Читать книгу Шейх. В объятиях строптивой - - Страница 2

У меня начинается истерика. Я себя не контролирую. И даже не пытаюсь.

Мой испуганный визг разрезает темноту, разносится по пустыне.

Караван останавливается.

Бедуины поворачивают верблюдов и окружают меня.

– Помогите! Спустите меня на землю!!! – кричу изо всех сил.

Никто из них не двигается с места. Будто ждут чего-то или кого-то.

Смешки слышатся то тут, то там. Бедуины… забавляются.

– Вы за это ответите! – от бессилия хнычу и сжимаю кулаки.

Как я могла уснуть… как могла…

Точно старая бедуинка что-то подсыпала нам в напитки! Нас опоили!

Где же Вика?!

К страху за себя добавилась еще и тревога за подругу.

Я опускаю взгляд вниз, ерзаю на коленях.

Что делать, не знаю!

Слезть с верблюда невозможно. Прыгать с высоты в пару метров – опасно и страшно. А если горбатый испугается, то и затоптать может.

Я в ловушке! В западне!

Мечусь в паланкине, как загнанная сворой псов в клетку лань.

Бедуины вдруг расступаются, пропуская того, кого я приняла за главного. Кажется… господин Амир, так они его зовут.

Невольно сглатываю, смотря в пугающе черные глаза, в которых отражается холодное равнодушие.

Я испытываю тот трепет, какой сковывает душу и тело всякой жертвы перед приближением хищника. И как любая женщина, я интуитивно чувствую, что с этим мужчиной стоит быть предельно осторожной.

Я словно первый раз на него смотрю и поражаюсь себе: как могла не разглядеть в нем то, что вижу сейчас?

К нему и подходить-то не следовало. А я…

Спаси меня, Боже…

– Хочешь, чтобы тебе помогли – попроси, – сильный у него голос, меня в дрожь пробивает.

– Будьте так любезны, – сердито скалюсь я.

Амир касается рукой своего верблюда, и тот сгибает передние лапы, встает на колени, а после опускает и задние. Тяжело у него это выходит, неповоротливый он.

Спешившись, Амир подходит к моему горбатому. И уже через пару секунд меня подбрасывает в палантине. Только и успеваю ухватиться за что-нибудь, как следует резкий крен вниз.

Выдохнув, поправляю взъерошенные волосы.

Амир подает мне руку.

– Не прикасайтесь ко мне! – шиплю, игнорируя его вежливый жест.

Не имея опоры, я неуклюже скатываюсь по боку верблюда на гладкий песок, вызывая у бедуинов громкий хоровой хохот.

Только Амир не смеется.

– Хватит, – останавливает он их и дает указания бедуину с флягой: – Хасан, разбейте стоянку. Остановимся здесь.

– Сделаем, господин Амир, – с благоговейным кивком отзывается он и вдруг переводит взгляд на меня: – Махрама нет, женщина… ничья. Надо бы поспешить с обрядом. Вечереет уже, солнце скоро зайдет.

– Позови почтенного Абдуллу, – соглашается Амир.

Хасан уходит. И остальные бедуины, как муравьи, начинают снимать груз с верблюдов и возводить лагерь так быстро, что кажется, будто палатки появляются из воздуха.

А я ничего не понимаю…

Мы остаемся одни. И так зябко становится, когда Амир смотрит мне в глаза.

– Какой обряд? Что вы собираетесь сделать со мной? И где Вика? Куда вы дели мою подругу? – взволнованно тараторю, начиная понимать, что происходит что-то по-настоящему страшное и не зависящее от меня.

– Твоя подруга вернулась в отель, – избирательно отвечает Амир.

– А как же я?! – мой голос дрожит, выдавая страх.

– Ты отправишься со мной в Рас-эль-Хайму.

Я хватаюсь за сердце. Дышать нечем.

Это же почти двести километров от Дубая!

– Но мне не надо в Рас-эль-Хайму! У меня завтра рейс, я должна утром сесть с подругой в самолет и вернуться домой, – взываю к мужчине, в глубине души понимая, что бесполезно все это. Но не могу не попытаться убедить его отпустить меня: – Господин Амир, мне не место в пустыне. Разверните караван и верните меня в отель. Пожалуйста.

Хоть бы тень сомнения пролегла на его лице, но нет, он явно из тех мужчин, которые не допускают ни малейшей возможности, что могут быть не правы.

Он направляет взгляд мне за спину, и я оборачиваюсь. Несколько бедуинов с каким-то дорого разодетым старым бородатым дядькой торопятся к нам.

– У нас мало времени. Соображай быстрее, – говорит Амир мне, и я поворачиваюсь к нему.

– Вы не отпустите меня. И украли не для того, чтобы вернуть в отель, – вслух выдаю очевидную мысль. – Я должна знать зачем! Что вам от меня нужно?

Амир отвечает мне задумчивым молчанием, что становится ясно – он привык к тому, что его понимают с полуслова и вопросов не задают.

А когда он все же отвечает, я до костей промерзаю от осознания того, что меня ждет.

– Я хочу владеть женщиной, которую присвоил себе.