Читать книгу Золотая медаль или детство. Как один отец тренировал дочь к олимпиаде - - Страница 11

До первенства России оставалась неделя. Одно дело – обогнать деревенского парня на стадионе. Совсем другое – Россия. Самая большая страна на земном шаре. Тысячи городов, в которых тысячи детей тренируются, чтобы стать чемпионами. Сотни тренеров помогают, ведут будущих чемпионов к заветной цели.

– Сколько билеты стоят? Проживание?

Мама стояла в огромной теплице, которая не первое десятилетие кормила нашу семью.

В теплице было влажно и жарко. Сквозь запотевшие стёкла виднелся только сгорбившийся силуэт мамы. Одетая в овечью жилетку поверх старого сарафана, на ногах – галоши, на голове – платок, чтобы волосы не пропахли цветочной подкормкой, мама работала на земле. Подкармливала коровьим навозом розы, потрескавшимися от удобрений пальцами высаживала луковицы гладиолусов, чтобы они успели расцвести к 1 сентября. Именно эти цветы она повезёт на рынок и будет торговать до вечера. С темнотой вернётся, польёт теплицу, срежет свежие, и так по кругу. У мамы были мы с братом, дом, теплица, огород на десять соток и работа.

Заместитель директора дома культуры не могла позволить себе быть похожей на колхозницу. Поэтому одновременно с работой в теплице топилась настоящая русская баня. Мама наколет дров, разожжёт огонь в печи, намоет детей, приготовит обед. А вечером перед трудовой неделей смоет с себя Люду и переоденется в Людмилу Ивановну: водолазка, узкая юбка ниже колена, а сверху всегда пиджак. В понедельник к 7:45, отправив детей в школу, пойдёт на работу. Маме тогда было чуть больше тридцати пяти лет.

Для неё моя спортивная авантюра была фарсом. Девочка из деревни собралась выступать на первенстве России, тренируясь на старом, послевоенном стадионе, а зимой в коридоре школы. И тренер-мечтатель, её муж: без тренерского образования, без тренерского опыта и без спортивной команды.

Муж (который когда-то сжимал её влажную от волнения ладонь в загсе, обещал золотые пески, алмазные горы, реки из вина) стоял в стареньком спортивном костюме со сломанной молнией и пытался занять у неё денег на поездку. Деньги, что она откладывала на новый закуп луковиц, которые она посадит, вырастит и продаст, чтобы детей собрать в школу. Про свои потребности она молчала, лишних средств не было. Да и дочь тоже хороша: напрочь отказалась от серьёзных тренировок и хочет оставить всю эту затею, как только вернётся с соревнований.

Мама стояла над грядкой, поливая из шланга кусты роз:

– Я разговаривала с Игорем Павловичем, он в Питере сейчас живёт, работает в институте физкультуры, я тебе о нём рассказывала, чтоб Юну показать. Он сказал, у них сильная команда едет на первенство России, аж сорок два человека. От Москвы, наверное, ещё больше. А сколько команд приедут из других городов?

Влажный торфяной запах вперемешку с навозом пропитывал одежду обоих.

– Исмаил, ты куда собрался? Команда города Боровичи́ в составе двух человек? Девочка и её папа-тренер?

Она смотрела ему в глаза, не веря в авантюру ни на грамм.

– Вы тренируетесь после закрытия школы. Не всегда умытый и трезвый сторож орёт на всю школу: «На старт, внимание, марш». Когда он в запое, прихожу давать команды я, в коридоре с одной работающей лампой в потолке – как ты вообще Юну там видишь, наугад секундомер включаешь? А эти ваши брёвна, которые ты колодками прозвал и таскаешь вечно?! Это же наши поленья для растопки бани! Сколько я ей заноз вытаскивала после ваших стартов! А на первенство России тоже с поленом поедете?

Папа прижал обе ладони друг к другу, стараясь убедить жену:

– Нет. Во Владимире будут настоящие стартовые колодки. Там всё серьёзно, Люд! Это Россия! Это вызов!

– Я не против, чтобы вы ехали, только потому, что жду скорейшего окончания этих соревнований, после которых закончатся тренировки и ваша с ней история.

Мама поправила выбившиеся из-под платка волосы и решительно посмотрела на папу.

– И вы, особенно ты, успокоитесь. Только поэтому я не против, и поэтому мы найдём деньги на поездку. Но я очень, очень устала от вашего бега.