… – голос звучал глухо, будто издалека. – «Слишком наивная манера. Как будто ребёнок, который не понимает, о чём говорит».

Алексей потянулся к её руке, но она отдёрнула её, будто обожглась.

– Я тренировалась неделю! Читала перед зеркалом, записывала на диктофон, просила маму слушать… А они… – она сжала кулаки, ногти впились в ладони. – Я же чувствовала, что могу! Что это моё!

Голос сорвался на всхлип. Она уткнулась лицом в ладони, плечи задрожали. Алексей молча налил ей чай, поставил чашку рядом, пододвинул сахарницу.

– Выпей. Горячий.

Она не ответила. Сидела, сжавшись, будто хотела стать невидимой. Дождь за окном усилился, капли стучали по стеклу в ритм её прерывистому дыханию.

Разговор сквозь слёзы

Через несколько минут Анна подняла голову. Глаза красные, тушь размазалась по щекам, но взгляд – твёрдый, почти злой.

– Знаешь, что самое обидное? – прошептала она. – Они даже не дали мне шанса. Просто посмотрели, послушали две фразы – и всё. Как будто я не человек, а вещь, которую можно отвергнуть.

Алексей молчал. Он достал из кармана платок, протянул ей. Она вытерла слёзы, шмыгнула носом, но не стала прятать лицо.

– Ты понимаешь, – продолжила она, уже спокойнее, – я ведь не просто хотела роль. Я хотела доказать себе, что могу. Что я не просто «милая девочка с улыбкой». Что во мне есть глубина. А они…

Её голос снова дрогнул, но она сжала губы, глубоко вдохнула.

– А ты понимаешь, – твёрдо сказал Алексей. – Просто они не увидели того, что вижу я.

Он достал из рюкзака блокнот и начал читать отрывок из своего нового рассказа – тот, где героиня, похожая на Анну, говорит:

«Я не наивная. Я – внимательная. Я вижу то, что другие пропускают. Я замечаю, как дрожит лист на ветру, как старик на остановке улыбается своему отражению в стекле, как дождь рисует на асфальте узоры, которые никто не видит. И если это наивность – пусть. Потому что только так можно увидеть мир по‑настоящему».

Анна слушала, не шевелясь. Когда он закончил, она долго смотрела на него, потом тихо спросила:

– Это… про меня?

– Конечно.

Она улыбнулась – впервые за день. Улыбка вышла слабой, но настоящей.

– Спасибо. Но мне нужно доказать, что я могу больше.

– Ты уже можешь, – возразил Алексей. – Тебе просто нужно найти свой голос. Не их. Твой.

Первый шаг к себе

Анна достала из сумки зеркало, посмотрела на своё отражение. Размазавшаяся тушь, мокрые волосы, покрасневшие глаза – но в глазах что‑то изменилось. Не отчаяние, а вызов.

– Знаешь что? – сказала она, складывая зеркало. – Я напишу свой монолог. Про себя. Про то, что чувствую. И прочитаю его. Не им. Себе.

– Давай, – кивнул Алексей. – А я послушаю.

Она достала блокнот, ручку, написала сверху: «Мой монолог». Первая строка вышла неровной, дрожащей, но с каждой новой фразой почерк становился увереннее.

За окном дождь постепенно стихал. Лучи солнца пробивались сквозь тучи, освещая их столик, чашки с чаем, её сосредоточенное лицо, его поддерживающий взгляд.

И в этот момент Анна поняла: провал – это не конец. Это просто точка, от которой можно оттолкнуться.