Читать книгу Я тебя вижу - - Страница 6

Она выбрала не деловой костюм, а элегантное платье-футляр темно-бордового цвета, которое подчеркивало линию талии и делало ее образ строгим, но не офисным. Надела каблуки, но не слишком высокие. Волосы уложила в гладкую низкую шишку. В зеркале смотрелась женщина, которая знает себе цену, а не помощница, бегающая с бумагами. Это придавало уверенности, хоть и мимолетной.

Лобби «Метрополя» било в глаза позолотой, хрусталем и запахом дорогого кофе. Маша остановилась у входа, чувствуя себя немного потерянной среди размеренной роскоши. И почти сразу увидела его.

Он сидел в кресле у высокого окна, за столиком с газетой и чашкой эспрессо. На нем был не строгий костюм, а темные шерстяные брюки и светлый кашемировый джемпер. Выглядел… расслабленным. И еще более недосягаемым.

Сделала шаг, потом еще один. Он поднял взгляд, как будто почувствовал ее приближение. Улыбнулся – не той деловой усмешкой, а чуть шире, теплее.

– Мария. Пунктуальность – отличное качество. Спасибо, что нашли время.

– Не за что, Дмитрий Александрович, – она вынула из сумки его ручку, завернутую в небольшой бумажный конверт, чтобы не оставлять отпечатков. – Вот.

Он взял конверт, не глядя, положил на стол.

– Присоединитесь? Выпьем кофе. «Метрополь» делает отличный капучино.

– Мне неудобно отрывать вас…

– От газеты и второго эспрессо? – он отодвинул стул напротив себя легким, но уверенным жестом. – Я настаиваю. В знак благодарности за спасение фамильной ценности. – В его голосе зазвучала легкая, почти неуловимая игра.

Маша медленно села, чувствуя, как сердце заколотилось где-то в горле. Официант тут же материализовался рядом.

– Капучино, пожалуйста, – сказал Дмитрий, даже не спросив ее. – И круассан. Вы ведь, наверное, не успели позавтракать, собираясь на работу?

Она только кивнула. Он все видел, все замечал. Это было и пугающе, и пленяюще.

– Как вам проект? – спросила она, чтобы заполнить паузу деловым, безопасным тоном.

– Перспективно. Ваш директор – человек дела. А его помощник – весьма эффективен, – его взгляд скользнул по ее платью. – Вчера вы выглядели иначе.

Маша покраснела.

– Рабочий дресс-код…

– Он вам к лицу. И это тоже, – он сделал паузу, давая словам повиснуть в воздухе. – Мария, давайте договоримся. Пока мы здесь, за этим столиком, мы не партнеры по проекту и не помощник с клиентом. Мы – два человека, одна из которых вернула другой ручку. Так будет проще.

– Проще чего? – вырвалось у нее, прежде чем она успела подумать.

– Проще разговаривать, – он откинулся на спинку кресла, изучая ее. – Проще спросить, например… Ты пожалела?

Вопрос повис между ними, резкий и неожиданный. Фамильярное «ты» прозвучало как тихий выстрел. В лобби играла тихая музыка, смеялись где-то туристы, а здесь, в их углу, время замедлилось.

– Пожалела? – она повторила, чтобы выиграть секунды.

– О том, что уехала, не прощаясь. Оставив только… «Пока» на салфетке. Хотя, мне кажется, в тот раз ты написала более разборчиво, чем в клубе.

Признание было произнесено спокойно, как констатация факта. Да, он знал. Помнил. Играл с ней все это время.

– Я… не люблю длинных прощаний, – нашлась она, чувствуя, как горит лицо.

– Это я понял. Но вопрос был не о прощаниях. Пожалела ли ты о той ночи?

Капучино и круассан были поставлены перед ней. Она уставилась на пенку, не в силах поднять на него глаза.

– Нет, – тихо, но четко сказала она. – Не пожалела.

– Хорошо, – в его голосе прозвучало удовлетворение. – Я тоже нет.

Он отпил глоток эспрессо.

– Но сейчас все иначе, Мария. Ты – сотрудник фирмы-партнера. Я не строю романов с коллегами по бизнесу. Это правило.

Она почувствовала укол обиды и облегчения одновременно. Значит, вот и все. Границы обозначены.

– Я понимаю, – кивнула она, беря свою чашку. Рука не дрожала. Хорошо.

– Однако, – он продолжил, и в его глазах вспыхнул тот самый огонь, который она смутно помнила из ночной темноты, – правила иногда имеют исключения. Когда встречаются два взрослых человека, которые точно знают, чего хотят. И которые могут быть… предельно деликатны.

Он говорил не о любви. Не о принцах. Он говорил о желании. Остром, взаимном, осложненном обстоятельствами.

– Что ты предлагаешь? – спросила она, и ее собственный голос показался ей чужим, низким.

– Ничего, – он улыбнулся. – Пока. Я просто хотел прояснить ситуацию. И вернуть тебе кое-что.

Он достал из внутреннего кармана пиджака, висевшего на спинке стула, не ручку. А ту самую, клубную салфетку. Аккуратно отглаженную, сложенную в аккуратный квадратик. На ней все еще угадывалось ее корявое «Спасибо».

– Мне показалось, тебе должно быть приятнее, если она будет у тебя. Как память о начале нашего… знакомства.

Маша взяла салфетку. Бумага была шершавой и холодной.

– Ты хранил ее все это время?

– Я ценю знаки, – просто сказал он. – Даже мелкие. Особенно искренние.

Он взглянул на часы.

– Мне пора. У меня через двадцать минут встреча в другом конце города. Спасибо за кофе. И за компанию.

Он встал, оставив деньги на столе. Надолго покрывая и их завтрак.

– Мы… увидимся на работе? – спросила она, все еще сидя.

– Непременно. По деловым вопросам. А все остальное… – он слегка склонил голову. – Остальное будет зависеть только от тебя, Мария. Ты знаешь, где меня найти.

Он развернулся и пошел, не оглядываясь, растворяясь в золотистом свете лобби. Маша сидела, сжимая в одной руке теплую чашку, а в другой – прохладную, истерзанную салфетку. Он не сделал ни одного шага навстречу. Он просто обозначил поле. И теперь мяч был на ее стороне.

«Это не принц, – сухо констатировал внутренний голос. – Это опасно. Это сложно. Это игра, в правилах которой ты ничего не понимаешь».

Но другой голос, тихий и настойчивый, шептал, глядя на уходящую высокую фигуру: «А принцы, может, и не нужны. Может, нужно как раз это. Взрослое. Настоящее. Страшное».

Она допила капучино, доела круассан. Вкус был обманчиво сладким. Поднимаясь, чтобы уйти, она все еще чувствовала на своей коже его взгляд – загадочный, оценивающий, приглашающий. И понимала, что точка невозврата, которую она ощутила вчера, теперь превратилась в четкую, прочерченную им линию. И ей самой предстояло решить: переступить через нее или остаться по свою, безопасную сторону.