Читать книгу Помощница Деда Мороза - - Страница 2

На севере Вологодской области, среди бескрайних лесов и прозрачного воздуха, спрятался маленький городок – Великий Устюг. Но речь пойдёт не о той версии Великого Устюга, которую туристы видят на карте, с сувенирными лавками и музеями. Нет, мы отправимся в другой Устюг – особый мир, существующий отдельно от нашего, доступный лишь тем, кто способен поверить в настоящее чудо. Там царствует вечная зима, а пространство словно ожило страницами старых сказок. Время движется иначе, превращаясь в игру света и тени. Каждый дом в этом городке – сам по себе отдельная сказочная глава. Зима здесь – не просто холодный период, а особое состояние души.

Дома в деревне сложены из тёмного кедра, с резными наличниками в виде снежинок, звёзд и старинных ключей. Крыши покрыты снегом, который никогда не тает, а лишь становится плотнее, будто прикрытый волшебным одеялом. Из труб вьётся лёгкий дымок, пахнущий можжевельником, мёдом и корицей. Фонари у ворот горят тёплым янтарным светом и не гаснут даже в самые сильные метели. У каждого дома – ёлка, украшенная не игрушками, а настоящими воспоминаниями: на ветвях висят миниатюрные сцены – смех ребёнка, первые шаги, поцелуй под бенгальскими огнями. Это – традиция Снежной Поляны: праздник начинается задолго до декабря.

А в центре деревни – мастерская Деда Мороза.

Огромное здание из красного кирпича и белого дерева, с куполом, увенчанным венцом из льда, который никогда не плавится. У входа – две бронзовые оленьи головы, между ними – фонарь в форме глобуса, где вместо карты – мерцающие точки городов, куда в этот самый момент кто-то верит в чудо. Дверь – дубовая, с резьбой по краю: сцены из разных новогодних праздников – от древних славянских обрядов до современных ёлок в мегаполисах.

Внутри – кипит работа.

Мастерская – это не просто цех. Это живое сердце зимы. Пространство разделено на зоны: упаковка, сборка, контроль качества, волшебная лаборатория и, конечно, зал мечт – огромный зал с глобусом посередине, где каждый вечер Дед Мороз изучает, кому, что и какое чудо нужно. Глобус – не простой. Он показывает не только города, но и сердца: где сейчас радость, где – грусть, где – надежда. Каждая точка светится определённым цветом, и если кто-то вдруг начинает верить в чудо, вспышка пробегает по всей комнате, как молния.

Стены украшены часами – но не обычными. Каждые показывают время в другом городе, где сейчас празднуют Новый год. А под потолком – летающие ленты из пергамента с детскими письмами, которые шевелятся, будто дышат. Они прилетают сюда сами, на крыльях зимнего ветра, и встраиваются в общий хор голосов, что шепчут: «Пожалуйста, Дедушка Мороз…»

Помощники – это не просто работники. Это избранные семьи, хранители тайны. Они одеваются в униформу, передаваемую из поколения в поколение. Верхняя одежда – длинные пальто из белого шерстяного сукна с серебряной окантовкой. На груди – вышитый символ: снежинка в круге, обозначающая верность и чистоту намерений. Под пальто – тёплые свитера с узорами, где каждый рисунок – часть древнего кода: звёзды, ёлки, ключи, сани. Обувь – кожаные сапоги до колена, пропитанные волшебным воском, чтобы не скользить по льду и не замерзать. На голове – шапочки с кисточками, цвет которых зависит от направления работы: синие – упаковщики; красные – сборщики подарков; золотые – волшебники-контролёры; белые с серебром – старшие помощники и наставники. А у тех, кто работает с Дедом Морозом напрямую, на запястье – браслет из морозного камня, который слегка светится, когда рядом появляется волшебство.

Среди них – Дарина Снежная, молодая девушка, с глазами, полными огонька и душой, сотканной из зимних сказок. Высокая, стройная, с волосами цвета пепельного льда, которые она всегда заправляет под шапочку, но несколько прядей всё равно выбиваются – как искры зимнего ветра. Глаза – серо-голубые, будто отражение льда на озере в полдень. На щеках – лёгкий румянец, как будто она только что вернулась с прогулки, хотя и живёт в мастерской уже третий день подряд. Она двигается легко, почти бесшумно. Когда она проходит по коридору, даже механические помощники-автоматы на секунду замедляют ход – будто чувствуют её энергию. На ней – белое пальто с вышитыми созвездиями на спине, тёплый свитер с узором старинного ключа (символ открытия дверей в сердца), и на шее – шарф, связанный её бабушкой. Он не простой: если его правильно завязать, он становится тёплее, когда рядом – кто-то грустит.

В руках – её дневник. Красный, кожаный, с застёжкой на миниатюрный замок. Обложка покрыта вытеснёнными снежинками, ни одна из которых не повторяется. Внутри – аккуратные записи, рисунки подарков, цитаты из старинных сказок, и каждый день заканчивается одной фразой: «Сегодня чудо было рядом».

Её родители – Кирилл и Анна Снежные – легенды мастерской. Кирилл – начальник отдела контроля. Седые волосы, собранные в хвост, борода, как у самого Деда Мороза, но глаза – строгие, как у судьи. Он говорит мало, но каждое слово – как удар колокола: звучит долго. Носит красное пальто с золотыми пуговицами – признак высокого ранга. Его руки – в шрамах от мороза и волшебных искр. Он умеет чувствовать, испорчена ли игрушка или ложь в письме. Говорят, он однажды остановил снежную бурю, просто подняв руку. Анна – напротив, свет. Она отвечает за оформление подарков. Всё, что проходит через её руки, становится красивым. На ней – белое пальто с розовыми узорами, как утренние облака. Волосы – тёмные, с проседью, но всегда уложены в сложную косу, украшенную ледяными бусинами. Она поёт, когда работает. Песни старинные, на забытом языке, от которых даже механические часы в мастерской начинают идти в другом ритме.

Они – пара, которая дышит в унисон. Их любовь – как метроном для всей деревни. Дети в Великом Устюге с малых лет знают: если Анна поёт, а Кирилл улыбается – значит, Новый год будет особенным.

А рядом с Дариной – Снегурочка. Не как в сказках – не дочь, не внучка, а подруга. Их дружба – как симфония зимы. Снегурочка – хрупкая, с волосами, как иней на ветке, в длинном платье из морозного шёлка, с посохом, на конце которого – сияющая звезда. Она не просто украшение праздника. Она – хранительница чувств. Умеет видеть, кто кого любит, кто скучает, кто боится остаться один. Часто приходит к Дарине, садится рядом, молча смотрит на небо. Иногда говорит: «Ты сегодня думаешь о нём, да?» – и Дарина смущается, хотя никто ещё не знает, о ком она мечтает.

Сейчас – канун праздника. В мастерской шумно. По коридорам бегают молодые помощники, толкая тележки с коробками. В зале упаковки – озорные мальчишки в синих шапочках складывают подарки в фирменные мешочки из переработанного волшебного шёлка. В лаборатории – золотые браслеты мигают: идёт зарядка игрушек энергией веры. Где-то в углу Дед Мороз проверяет оленей, а его верный пушистый друг Север – волшебный пёс с серебряной шерстью – лежит у печки, дремлет, но уши держит настороже.

А Дарина стоит у окна, смотрит в сторону деревни. В руках – дневник.Она пишет:

«28 декабря. Сегодня снова собирала подарки для детей из маленького города на юге. Один мальчик просил не игрушку, а чтобы мама больше улыбалась. Я положила туда волшебное зеркальце – оно показывает самые счастливые моменты. Надеюсь, оно сработает. А ещё я чувствую – что-то меняется. Воздух гудит иначе. Сердце стучит быстрее, когда вижу сани у ворот. Я всё чаще ловлю себя на мысли: а что, если…? Что, если в этот раз я не просто помогу собрать подарки? Что, если я увижу всё своими глазами? Я пока не решилась. Боюсь. Но знаю точно – 31 декабря я это сделаю. Я спрячусь за мешком с подарками. Даже если это нарушит все правила. Даже если меня прогонят. Я должна увидеть полёт. Я должна почувствовать, как земля уходит из-под саней, как звёзды становятся ближе. Дедушка, если ты читаешь это… прости. Но я больше не могу ждать. Я – Дарина Снежная. И в этот Новый год – я лечу с тобой».

За её спиной – лёгкие шаги.

Снегурочка подходит, кладёт руку на плечо.

– Знаю, – шепчет она. – Я тоже верю, что он тебя заметит.

Дарина улыбается, закрывает дневник и осторожно прячет его во внутренний карман пальто.

– Пойдём, – говорит она. – Хочется выйти из шума. Хоть на минуту.

Они проходят через тихий боковой коридор, мимо зала, где спят старинные часы, ожидая своего часа, и выходят в небольшую нишу у окна – туда, где стоит старая деревянная скамейка, вырезанная из единого бревна. На ней – плед из оленьей шерсти, тёплый, как дыхание печки. Здесь тихо. Только где-то вдалеке слышен стук молоточка по дереву и шуршание бумаги.

Они садятся рядом. За окном – зимний вечер Великого Устюга. Над лесом – бледно-розовое сияние заката, будто небо дышит сквозь слой мороза. Воздух прозрачный, густой, как стекло. Вдалеке, у края деревни, мерцают фонари, похожие на замёрзшие звёзды.

Снегурочка обнимает себя за плечи, будто чувствует холод, хотя в мастерской тепло.

– Ты действительно решилась? – спрашивает она, не отрывая взгляда от окна.

– Да, – тихо отвечает Дарина. – В последний раз я смотрела, как сани улетают… мне было двенадцать. Я стояла у ворот, держала фонарь, и думала: «Когда-нибудь я полечу с ним». А теперь мне двадцать пять. И я поняла – если не сейчас, то, может, уже никогда.

Снегурочка кивает.

– Он тебя заметит. Не потому, что ты спрячешься. А потому, что ты другая. Ты не просто работаешь. Ты веришь. А это – самое редкое волшебство.

Дарина смотрит на подругу.

– А ты? – спрашивает она. – Ты ведь тоже могла бы… Полететь. Побывать в мире людей. Увидеть, как они живут. Как любят.

Снегурочка замолкает. Её пальцы сжимают посох крепче.

– Я боюсь, – шепчет она.

– Чего?

– Влюбиться, – говорит она, и в её голосе – не стыд, а глубокая, почти древняя грусть. – Знаешь, что самое странное? Я вижу чувства у других. Вижу, как сердца вспыхивают, как любовь растёт, как она спасает. Я помогаю ей находить путь. Но сама… я как лёд. Красивый, чистый, но хрупкий. И если я влюблюсь – я растаю. Исчезну. Перестану быть тем, кем я есть.

Дарина берёт её за руку.– А может, ты просто станешь… настоящей?

Снегурочка улыбается – грустно, но искренне.

– Ты всегда говоришь то, что нужно. Может, и правда… однажды.

Они сидят молча. За окном снег падает медленно, как пух. Где-то вдалеке Дед Мороз смеётся – звук его голоса разносится по коридорам, как колокольный звон.

– А ты, – вдруг говорит Снегурочка, – боишься, что он тебя не поймёт? Что прогонит?

– Боюсь, – честно отвечает Дарина. – Но больше боюсь остаться здесь и потом думать: «А что, если бы?»

– Тогда лети, – шепчет Снегурочка. – Просто лети.

Они смотрят в окно, туда, где за лесом начинается путь саней – путь, что ведёт сквозь ночь, сквозь время, сквозь мечты.И в этот момент обе чувствуют:что-то большое начинается.Что-то – за гранью правил.Что-то – похожее на судьбу.

Где-то в глубине мастерской Дед Мороз улыбается.

Он знает. Он всегда знает.