Читать книгу «Три кашалота». Пернач психотерапевта. Детектив-фэнтези. Книга 15 - - Страница 2

II

Начальник бюро локализации исчезающих координат «Блик» капитан Вьегожев ввел в поисковый адрес новый ключевой символ, составив его таким образом: «Первый золотодобытчик России Иван Прович Протасов; резиденция Екатерины Великой. Доставка драгоценностей; миссия барона Гаврилы Михайловича Осетрова; помощник протоинквизитора Санкт-Петербурга Василь Павлович Широков; протоиерей Памвон Икончев». Едва он поставил точку, как режим раскодировки связей в подсистеме идентификации явлений «Идея» поставил рядом с ними дополнительное имя: «Протасов Данила Семенович».

– С каких это пор ты мне подсовываешь тезок?! Это уже банально и отвлекает от главного. Брысь!.. Вьегожев убрал дополнение и уже хотел было делать запрос на выдачу данных связи указанных субъектов, как система вновь выдала то же имя. Вьегожев потребовал уточнений. «Идея» вдруг обиженно жирно подчеркнула, что ошибки быть не может, и оба они – одно и то тоже лицо. «А-а! Псевдоним! Или же – маска! Такая же, как у бедного моряка Эдмона Дантеса, чудом покинувшего многолетнее заточение, обретшего все богатство кардинала Спада и взявшего себе титул графа, чтобы приступить к изощренной мести!.. «И все же, кажется, слепо верить тебе, увы, становится проблематично! – заявил он «Идее». – Ты хотела повысить планку, но тебя занесло невесть куда!..» Надо сообщить либо в службу вправления железных мозгов, либо в отдел переводов старинных рукописей «Кит-Акробат»: может, заглючила функция перевода, выхватив из истории вместо великого золотодобытчика Протасова Ивана Провича, друга графа Томова и поставщика сокровищ царскому двору некоего Протасова Данилу Семеновича. Что ж, бывает! И внутри атома есть свои зазоры, а значит, не может быть в мире ни идеальной точности, ни идеального равновесия, ни тем более идеальных цифровых машин! Для всех них нужны свои инструменты вправления мозгов. Например, я сажусь у экрана получить стереоизображение, но если мой монитор без специальных очков, то в моих глазах – только муть!.. Вот и сейчас, видимо, машина потеряла очки, и встает вопрос: где их искать?!..

Едва Вьегожев подумал об этом, как услышал голос. Это был голос его психики, приходящий на помощь всегда, когда не могло быть никакого логического объяснения на вставший в мозгу вопрос.

– Ну, Олег Дмитриевич! В самом деле! Зачем же тогда я существую? – сказал он и перешел к обиде, претензии и ругани: – Неблагодарный! Ты забываешь, что я всегда готова выгородить любой твой каприз! И даже помочь выполнить самое заветное желание!

– Тогда подскажи, где взять ключ для совмещения двух разделившихся синусоид, чтобы обнаружить хоть какой-нибудь след к сокровищам. Производственный план не ждет, а время пошло! Отвечай: что значит два Протасова, когда он мне нужен один?!

– Нет, давай так: ты измотаешь себя массой версий, а я не дам тебе сойти с ума!

– И это все?

– А этого мало?!

«Вот так всегда!..» Больше Вьегожев, как и ожидал, ничего не услышал, и при недолгом раздумье решил, что виноват сам. Никаких разговоров ни с психикой, ни с совестью, ни со своей душой вести нельзя. Ибо никаких компромиссов здесь никогда не было и быть не может. Либо ты психически здоров, честен и веришь в духов, либо ты попросту псих! Психика… Да, тут она в чем-то права: она может подарить ровное душевное состояние, и это уже много! В ощущении любого движения материи в реальности или в истории у человека должно быть то, что способно уравновесить в его сознании совместимое с несовместимым, делая это «единым целым», ибо ничего случайного нет, а если это что-то является призраком, чего быть не может, то надо держать это в секрете, ибо только так со стороны ты будешь выглядеть адекватным. Ты можешь верить в число тринадцать, в знак бесконечности, в сакральные числа, либо в то, что вся информация мира укладывается в бесчисленный ряд всего лишь двух знаков – единицы и нуля, и на том зиждутся все компьютерные цифровые мозги. И здесь тебя не признают сумасшедшим только потому, что все условились: есть чудеса, которые признаны, и надо всем этим корпит наука, а есть то чудо, например, вера в бога, которое признано лишь относительно, ибо в человечестве нет на это консенсуса, единого мнения, а потому и согласия глядеть на мир одними глазами. Как этот глупо: жить в мире нераздельных чудес и не видеть главного, что все их держит своими руками, словом или же мыслью – бог вездесущий, вечный, неизменяемый и благой! Разве не чудо, что призраки золотых кладов или же месторождений, на которые рано или позже укажет центральная система «Сапфир», к концу рабочего дня окажутся настоящими, а не мистическими и виртуальными, которые бы нельзя было потрогать руками и не увидеть, как они поступают в гохран!.. И психика здесь, будем честны, окажет свою полезную службу, ведь, выполнив план, уже будет неважно, что Протасов, хоть Иван Прович, хоть Данила Семенович, либо бес, либо ангел. И он, на тринадцати крыльях улетев в бесконечность, поделился двумя паспортами с адресами и ключами от домов, где лежат его деньги!

– Ну, хорошо! Допустим! – сказал Вьегожев и запросил данные о том, может ли Протасов Данила Семенович иметь отношение к золоту и к императрице Екатерине Великой. То, что он увидел на экране монитора, показалось местью расстроенной психики: система ведомства «Трех кашалотов» по розыску драгоценных металлов и рукотворных сокровищ «Сапфир», небрежно отодвинув подсистемы «Идея» и «Кит-Акробат», указала, что оба персонажа являются одним и тем же лицом – незаконнорожденным сыном Петра Великого, а большая часть золота и иных драгоценностей, что оказались на острове Монте-Кристо в сундуках кардинала Спада, была из бездонной сокровищницы этого царственного отпрыска русского царя!

– Ага, все ясно! – сказал Вьегожев. – Это – розыгрыш! И я бы поддержал эти шалости, но они мне уже надоели!.. – Он хотел перезагрузить «Идею», но она тут же крупно напечатала перед ним: «Капитан! Возьмите себя в руки и не наносите боли своим недоверием моей, пусть и не человеческой, но тоже чувствительной и ранимой душе. Еще увидимся и выясним, кто из нас прав, а пока прошу Вас оставить меня в покое, и не звоните мне и не пишите. Я сама, когда надо, отвечу вам!» Местоимение «Вы» было набрано ею с заглавной буквы, что означало, что хотя подсистема и обиделась, она сохраняла в себе человеческое достоинство, зря наговаривая на себя, что в ней его нет и что, в принципе, ничего страшного не произошло. Просто, небольшая размолвка.