Читать книгу Точка опоры - Группа авторов - Страница 8

– Люси! – снова пронзил воздух чей-то крик. Раздался хлопок, и резкая боль обожгла щеку, мгновенно возвращая меня к реальности.

– Ты ударил меня? – выдохнула я.

– Пришлось! – оправдывался Рэмси, его голос звучал встревоженно. – Что с тобой происходит? Вот ты сидишь с закрытыми глазами, а потом просто падаешь на пол.

– Не знаю, – прошептала я, ощущая сухость во рту. Дин, словно прочитав мои мысли, потянулся к стакану с водой на столе и передал его мне.

– И часто такое происходит?

– Нет! Наверное, просто нервы. Все в порядке.

– Ты уверена?

– Да, – я постаралась улыбнуться, чтобы успокоить его.

Мне нравилось то, насколько разными были агенты Ким и Рэмси. Обоим наверняка было уже за тридцать или около того. Рэмси, со своим милым личиком и мягкой улыбкой, казался более открытым и доступным, в то время как Ким излучал ауру сдержанности и профессионализма, что создавало между ними интригующий контраст.

– Хорошо, – вроде бы успокоился Дин. – Ты ела сегодня?

Теперь я начинаю думать, что Ким говорил правду и накормить свидетеля в самом деле входит в их обязанности.

– Да, мы обедали, – я кивнула, все ещё пытаясь прийти в себя.

– Так уже время ужина! – он сразу направился к телефону. – Как насчет пиццы?

– С удовольствием. – вновь улыбнулась я, и прошла в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок.

Из головы все ещё не выходила эта сцена с арестом папы, как будто то было вчера, а не почти десять лет назад. Ещё на мгновение вспомнила, что через два дня мне уже стукнет двадцать семь… Порой я переживала, что почти к тридцати годам не достигла ровным счетом ничего, но затем отвечала самой себе, что делала абсолютно все, что было в моих силах, чтобы что-то изменить.

Арест отца стал для нас с мамой настоящим потрясением. Мы были вынуждены распродать всё наше имущество, включая дом и обе машины, чтобы собрать средства на лучшего адвоката. Дело оказалось затяжным и изматывающим. Несмотря на сомнительность улик, появились свидетели, утверждавшие, что видели отца с наркотиками. В тот момент я была слишком юна, чтобы понять всю сложность ситуации, но теперь я отчетливо видела, что это была чья-то тщательно продуманная подстава. Отец настаивал на своей невиновности, но не мог или не хотел назвать имя человека, у которого, по его словам, были изъяты наркотики. Возможно, именно этот человек и решил отомстить. Я же всегда верила отцу, была абсолютно уверена в его непричастности. Но, к сожалению, никому не было дела до нашей правды. Мы боролись из последних сил, и в итоге, продав всё, смогли лишь приобрести скромное жилье на окраине района. Все наши усилия оказались тщетными. Я не могла поверить, что все наши жертвы оказались напрасными. Казалось, что весь мир ополчился против нас, и никакие усилия не могли изменить ход событий. Мы остались одни, с разбитыми надеждами и опустошенными сердцами, в этой убогой квартире, которая стала нашим последним пристанищем. Каждый день был борьбой за выживание, за сохранение остатков достоинства в мире, который, казалось, забыл о нас. Я часто вспоминала отца, его добрые глаза и крепкие руки, и боль от его отсутствия становилась невыносимой. Я знала, что он невиновен, и эта несправедливость жгла меня изнутри. Но что я могла сделать? Я была всего лишь ребенком, а мир взрослых был жесток и равнодушен…

Спустя полгода пришла новость, которая окончательно сломила нас. Отец умер в тюрьме. Причина смерти – официальная версия гласила «сердечный приступ», но мы знали, что это было не так. Это была смерть от отчаяния, от безысходности, от несправедливости, которая его поглотила.

После этой новости мама начала угасать по-настоящему. Ее некогда живые глаза потухли окончательно, словно в них погас последний огонек. Она перестала ходить на работу, где раньше была душой коллектива, ее звонкий смех сменился тихим, надрывным вздохом. Она закрылась в собственной боли, словно в кокон, из которого не было выхода. Её комната стала ее миром, а мир за ее пределами перестал существовать. Она перестала есть, перестала говорить, лишь смотрела в одну точку, словно видя там что-то, недоступное другим.

Я, еще совсем юная, оказалась перед лицом новой, еще более страшной реальности. Мне пришлось взять на себя заботу о маме. Школа стала для меня лишь формальностью, местом, куда я ходила по инерции. Все мои мысли, все мои силы были направлены на то, чтобы хоть как-то облегчить ее страдания. Я готовила ей еду, которую она почти не ела, пыталась говорить с ней, но ее взгляд оставался пустым.

Вечерами, когда мама засыпала, я уходила на подработку в небольшое кафе. Там, среди запаха кофе и выпечки, я пыталась забыть о своей боли, о нашей разрушенной жизни. Я работала официанткой, мыла посуду, убирала столики – делала все, что требовалось, чтобы заработать хотя бы немного денег. Это кафе стало моим вторым домом, местом, где я могла хоть на время отвлечься от тягостных мыслей и где работаю по сей день.

Каждый день был борьбой. Борьбой за мамино здоровье, за ее жизнь, за остатки нашего достоинства. Я знала, что отец не хотел бы видеть нас такими. Он бы хотел, чтобы мы боролись, чтобы мы жили. Но как же это было невообразимо тяжело…

***

– Люси, пиццу принесли! – голос Дина вырвал меня из лабиринта собственных мыслей. Я словно ненадолго отключилась от реальности. Бросив последний взгляд на своё отражение в зеркале – лишь бледную тень той, кем я была, – я вышла из ванной.

– Ты заказал пиццу на целую армию? – спросила я, окинув взглядом четыре коробки с разнообразными начинками.

– Я просто не знал, какую ты предпочтёшь.

– А спросить было так сложно? – мой голос прозвучал с лёгким смешком.

– Да брось! – Дин отмахнулся. – Пиццы много не бывает!

– Разумно, – всё ещё улыбаясь, согласилась я и устроилась на краю кровати рядом с агентом.

По телевизору шёл футбольный матч, и Дин смотрел в экран с нескрываемым увлечением. Я невольно задержала на нём взгляд. Конечно, это не ускользнуло от его внимания.

– Что? – мягко спросил он. – Ой! Ты, наверное, футбол смотреть не хочешь, да? Прости, я так хотел посмо…

– Я просто задумалась, – не дала ему закончить. – Я не против, смотри что угодно.

В ответ Дин лишь одарил меня своей самой искренней улыбкой.

После того, как я поела, я переместилась на другую сторону кровати, взяв с собой энциклопедию. Многотомное издание содержало огромное количество информации, и каждую страницу я рассматривала с неподдельным интересом. Так я узнала, что у белых медведей чёрная кожа и прозрачная шерсть, а также, что на Юпитере идут дожди из алмазов.

***

Немного позже, когда футбольный матч подошёл к концу, внимание Дина привлекло издание в моих руках.

– Что ты читаешь?

– Детские энциклопедии. Агент Ким принёс.

– Серьёзно? – в его голосе прозвучала ухмылка.

– Ага.

– Если мне не изменяет память, тебе ранее приносили книги совершенно иного содержания…

– Всё верно, – кивнула я. – Но агенту Киму не понравилось моё чтение вслух.

– Чтение вслух чего? – он едва сдерживал смех, казалось, находясь на грани взрыва.

– Ну… пикантных подробностей из книг…

Это стало последней каплей. Дин от души и нарочито громко рассмеялся.

– Ты просто талант! – он всё ещё хохотал. – Так быстро довести Кима – задача не из простых.

– Я никого не доводила… – пробормотала я. – Мне просто было скучно! И вообще, он сказал, чтобы я вас с Хейли тоже не доставала.

– Да брось, – вновь отмахнулся он. – Не слушай его. Он просто немного… сложный, но к этому привыкаешь.

Я кивнула, но не стала продолжать этот разговор, чтобы не казаться заинтересованной. Да и наверняка Киму бы не понравилось, если бы я узнавала о его жизни у его напарников.

Я решила сменить тему, чтобы не вызывать подозрений.

– А что за матч был? Кто выиграл?

Дин, всё ещё улыбаясь, ответил:

– Наша команда, конечно. С минимальным преимуществом, но всё же. Ты, наверное, не очень следишь за футболом?

– Не особо, – призналась я. – Мне больше нравится читать.

– Понимаю, – кивнул он. – Но иногда полезно отвлекаться. Может, хочешь посмотреть следующий матч? Или, может, что-нибудь другое?

Я задумалась. С одной стороны, мне было интересно узнать Дина получше, а с другой – я не хотела нарушать просьбу Кима.

– Я, пожалуй, пока почитаю, – ответила я, стараясь звучать непринуждённо. – Но спасибо за предложение.

Дин пожал плечами:

– Как знаешь. Если что, я здесь.

Он отошёл, оставив меня наедине с моими детскими энциклопедиями и мыслями о непростом агенте Киме. Я чувствовала, что эта история только начинается, и мне предстояло ещё многое узнать.