Читать книгу Выбор - - Страница 7

– Дэвид, ты уверен, что записал координаты правильно? Это место не назовёшь пустынным, там постоянно кто-то ошивается – то подростки с гормональным взрывом, то неформалы. Каким, интересно, образом нам передадут товар? Что, если это ловушка?

Мы с другом сидели в моём кабинете, битый час обсуждая наши планы, и никак не могли прийти к общему знаменателю. Дэвид барабанил пальцами по столу, и его лицо было напряжённым, хотя всем своим видом он пытался доказать мне обратное. Свет в кабинете был тусклым, а за окном разразилась настоящая буря, будто предупреждая нас о том, что ждёт впереди. Молнии сверкали, освещая кабинет, а гром заглушал даже стук собственного сердца.

– Я уже думал об этом, но это вся информация, которую мне удалось получить. Мне нужно четыре человека, две машины и оружие. И точка, куда мы отвезём то, что получим. Две сделки в один день – ты рискуешь.

– Чем именно? – усмехнулся я, – всё будет в порядке. Как и всегда. Дэвид, не забудь, что после того, как Габи получит информацию о том, по какому пути поедут машины с оружием, у вас будет не так много времени, чтобы перехватить машины, избавиться от людей и спрятать всё, что сумеем получить.

– Где ты спрячешь такое количество оружия? Ты покупателя нашёл?

– В яхт-клубе, в том же тайнике, где обычно. Покупатель будет ждать товар через два дня.

– Ты уверен, что это хорошая идея? Клуб трясут уже несколько дней с проверками, что, если они явятся и увидят оружие?

– Не явятся и не увидят. Делай то, что говорят, и не наводи панику. Стрельба на пляже ещё ничего не значит.

– Не значит, говоришь? А тот факт, что за последнюю неделю у нас трижды срывались сделки, потому что покупатели резко меняли свои планы, тоже ничего не значит? А то, что тебе уже несколько раз давали неверные координаты, где нас ждала облава? Тоже ничего не значит?

Я вздохнул, понимая, что отчасти он прав. Кто-то точил на нас зуб, и у этого «кого-то» неплохо получалось. Пока мы обходились малой кровью, но я предполагал, что худшее ещё впереди. Последний раз я попадал в подобную ситуацию, когда мне было ещё шестнадцать лет, и мои родители, как могли, отбивались от натиска Змей. Тогда их возглавляли родители Мартина Уайта – отца Натаниэля, они буквально ежесекундно контролировали каждый наш шаг, не давая развернуть бизнес до тех широт, до которых нам хотелось. Любая наша попытка открыть игорный бизнес тут же пресекалась ими на корню – они получали лицензию на строительство ресторанов. Ровно на том месте, где нам было выгодно открыть казино. Я был подростком, и мало что понимал в бизнесе и во всех его тонкостях, но чётко усвоил лишь одно – Змеи никогда не дадут нам спокойной жизни. Их уже тогда спонсировал Александр Лайтвуд – тот, кто сейчас был на верхушке айсберга, тот, кто до сих пор контролировал всех нас. Он искал выгоду везде, где мог её получить. Ловко манипулируя то одной, то другой стороной, он всегда оставался в выигрыше, заставляя каждого из Волков и Змеев прибегать к незаконным способам борьбы.

Шли месяцы, и бизнес Уайтов разрастался – они открывали всё больше и больше ресторанов и кафе, становились богаче и счастливее. Часть дел отец Мартина передал сыну и его тогда ещё будущей жене – Оливии. И тогда мой отец пришёл ко мне с разговором. Он долго рассказывал мне о том, чего я смогу добиться, если не буду сидеть в тени, а начну работать с ними. На них. Если начну делать то, что они говорят и помогать им во всех их делах. В тот день он вложил мне в руку пистолет и сказал, что я должен пройти своё первое испытание. Я дрожал от страха, думая лишь о том, сколько всего испытаний мне придётся пройти, и толком не понимая, зачем мне пистолет. Понял я это чуть позже, в тот день, когда к нам на ужин пришёл какой-то человек, которого я впервые видел, и рассказывал о том, что у него есть все документы, позволяющие снести наши постройки и на их месте возвести торговый центр. Отец кивнул мне в тот самый момент, когда этот человек доставал бумаги, судя по всему, имея в виду, что я должен его убрать. Не думая и не прицеливаясь, я выхватил пистолет и нажал на спуск, зажмурившись от страха и осознания, что назад пути уже не будет. Не открывая глаз, я услышал выстрел, потом стон и какой-то булькающий звук, а дальше наступила тишина. Возможно, я потерял сознание – сейчас было трудно вспомнить. Спустя сутки я узнал, что первое испытание я прошёл успешно. Но впереди было ещё два. И я с ужасом представлял, что меня ждёт дальше, если первым испытанием стало убийство. Однако вторым испытанием стало моё присутствие на сделке отца. Я снова толком ничего не понимал – они говорили о каких-то делах и поставках, а в конце вручили мне коробку, которую я должен был передать одному человеку. Я равнодушно пожал плечами, даже не спрашивая, что внутри этой коробки. Что страшного в том, чтобы передать коробку? Но, когда я прибыл на место встречи, я встретился с весьма недружелюбными мужчинами, наставившими на меня оружие. Они трясли перед моим носом своими пушками и требовали, чтобы я отдал им коробку и убирался подальше, если желал остаться в живых. Но отец дал мне чёткие инструкции – коробка в обмен на деньги, в случае опасности – стрелять. Опасность была очевидна, и я, сумев незаметно вытащить пистолет, выстрелил в одного из тех, кто мне угрожал. Началась паника, один из угрожавших сунул мне в руку конверт с деньгами, забыв про коробку, и я, пользуясь моментом, сбежал. Дома я узнал, что в коробке были наркотики, и я, несмотря на то, что был дилетантом, сумел получить плату и сохранить у себя товар, который мы потом перепродали дороже, чем планировали. Второе испытание было пройдено, и бонусом отец отправил меня на обучение стрелковому делу – я должен был научиться стрелять быстро, попадать в цель, и также быстро ретироваться с места событий. Какая-то часть моего сознания заблокировала мысли о том, что я делаю что-то неправильно, потому что так делали мои родители. А родители знают, как лучше жить их детям. Я учился в университете, а в свободное время обучался стрельбе и прочим прелестям криминальной жизни. И совершенно забыл о том, что меня ждёт третье испытание. Но не забыл мой отец. Он вынашивал этот план несколько месяцев, чтобы поставить меня перед фактом в самый неподходящий момент.

Тогда я даже не думал о том, что третье испытание – это испытание, длиною в жизнь… Я сделал то, что велел мой отец. Я убил Оливию, и, теоретически, убил и Натаниэля.

– Дэвид, что ты предлагаешь? – вынырнул я из своего прошлого. – Бросить всё и начать выращивать розы? Причём за решеткой, без права на освобождение?

– Почему сразу розы, – Дэвид налил себе виски, – цветов много, розы слишком колючие.

– Мы справились со Змеями тогда, двадцать лет назад, что нам мешает справиться с ними сейчас? Если это вообще они, в чём я очень сомневаюсь. Родителей Оливии и родителей Мартина убрали в тот же день, когда мы избавились от них самих. Никого не осталось.

– Это и пугает. В то время твои родители, ты и все, кто вам помогал, имели чёткое представление о том, кто с кем воюет. Сейчас перед нами невидимый враг, а воевать с невидимками очень сложно.

– Это не значит, что мы должны сдаться и опустить руки. Я буду продолжать делать то, что делал. Если кому-то страшно, то двери – там, – я махнул рукой в сторону выхода из кабинета, разозлившись на своего друга. Вместо поддержки я получил сомнения – а мне хватало и своих.

– Никуда я не собираюсь уходить, – спокойно сказал Дэвид. – Но ты слишком расслабленно рассуждаешь о том, что происходит. Пора включать резервы и быть осторожнее. Возможно, на время затаиться и не совершать никаких сделок.

– И выращивать розы, я понял, – я с трудом сдержал улыбку.

На самом деле, расслабленным я был лишь снаружи. С того момента, как начались проблемы, а они начались ещё до стрельбы на вечеринке, я постоянно думал лишь о том вечере, когда я убил мать Натаниэля и спас жизнь ему самому. Что, если я ошибся? Что, если я не заметил свидетелей, и кто-то знает и знал всё это время, что Натаниэль жив? Что будет, если сам Натаниэль узнает о том, что я убил его мать, и что он – наследник крупнейшего строительного и ресторанного бизнеса, который я незаконно присвоил себе много лет назад. Бросит ли он мне вызов…Я не зря отстранял его от всех своих дел, не желая обучать тому, чему учился сам. Тем самым я спасал не его, а себя. Я предполагал, что рано или поздно, правда может выплыть наружу, и тогда мне придётся несладко. Но даже, если Натаниэль узнает обо всём сейчас, то у меня хватит времени, чтобы решить эту проблему – ввиду отсутствия знаний и умений, вряд ли он рискнет что-то быстро предпринять.

Пока я судорожно придумывал план, не зная, пригодится он или нет, я успел решить вопросы с машинами, велел освободить яхт-клуб от лишнего мусора и усилить охрану по всему его периметру.

– Дэвид, машины будут ждать тебя на Линкольн Роуд. Товар ты должен получить, ничего не отдавая взамен. Если что-то пойдёт не так, беги. Бросай машину и беги. Сейчас самое главное, не допускать лишних ошибок. Если кто-то хочет нас поймать, то, скорее всего, он пошлёт к нам подставное лицо. И от твоего умения его распознать, зависит будущее. Твоё – в первую очередь, наше общее – во вторую.

Дэвид кивнул, напряжённо хмуря брови и сжимая кулаки. В какой-то момент мне показалось, что он знает больше, чем говорит мне, но это было невозможно. Я доверял ему даже больше, чем себе, и предательство с его стороны исключено. Я бросил взгляд на часы и похолодел. Габриэлла давно должна была уехать из казино, сбросив мне нужную информацию, но телефон молчал.

– Вот чёрт, – выругался я, – Дэвид, боюсь, что у Габриэллы что-то пошло не так. Она давно должна была предоставить мне информацию, но от неё ни слова. Поехали!

– Куда? – остолбенело спросил он. – Ты что, поедешь туда сам?

– Ты предлагаешь мне ждать, когда её убьют? Она моя дочь! Моя единственная дочь! – я с трудом сдерживался, чтобы не сорвать все свои переживания на своём друге.

– Думать надо было, когда ты втянул её в этот мир. Её никто не убьёт, успокойся, – он сжал мои плечи с ощутимой силой, будто желая физической болью отвлечь меня от переживаний.

До казино мы ехали в нервном молчании – Дэвид нарушать тишину не решался, а я прокручивал в голове все возможные варианты случившегося. Чутьё меня не подвело. Подъезжая к своему детищу, я заметил скорые, пожарные и дым, который шёл изнутри. Полиция и ФБР тоже были там. Дэвид отреагировал моментально, развернув машину и направив её в обратную сторону, набирая чей-то номер.

– Пришли своих людей на тридцать девятую улицу, срочно. Нужно разыскать Габриэллу Джонсон и получить всю необходимую информацию. У тебя есть десять минут. Если не управишься – сам знаешь, что будет. Я жду звонка. – Дэвид отключил телефон, посмотрев на меня. Я отвёл взгляд, понимая, что впервые за столько лет чувствую страх. Не за себя и своё дело, а за свою дочь, которая была в опасности. А я ничего не мог предпринять, трусливо спасая свою шкуру.