Читать книгу Гирштайн «Мечта» - - Страница 11

Крылья были готовы. Их стальной очерк, еще недавно бывший лишь угольным наброском на пожелтевшей бумаге, теперь отбрасывал тяжелую, рельефную тень на закопченные стены склада. Они висели на прочном кронштейне, словно гигантская хищная птица, замершая перед прыжком.

Но давайте вернемся на час назад.

Полы в мастерской оглашали пространство жалобными скрипами, похожими на стон умирающей кошки. Воздух был густ от запаха раскаленного металла, озона и нервного напряжения. Кхалеон, с лицом, испачканным машинным маслом и сажей, сидел за верстаком, зажав в тисках одну из последних деталей каркаса. Его живые пальцы ловко подносили крошечный винтик, а механические со сверхчеловеческой точностью вкручивали его в предназначенное гнездо с глухим, удовлетворяющим щелчком. Каждый такой щелчок был каплей, наполняющей чашу его терпения.

– Последняя шестерня, – его голос прозвучал хрипло от усталости и сдерживаемых эмоций.

Из теней, где он наблюдал с невозмутимостью сфинкса, послышался голос Виктора:

– Контрольная проверка. Балансировка, нагрузка на крепления, давление в контурах Ядра. Ошибка на этом этапе стоит не исправления, а жизни.

– Я все проверил. Десять раз, – отрезал Кхалеон, откидываясь на спинку табурета. Его руки дрожали от адреналина. – Они готовы

Теперь он стоял в центре самого просторного помещения склада, сбросив потрепанную куртку. Крылья, закрепленные на сложной системе ремней и амортизаторов на его спине, были тяжелыми, но эта тяжесть была желанной. Они были частью его. Леонард, бледный от волнения, стоял у стены, сжимая в руках аварийный лом – бесполезный, но дававший ему ощущение причастности.

– Ну что, механик, – прошептал Кхалеон, обращаясь к пустоте, но зная, что его слышат. – Давай посмотрим, твои ли расчеты подарили нам небо.

Он перевел тумблер на наручном контроллере.

Где-то в глубине конструкции жужжанием отозвалось Ядро Теслы. Медные спирали замерцали тусклым синим светом. Затем, с нарастающим низкочастотным гулом, заработали турбины. Сначала тихо, потом все громче, поднимая с пола вихри пыли. Свет газовых горелок заколебался в такт их работе.

– Поехали! – крикнул Кхалеон, больше себе, чем другим, и добавил газа.

Сначала его просто оторвало от пола. Резкий, почти болезненный рывок вверх. Он неуверенно закачался в воздухе, ноги бессмысленно болтались в пустоте. Леонард издал восторженный вопль. Он парил! Целый метр… полтора…

Два метра.

И в этот момент, на самой вершине этого крошечного подъема, гул турбин внезапно сменился на хриплый, прерывистый кашель. Из сопел вырвался клуб черного, едкого дыма. Засорение. Мельчайшая металлическая стружка, оставшаяся после сборки, которую он все же упустил, которую не выявила контрольная проверка.

– Нет! – успел выдохнуть Кхалеон.

Баланс был безвозвратно потерян. Крылья дернулись, развернулись вокруг своей оси, и он полетел вниз. Не падал – рухнул, как подстреленная птица. Но годы жизни с механической конечностью научили его думать наперед. В тот короткий миг, пока пол несся ему навстречу, он инстинктивно выбросил вперед и вниз свою стальную руку.

Удар был оглушительным. Раздался звук, похожий на ломающиеся шестеренки и сминаемый металл. Его отбросило вперед, он грузно приземлился на плечо, откатившись по пыльному полу. В ушах зазвенело. В глазах потемнело.

Наступила мертвая тишина, нарушаемая лишь шипением перегретого Ядра и прерывистым дыханием Кхалеона. Леонард замер в оцепенении.

Первым нарушил тишину ледяной, безразличный голос Виктора:

– Пистолет дал осечку. Ядро цело. Каркас выдержал. Система управления – тоже. Проблема в топливном тракте. Мелочь. А вот твоя рука…

Он подошел и без церемоний взял Кхалеона за механическое запястье. Искры, шедшие из локтевого сустава, погасли.

– Требует переборки.

Кхалеон, откашлявшись, сел. Боль в плече была острой, но терпимой. Он посмотрел на свою руку. Пальцы были согнуты под неестественным углом, в корпусе зияла трещина.

– Мелочь… – с горькой усмешкой повторил он, глядя на Виктора. – Мы почти упали. Но мы летали. Всего два метра… но мы оторвались от земли.

Он поднял взгляд на повисшие на кронштейне Крылья, из которых все еще валил дым. Они были повреждены, но не сломаны. Он упал, но не разбился.

Пистолет дал осечку. Но он выстрелил. И они теперь знали, что он может стрелять. А это меняло все.

Что будет дальше? Дальше будет ремонт. Будут доработки. И будет новая попытка.